Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— Тебе кажется, что все. Я уже упоминал об этом в прошлый раз. Я дал тебе домашнее задание. Ты его выполнила? Или намерена меня разочаровать?
Пайн понимала, что ей приходится идти по тонкому льду. Хуже того, Тору это также было известно. Она хотела, чтобы он оставался заинтересованным, но не могла позволить ему полностью себя ошеломить. Это вызывало у него скуку.
— Может быть, у тебя появились какие-то идеи, которые могли бы мне помочь, — продолжала она.
Тор бросил на нее мрачный взгляд.
— Ты говорила, что твоей сестре-близняшке было шесть лет, когда ее похитили.
— Все верно.
— Из спальни, посреди ночи, из пригорода Андерсонвилля, штат Джорджия. Ты сама находилась в это время в комнате.
— Да.
— И ты думаешь, что я тебя ударил, но не убил?
— Ну на самом деле ты проломил мне череп.
— И я воспользовался считалкой, чтобы решить, которую из вас я заберу с собой? — уточнил Тор.
— Эни, мини, майни, мо.
— Таким образом, на ком бы ни начиналась считалка, она всегда заканчивалась на другом, ведь в ней четное число слов.
Пайн наклонилась вперед.
— И почему ты начал с меня? Ты хотел, чтобы Мерси проиграла?
— Ты слишком спешишь, агент Пайн. Тебе следует замедлить шаг, если ты хочешь куда-нибудь попасть.
Пайн инстинктивно решила нанести ответный удар.
— Мне больше не хочется зря тратить на тебя время.
Тор улыбнулся и загремел цепями.
— Зато у меня есть время всего мира.
— Почему ты решил оставить в живых меня, а не Мерси? Это получилось случайно? Совпадение?
— Только не позволяй вине выжившего сбить тебя с толку. К тому же у меня нет времени на нытиков. — Неожиданно он улыбнулся и добавил: — И не важно, что на мне более тридцати пожизненных заключений. — Он вел себя так, словно гордился своими приговорами, и Пайн знала, что так и есть.
— Хорошо, но мне важно это знать, — спокойно сказала она.
— Ты же сама говорила, что я проломил тебе череп. Ты вполне могла умереть.
— Могла, но не умерла. А ты всегда старался доводить дело до конца со своими жертвами.
— Ты понимаешь, что сейчас опровергаешь собственное предположение о том, что именно я напал на вас той ночью?
— Я не согласна.
— Тогда позволь мне задать тебе вопрос, — сказал Тор. — Тебе известны другие случаи, когда я забирал шестилетнюю девочку из спальни и оставлял живого свидетеля?
Она слегка отодвинулась.
— Нет.
— И почему ты считаешь, что я поступил так в твоем случае? Из-за того, что твой гипнотерапевт сумел извлечь на свет воспоминание? Ты сама мне о нем рассказала во время прошлого визита. Любопытная вещь, гипнотерапия. Она допускает ошибки примерно с такой же частотой, как дает правильные ответы, быть может, даже чаще. Но ты наверняка изучала мое дело в ФБР. Все изучали, потому что оно входит в обязательную программу, — небрежно добавил он, но Пайн уловила гордость в его словах. — Тебе известно, что в то время я действовал в Джорджии.
И знаешь, что я думаю? Гипноз не вытащил на свет твои настоящие воспоминания, он лишь обеспечил тебя базой, чтобы ты могла сформировать вывод, к которому пришла ранее на основании полученной извне информации. — Он покачал головой. — Это не устоит в суде при перекрестном допросе. Я оказался в твоих воспоминаниях из-за того, что ты так хотела и у тебя не имелось реального человека, который заполнил бы пустоты. Ты отчаянно желала с этим покончить, что готова даже принять ложь.
Пайн ничего не ответила — в конце концов, Тор мог быть прав.
— Агент Пайн, — продолжал Тор, когда она погрузилась в размышления. — Ты отвлеклась? — Он позвенел цепями. — Эй, ФБР, мой интерес стремительно падает.
— С течением времени ты изменил свой образ действий, — сказала Пайн. — Далеко не все твои нападения проходили одинаково. Ты развивался.
