Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Она потерла лоб.
— Да. В Нью-Йорке.
— Это точно был мужчина?
— Да, судя по телосложению и лицу под маской. Тыльная сторона его шеи была открыта. Я заметила щетину.
Соера поразила ее наблюдательность, и он признался в этом.
— Похоже, человек, думающий, что скоро умрет, запоминает мельчайшие детали.
— Я понимаю, что вы хотите сказать. Я сам бывал в такой ситуации. Послушайте, мы нашли запись разговора. Это ваш разговор с Джейсоном.
Сидней оглянулась на темный салон «Ленд Ровера», затем на гараж.
— Значит, все знают…
— Не беспокойтесь об этом. В записи ваш муж говорил нервно. Ответил лишь на несколько ваших вопросов.
— Да, он обезумел. Панически напуган.
— А каков он был, когда вы с ним говорили с платного телефона в Новом Орлеане? Как он тогда разговаривал? Так же или по-другому?
Сидней сощурила глаза, вспоминая.
— По-другому, — наконец ответила она.
— Как? Опишите по возможности точнее.
— Казалось, он был спокоен. Говорил почти монотонно. Он сказал, что мне нельзя ничего говорить, так как за мной следит полиция. Он дал мне инструкции и повесил трубку. Это скорее был монолог, чем разговор. Я ничего не сказала.
Соер вздохнул.
— Квентин Роу уверен, что вы побывали в кабинете Джейсона в фирме «Трайтон» после падения самолета. Это правда?
Сидней молчала.
— Мне совершенно наплевать на это. Но если вы там были, то я хочу задать еще один вопрос насчет того, что вы сделали, когда там находились.
Сидней продолжала молчать.
— Сидней? Послушайте, вы мне позвонили. И сказали, что доверяете мне, хотя в этот момент мне кажется, что вы никому не доверяете. Я бы вам не советовал так поступать, но можете повесить трубку, если хотите со всем справиться сами.
— Я там была, — спокойно сказала она.
— Хорошо, Роу упомянул микрофон на компьютере Джейсона.
Сидней вздохнула.
— Я случайно задела его, и микрофон согнулся. Я не смогла его выпрямить.
Соер опустился на шезлонг.
— Джейсон когда-либо пользовался этим микрофоном? У него дома был такой микрофон?
— Нет. Он печатал быстрее, чем говорил. Почему вы спрашиваете?
— Тогда почему на работе у него был этот микрофон?
Сидней задумалась.
— Не знаю. Кажется, микрофон там появился совсем недавно. Несколько месяцев назад, может быть, чуть раньше. Я видела такие микрофоны в других кабинетах «Трайтона». Может быть, это вам что-нибудь подскажет. Почему это вас интересует?
— Сейчас скажу, Сидней, проявите терпение к старому, усталому агенту ФБР. — Соер потянул верхнюю губу. — Разговаривая оба раза с Джейсоном, вы были уверены, что это именно он?
— Конечно, это был он. Я же знаю голос собственного мужа.
Соер говорил осторожно и настойчиво, словно стараясь передать смысл своих слов Сидней.
— Я не спрашивал, уверены ли вы, что это голос вашего мужа. — Он сделал паузу, медленно втянул воздух и продолжал: — Я спросил, уверены ли вы, что оба раза говорил ваш муж.
Сидней застыла. Когда она наконец обрела голос, то зло прошептала:
— На что вы намекаете?
— Я прослушал ваш первый разговор с Джейсоном. Вы правы, он был напуган, тяжело дышал, волновался. Вы поговорили по-настоящему. Но теперь вы утверждаете, что во второй раз он вел себя по-другому, что разговор не состоялся. Он говорил, вы слушали. Не было никакого испуга. Теперь мы знаем об этом микрофоне в кабинете Джейсона. Джейсон им не пользовался. Если он им не пользовался, то зачем там нужен микрофон?
— Я… По какой еще причине он там мог находиться?
— Микрофон, Сидней, предназначен для записи. Звуков… Голосов.
Сидней так сильно сжала трубку, что ее рука покраснела.
— Вы хотите сказать…
— Я не сомневаюсь, что вы слышали голос мужа по телефону оба раза. Я думаю, что второй раз вы слышали компиляцию его слов, взятых из записей по тому микрофону, ибо для этого он и предназначался. Я почти уверен в этом. Это записывающее устройство.
— Этого не может быть. Зачем это?
— Не знаю. Пока. Но тут все ясно. Вот почему ваш второй разговор с ним отличался от первого. Насколько я понимаю, второй раз его словарный запас был довольно ограниченным? — Сидней не ответила. — Сидней? — Соер услышал рыдания.
 
— Значит, вы думаете… вы считаете, что Джейсон… мертв? — Сидней едва сдерживала слезы. Один раз она уже пережила смерть мужа и вдруг обнаружила, что он жив. Так, по крайней мере, ей хотелось думать. Слезы покатились по щекам, когда она подумала, что снова придется хоронить Джейсона.
— Я этого никак не могу знать, Сидней. Тот факт, что во второй раз использовался голос Джейсона, говорит об одном — он не присутствовал при этом разговоре. Почему? Не знаю. Давайте пока остановимся на этом.
Сидней опустила трубку и обхватила голову руками. Она вся дрожала, как тонкий вяз во время шторма.
Соер забеспокоился.
— Сидней? Сидней? Не вешайте трубку. Я прошу вас! Сидней?
Линия молчала.
Соер бросил трубку.
— Черт подери! Сукин сын!
Прошла минута, Соер тяжелой походкой передвигался по комнате. Рассердившись, он тяжелым кулаком ударил по стене. Затем бросился к телефону, когда тот снова зазвенел.
— Алло? — его голос дрожал, он предчувствовал, что это Сидней.
— Давайте не будем говорить о том… жив ли Джейсон, хорошо? — В голосе Сидней не было никаких эмоций.
— Хорошо, — тихо сказал Соер. Он сел и думал, какие вопросы задать.
— Ли, зачем в «Трайтоне» кому-то записывать голос Джейсона и затем использовать его в разговоре со мной?
— Сидней, если бы я знал ответ, то прошелся бы колесом по коридору. Вы сказали, что недавно в ряде кабинетов установили подобные микрофоны. Это означает, что любой человек из компании мог подключить микрофон к записывающему устройству. Или это мог сделать один из конкурентов «Трайтона». Если вы знали, что он не пользовался микрофоном, другим это тоже было известно. Я точно знаю, что его в кабинете больше нет. Может быть, это как-то связано с секретами, которые он передал РТГ.
Соер чесал в голове, думая, какие еще вопросы задать.
Ее слова застали его врасплох:
— Сейчас говорить о том, что Джейсон передал секреты РТГ бессмысленно.
От удивления Соер встал.
— Почему?
— Потому что Пол Брофи тоже работал над сделкой с «Сайберкомом». Он присутствовал на всех совещаниях, во время которых вырабатывалась стратегия переговоров. Он даже пытался возглавить переговоры по сделке. Я сейчас знаю, что Брофи сотрудничал с Голдманом и РТГ, чтобы узнать окончательное решение «Трайтона» и нанести тому удар. Он должен был знать о подходах «Трайтона» гораздо больше, чем Джейсон. Точные условия сделки физически хранились в «Тайлер Стоун», а не в «Трайтоне».
Глаза Соера округлились.
— Вы хотите сказать…
— Поскольку Брофи работал на РТГ, им Джейсон был не нужен.
Соер сел и тихо выругался. Он не додумался до этого.
— Сидней, мы оба смотрели видеофильм, запечатлевший, как ваш муж передает информацию мужчинам на складе в Сиэтле в день, когда упал самолет. Если он не передавал им информацию о сделке с «Сайберкомом», то что же он передавал?
Сидней дрожала в отчаянии.
— Я не знаю! Я не знала, точнее. Когда Брофи исключили из последних раундов переговоров, они пытались шантажировать меня этим. Я сделала вид, что подыгрываю им. В действительности же я собиралась пойти к властям. Но затем мы вошли в лимузин… — Сидней вздрогнула. — Остальное вы знаете.
Соер сунул руку в карман и вытащил сигарету. Он прижал трубку подбородком, пока прикуривал.
— Вы еще что-нибудь узнали?
— Я разговаривала с секретаршей Джейсона Кэй Винсент. Она сказала, что, помимо «Сайберкома», Джейсон работал над вторым большим проектом — объединением резервных файлов «Трайтона».
— Резервные записи? Это так важно? — спросил Соер.
— Не знаю, но Кэй мне также сказала, что «Трайтон» передал «Сайберкому» финансовые отчеты. В тот же день, когда упал самолет, — в голосе Сидней слышалось раздражение.