Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Пайн кивнула.
— Похоже, вы заходили на сайт WebMD [317], — сказала она.
— Да уж, это и благо, и зло. Теперь я полагаю, что у меня имеется около шести других расстройств, помимо привычки курить, каждое из которых смертельно. Так вы сказали, что это не первое родео убийцы?
— Очевидно, у меня не может быть уверенности. Все должны с чего-то начинать. Но здесь присутствуют элементы изощренности, которых обычно нет, если преступник находится в начале карьеры серийного убийцы.
Уоллис искоса на нее посмотрел.
— Господи, вы говорите так, словно речь идет об обычном эпизоде в работе, — пробормотал он.
— Нет, все гораздо сложнее для тех, кто совершает подобные преступления. Они не в силах остановиться. Это одержимость. И единственная причина их существования. Им необходимо удовлетворять свою нужду.
— Полагаю, Дэниел Тор именно таков?
— Да. Его мозг не похож на ваш или мой.
— Вы сказали, что тот, кто убил нашу жертву, на этом не остановится?
— Если только это не разовое убийство. Но, думаю, что мы еще увидим его работу. Поза жертвы и фата что-то значат для убийцы. И я думаю, он не все сказал по данному вопросу.
— У вас есть какие-то идеи о следующих жертвах?
— У меня есть кое-какие теории, но ничего определенного. Сейчас поле возможностей слишком велико.
— Я знаю, что нынешняя его жертва может оказаться не местной, но следует ли нам предупредить людей?
— Пожалуй, да. Однако нам не нужна паника. Жители города могут придерживаться базовых предосторожностей. Не выходить из дома поодиночке. Избегать изолированных мест. Держать двери запертыми, а глаза открытыми.
Уоллис кивнул.
— Каким будет наш следующий шаг? — спросил он.
— Мы обратимся в Куантико, чтобы выяснить, есть ли у них сведения о серийных убийцах с похожими методами, — ответила Пайн. — Именно этим сейчас занимается Кэрол.
— Как почерк изготовителей бомб, которые используют террористы?
— Да, именно так. Как только они находят свой метод, изготовители бомб стараются ничего не менять, чтобы не взорваться самим. С серийными убийцами все немного иначе — у них собственные символы, но они также не хотят, чтобы их поймали. Я расскажу вам, как только получу какую-то информацию.
— Благодарю. Вы возвращаетесь в мотель?
— Да. Я согласилась вам помочь в данном расследовании, но есть еще одна причина, по которой я здесь.
— Дело об исчезновении вашей сестры?
— Совершенно верно.
— Ну, удачи вам.
— Мне потребуется значительно больше, чем просто удача.
  
Глава 13
 
— Вы вернулись?
Сай Таннер смотрел, как Пайн выбирается из внедорожника и подходит к дому. Она была одета, как в предыдущий день, только поменяла футболку с изображением «The Doobie Brothers» [318].
— Да. А где Роско? — спросила Пайн.
— Наверное, мочится в доме, — ответил Сай. — А где ваша напарница?
— Кое-что проверяет. Вы не против, если я еще раз взгляну на свою прежнюю комнату?
— Прошу вас. Я заново собираю двигатель в маленькой мастерской за домом и уже почти закончил. Он обеспечит меня на ближайшие четыре месяца, если я буду экономить — а для меня это уже вошло в привычку. — Он посмотрел на ветхий дом и рассмеялся. — Но, полагаю, вы и сами все видите.
— Однажды я помогала моему наставнику из ФБР восстановить «Форд Мустанг шестьдесят седьмого».
Сай не удержался от улыбки.
— Проклятье, и какого он был цвета? — с интересом спросил он.
— Классическая бирюза. С поднимающимся верхом.
— Ну если он и не является машиной моей мечты, то очень близко к тому, — заявил Сай.
— И ездит он так же классно, как выглядит.
— Не сомневаюсь. Заходите, пожалуйста. Только постарайтесь не наступить на маленькие сюрпризы, оставленные Роско.
Он направился на задний двор, а Пайн вошла в дом и увидела, что Роско мирно спит в мягком кресле. Она не стала его будить и сразу направилась к лестнице, которая вела наверх.
 
Пайн открыла дверь в свою прежнюю спальню, подошла к окну и выглянула наружу. Чтобы добраться до комнаты, требовалась лестница. По гладкой деревянной стене залезть было невозможно. Но лестницу нелегко найти, да и избавиться от нее совсем не просто. Кроме того, остались бы следы на земле. Из полицейского отчета Пайн знала, что все вокруг дома тщательно проверили — но найти ничего не удалось.
Значит, вспомним Шерлока Холмса: если это невозможно проделать таким способом, значит, что-то здесь не так.
Пайн вновь вернулась в 1989 год и мысленно заполнила комнату мебелью. Она прошлась по всему списку: кровать, комод с вращающимся зеркалом наверху. Маленький стол и два стула, на которых нарисованы Винни-Пух и Тигра — там они вместе с Мерси устраивали воображаемые чаепития. Старая вешалка для шляп и сосновый шкафчик в ногах кровати, где они хранили большую часть своих игрушек.
Время шло, а она все ходила по комнате, делая маленькие шаги и сосредоточившись на своих воспоминаниях.
У нее появилась новая мысль, которая никогда прежде не возникала.
На комоде стояло зеркало на шарнире.
Совсем рядом с окном.
Она закрыла глаза и попыталась вспомнить ночь из прошлого.
Они с Мерси спали в одной кровати, которая стояла так, что они лежали лицом к окну. Она помнила, что в ту ночь окно осталось открытым, потому что день выдался жарким. В доме не было кондиционера, и их мать хотела, чтобы дочерей освежал ночной ветерок.
Пайн разбудил звук. Она спала не так крепко, как ее сестра, которая была старше на десять минут.
Она еще сильнее прищурилась.
Ну, давай вспоминай. Мужчина забрался через окно. Ты его видела. Он заполнил все пространство. Ты должна вспомнить.
Она наложила на сцену Дэниела Джеймса Тора. Это был он. Иначе просто не могло быть.
Но тут ее мысли получили толчок.
Могло ли такое произойти? Это не имело отношения к тому, кто являлся похитителем. Вопрос состоял в том, как он попал в дом.
Она посмотрела на дверь, ведущую в спальню.
А если мужчина попал в комнату не через окно, и она увидела его отражение в зеркале, стоявшем рядом? Из чего следовало, что на самом деле он вошел в дверь, а вовсе не через окно. И это объясняло отсутствие следов от лестницы.
Получалось, что похититель прошел через дом, мимо ее родителей, которые находились на первом этаже. Или существовало другое объяснение?
Пайн закрыла глаза и почувствовала, что внутри у нее появилось неприятное чувство. Мой отец не мог этого сделать. Такое просто невозможно.
Но в таком случае ее родители почти наверняка знали мужчину, забравшего Мерси и едва не убившего Этли. Быть может, он выпивал и курил травку вместе с ними в ту ночь?
Она оперлась спиной о стену и услышала шаги на лестнице. Через мгновение в дверном проеме появился Таннер.
— Просто пришел проверить Роско и выяснить, не удалось ли вам прийти к каким-нибудь новым выводам, — сказал он.
— Может быть, — ответила Пайн.
— Ну, хорошо.
— Может быть. Но проблема в другом: что с этим делать дальше?
— Наверное, раскрывать подобные дела нелегко.
— Вы правы. Каждый шаг, будь он проклят, дается с огромным трудом.
— Однако вы даже не думаете о том, чтобы сдаться, верно?
— Если бы вы лучше меня знали, то никогда не задали бы такой вопрос.
Но, когда Пайн покидала дом, она не испытывала уверенности.
Во время короткой поездки обратно в Андерсонвилль в голове у нее роились самые разные мысли. Осторожная надежда соседствовала с логическими неувязками. Главная проблема состояла в том, что пока ей было неизвестно, сколько людей, знавших ее родителей, все еще живут в городе или неподалеку? Однако ей казалось, что у нее есть ответ на этот вопрос. Агнес Ридли и Лорен Грэм. Она не считала ни одну из них реальной подозреваемой, но они могли помочь ей отыскать тех, кто из знакомых ее родителей все еще оставался в Андерсонвилле.