— Конечно, развивался. Как и при любых других занятиях, чем дольше ты что-то делаешь, тем лучше становишься. Я не исключение. Более того, я образец в… конкретной специализации.
Пайн с трудом подавила подступившую к горлу тошноту. Она знала, Тор ждал, что на лице у нее появится отвращение, когда сравнил убийство с обычной профессией. Но она твердо решила, что не позволит ему испытать подобное удовлетворение.
— Принято, — не стала она возражать. — Но теперь ты подтверждаешь мой вывод. Из того, что ты никогда не поступал так в прошлом, еще не следует, что ты не поменял своих привычек. Ты совершенствовался, как сказал сам. Твой образ действий развивался.
— А тебе известны случаи, когда я поступил так же позднее? — осведомился Тор.
К этому вопросу Пайн подготовилась заранее.
— Нам известны не все твои жертвы, разве не так? Поэтому я не могу с уверенностью ответить на твой вопрос.
Он откинулся назад и неприязненно улыбнулся, услышав ее грамотный встречный довод.
— И ты хочешь, чтобы я ответил прямо сейчас? — осведомился он. — Делал я это или нет, вот так просто?
— И вновь тебе это ничего не будет стоить. Тебя ведь не казнят.
— Я могу солгать и сказать, что ты права. Тебе этого будет достаточно?
— Я агент ФБР.
— И что с того?
— Мне требуется…
— Тебе требуется тело или хотя бы скелет — после стольких лет, верно?
— Мне нужно подтверждение, — просто ответила Пайн.
Он пожал плечами.
— Боюсь, я не знаю, где захоронены все тела.
— Значит, они ошибались, когда говорили, что у тебя фотографическая память?
— Вовсе нет. Но я сознательно кое-что забыл.
— Почему? — спросила она.
Тор наклонился вперед.
— Потому что не все стоят того, чтобы их помнить, агент Пайн. И я не намерен утешать каждого рыдающего члена семьи, который приходит ко мне с мольбами. Это не совсем мое, если ты еще не заметила.
— Ты помнишь, где похоронена Мерси?
— Тебе придется приехать еще раз, чтобы поболтать со мной. А сейчас я устал.
— Но мы только начали.
— Называй меня Дэн.
Пайн удивленно на него посмотрела. Она не ожидала такого требования.
— Что?
— Это наше третье свидание. Пришло время перейти к именам, Этли.
— А если я не хочу?
Он беззвучно хлопнул в ладоши.
— В таком случае бедная, милая и, вероятно, мертвая Мерси Пайн навсегда останется для тебя загадкой. Какая досада.
— Когда ты хочешь снова встретиться?
— Ровно через месяц… Этли. Я занятой человек. А потому произнеси то, что я хочу. Или мы закончили. Навсегда.
— Хорошо… Дэн.
Пайн вышла, забрала свои пистолеты — и ей пришлось заставить себя не пытаться вернуться в тюрьму, чтобы вышибить мозги проклятому Дэну.
Она села в машину и поехала в Шеттерд-Рок, штат Аризона, где была единственным агентом ФБР на огромных пространствах малонаселенных территорий. Через час она получила по телефону сообщение, «сигнал Эмбер» [311]. Похищена маленькая девочка. Подозреваемый на сером пикапе «Ниссан» находится где-то совсем рядом с тем местом, где она сейчас проезжала.
В ярком сиянии первого полнолуния после дня осеннего равноденствия бог закона и порядка ей улыбнулся, потому что через пять минут мимо нее, в противоположном направлении, промчался серый пикап.
Пайн развернулась на сто восемьдесят градусов, шины «Мустанга» задымились и протестующе взвизгнули, прежде чем восстановили сцепление с асфальтом, она включила полицейские проблесковые огни, которые установила на машине, утопила изящную педаль газа в пол, и «Мустанг» с ревом помчался спасать жизнь похищенной девочки.
Пайн поклялась себе, что на этот раз не допустит ошибки.
Глава 2
Существует одно важное правило «сигнала Эмбер»: добраться до жертвы и похитителя как можно быстрее и перекрыть все пути к бегству. После этого можно решать проблему самыми разными способами: от применения грубой силы до переговоров с подозреваемым, если появится такая возможность, чтобы исключить любой риск для заложника.