Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Раздались гудки, на том конце сняли трубку Сидней уже собралась оставить сообщение, когда раздался голос:
— Алло?
Сидней начала говорить, но вдруг поняла, что голос на том конце принадлежит живому человеку.
— Алло? — снова повторил голос.
Сидней умолкла в нерешительности, но все же решила спросить:
— Джеффа Фишера, пожалуйста?
— Кто это?
— Я… я его друг.
— Вы знаете, где он? Мне он очень нужен, — сказал голос.
У Сидней волосы встали дыбом.
— Кто говорит?
— Сержант Роджерс из департамента полиции Александрии.
Сидней быстро положила трубку.
* * *Интерьер дома Джеффа претерпел разительные перемены с тех пор, как в нем побывала Сидней Арчер. Главная из них состояла в том, что дома совсем не осталось ничего из компьютерного оборудования и дискет. Посреди бела дня соседи увидели фургон для перевозки мебели. Один из них даже пообщался с сидевшими в нем грузчиками. Никто ничего не заподозрил. Фишер не предупреждал, что переезжает, однако грузчики убедительно говорили об этом, не спеша упаковывали вещи в коробки, записывали что-то на бумаге и даже перекурили. Только после их отъезда у соседей закралось сомнение. Когда ближайший сосед вошел в дом Джеффа, он заметил, что вся мебель осталась на месте, а дорогая компьютерная система исчезла. Тогда вызвали полицию.
Сержант Роджерс чесал в затылке. Беда была в том, что никто не мог найти Джеффа Фишера. Справлялись на работе, у семьи в Бостоне, у здешних друзей. Последние два дня его никто не видел. Сержанта Роджерса ждала еще одна неожиданность. Фишер содержался под арестом в участке полиции Александрии за опасную езду. За него внесли залог, назначили день суда и отпустили. Тогда-то в последний раз и видели Джеффа.
* * *Сидней взбежала по лестнице, прикрыла и заперла дверь спальни. Она взяла ружье с постели, проверила его механизм, отступила в дальний угол, села на пол и нацелила дуло на дверь. Она недоуменно качала головой, по ее лицу текли слезы. О Боже! Ей не следовало впутывать в это Джеффа.
* * *Соер сидел за столом в гуверовском здании, когда позвонил Харди. Он кратко проинформировал его о последних событиях, главным из которых было подтверждение точки зрения Соера, основанное на судебно-медицинской экспертизе, о том, что Сидней Арчер не убивала Голдмана или Брофи.
— Ты думаешь, это мог сделать Джейсон Арчер?
— Это нелепо.
— Ты прав. Он бы не стал рисковать, чтобы приезжать туда.
— К тому же не могу поверить, что он стал бы подстраивать все так, будто его жена совершила убийства. — Соер умолк, думая, какой вопрос задать следующим. — Из РТТ ничего не поступало?
— Я как раз собирался об этом сказать. К президенту Алену Порчеру сейчас не пробиться. Ответственный за связи с общественностью, конечно, твердо отстаивал традиционную линию, отвергая все обвинения.
— А как сделка с «Сайберкомом»?
— Наконец-то поступили хорошие известия. Последнее событие в РТГ бросило «Сайберком» в крепкие объятия «Трайтона». Сегодня должна состояться пресс-конференция, на которой объявят о сделке. Хочешь прийти?
— Может быть. Натан Гембл, должно быть, очень доволен.
— Конечно. Я оставлю пару пригласительных билетов, если тебе с Рэем захочется посмотреть этот спектакль. Он состоится в штаб-квартире «Трайтона».
* * *Прикрепив желтые визитные карточки к лацканам, Соер и Джексон вошли в комнату величиной с обычную аудиторию, которая была уже переполнена.
— Черт, это, наверно, большое событие. — Джексон смотрел на море репортеров, промышленников, финансистов и других людей из мира денег.
— Деньги существуют всегда, Рэй. — