Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Нет, Джон, должна, — твердо сказала Сара.
* * *
Тридцать минут спустя Фиске выехал на путь, ведущий к дороге. Перед их машиной неожиданно появились два черных седана, и Джон ударил по тормозам. Сара закричала, Фиске выскочил из машины и застыл на месте, увидев, что на него направлены пистолеты.
— Руки вверх! — рявкнул один из мужчин.
Джон тут же поднял руки.
Сара выбралась из машины и увидела, что из одного черного автомобиля вылезает Перкинс, из другого — агент Маккенна.
Перкинс узнал Сару.
— Уберите оружие, — тут же сказал он двум мужчинам в костюмах.
— Эти люди находятся под моим началом, а не под вашим. Они уберут оружие только после моего приказа, — заявил Маккенна, остановившись перед Фиске.
— Ты в порядке, Сара? — спросил Перкинс.
— Конечно, в порядке. Что, черт возьми, здесь происходит?
— Я отправил тебе срочное сообщение.
— Я не проверяла. Что случилось?
Взгляд Маккенны остановился на дробовике, лежавшем на заднем сиденье. Он тут же вытащил пистолет и направил его на Фиске. Затем посмотрел на разбитое лицо Джона.
— Этот человек удерживал вас против воли? — спросил агент у Сары.
— Может, пора закончить ваш бредовый спектакль? — спросил Фиске.
Одновременно он опустил руки — и тут же получил неожиданный удар Маккенны в солнечное сплетение. Джон рухнул на колени и застонал, а Сара бросилась к нему и помогла опереться спиной о колесо автомобиля.
— Держи свои проклятые руки поднятыми, пока леди не ответит на вопрос. — Маккенна наклонился и поднял руки Фиске вверх.
— Нет, ради бога, — закричала Сара. — Прекратите! Он меня не удерживал. Оставьте его в покое.
Перкинс шагнул вперед.
— Агент Маккенна… — начал он, но фэбээровец бросил на него холодный взгляд и заставил замолчать.
— У него в машине дробовик, — сказал Маккенна. — Если хотите рисковать своими людьми, дело ваше. Я так не работаю.
К ним подъехал еще один седан, из него выскочили Чандлер и два полицейских офицера из вирджинского отдела полиции в форме и с пистолетами в руках.
— Всем стоять! — рявкнул Чандлер.
Маккенна повернулся к нему.
— Скажите своим людям, чтобы убрали оружие, Чандлер. У меня всё под контролем.
Детектив подошел к агенту.
— Скажите своим людям, чтобы немедленно убрали оружие, Маккенна. Прямо сейчас, или я прикажу своим офицерам арестовать вас за нападение с применением физического насилия. — Маккенна не пошевелился. Чандлер наклонился так, что их лица оказались совсем рядом. — Прямо сейчас, специальный агент Уоррен Маккенна, или вам придется обратиться к адвокату Бюро из участка в Вирджинии. Вы и в самом деле хотите, чтобы это оказалось в вашем досье?
Маккенна решил уступить.
— Уберите оружие, — сказал он своим людям.
— А теперь проваливайте отсюда к дьяволу, — приказал Чандлер.
Маккенна очень медленно отошел от упавшего Фиске, не сводя яростных глаз с Чандлера.
Тот опустился на колени и положил руку Джону на плечо.
— Ты в порядке?
Фиске кивнул и поморщился, не сводя глаз с Маккенны.
— Пожалуйста, объясните, что происходит? — вскричала Сара.
— Сегодня обнаружено тело Стивена Райта, — ответил Чандлер.
  
Глава 35
 
Хижина находилась в самом сердце густого леса, в отдаленной части юго-западной Пенсильвании, на границе с Западной Вирджинией. Попасть туда можно было только по грязной, разбитой проселочной дороге. Джош подошел к входной двери. Из-за пояса у него торчала рукоять пистолета, к сапогам прилипла красная глина и сосновые иголки. Грузовик он спрятал под листвой высокого грецкого ореха и для большей безопасности прикрыл камуфляжной сетью. Больше всего Джош беспокоился, что их заметят сверху. К счастью, ночи все еще оставались теплыми. Он не хотел рисковать и разжигать огонь — дым контролировать невозможно.
Руфус уселся на полу, опираясь о стену широкой спиной и положив на колени Библию. Он пил кока-колу, рядом лежали остатки ленча. Он переоделся в одежду, которую ему привез брат.
 
— Все хорошо?
— Только мы и белки. Как ты себя чувствуешь?
— Невероятно счастлив и ужасно напуган. — Руфус покачал головой и улыбнулся. — Приятно чувствовать себя свободным, сидеть здесь, пить колу и не беспокоиться о том, что кто-то может в любой момент на тебя напасть.
— Охранники или другие заключенные?
— А как ты сам думаешь?
— И те, и другие. Ты же знаешь, я тоже там побывал. Мы могли бы написать книгу.
— Мы надолго здесь останемся?
— Пару дней. Пусть все немного успокоится. Потом мы отправимся в Мексику. Там можно неплохо жить на десятую долю того, что требуется здесь. Я ездил туда несколько раз после войны. У меня в Мексике живет несколько приятелей. Найдут нам лодку, займемся рыбной ловлей, поживем на берегу… Как тебе нравится такая идея?
— Меня устроит даже жизнь в сточной канаве. — Руфус встал. — Я хочу задать тебе вопрос.
Джош оперся о стену и начал нарезать складным ножом яблоко.
— Давай.
— В твоем грузовике полно продуктов, два ружья и пистолет. И одежда, которая сейчас на мне.
— И?..
— Ты что, случайно захватил все это, когда поехал навестить меня в больнице?
Джош забросил в рот дольку яблока.
— Ну, мне же нужно есть. Значит, я должен ходить в магазины, не так ли?
— Верно, но ты не покупал то, что может быстро испортиться, — молоко, яйца или тому подобное. Консервные банки и коробки.
— Я питался консервами в армии. И с тех пор полюбил есть блюда, которые не нужно готовить.
— И ты всегда возишь с собой все свое оружие?
— Может быть, я все еще не пришел в себя после Вьетнама, и у меня развился какой-то там синдром.
Руфус подергал рубашку, которая была размером с одеяло.
— Мой размер найдешь не в каждом магазине. Ты ехал с намерением вытащить меня, верно, Джош?
Его брат закончил с яблоком, выбросил огрызок в открытое окно, вытер липкие от сока руки о джинсы и только после этого посмотрел на брата.
— Послушай, Руфус, я так и не понял, почему ты убил ту маленькую девочку. Но уверен, что у тебя было не все в порядке с головой, когда ты задушил ее. Я получил из армии то письмо и подумал: тут что-то не так. Я не знал, пытались ли они скрыть то, что делали с тобой. Но мне известно, что в наши дни люди сходят с ума и совершают ужасные вещи, и тогда их отправляют в психушку, а после того, как им становится лучше, выпускают на свободу. Ты просидел в тюрьме двадцать пять лет за поступок, который совершил, сам того не понимая. Скажем так: я решил, что этого достаточно. Ты отбыл свой срок, отдал долг обществу, ну и все такое. Проклятая чушь. Для тебя пришло время выйти на свободу, и я собирался принести ключ. И если б ты не захотел выходить, я постарался бы тебя переубедить. Прав я или нет, мне без разницы. Я просто принял решение.
С минуту братья молча смотрели друг на друга.
— Ты хороший брат, Джош.
— Проклятье, ты совершенно прав.
Руфус снова сел на пол, взял Библию, и его пальцы начали аккуратно листать страницы, пока он не нашел нужное место. Джош смотрел на него.
— Ты все еще читаешь эту книгу?
Руфус поднял на него глаза.
— Я буду читать ее всю жизнь.
Джош фыркнул.
— Ты имеешь право сам решать, как проводить свое время, но не стоит тратить его понапрасну, если тебя интересует мое мнение.
Руфус холодно смотрел на брата.
— Все эти годы слово Божье помогало мне выживать. И время это не было потрачено напрасно.
Джош покачал головой, выглянул в окно, потом снова посмотрел на Руфуса и коснулся рукояти пистолета.
— Вот это — Бог. Или нож, или динамит, или подход «не трогай меня». Но только не священная книга, в которой люди постоянно убивают друг друга, отнимают чужих женщин, совершают все существующие грехи…
— Грехи совершают люди, а не Бог.
— Не Бог помог тебе сбежать из тюрьмы. Это сделал я.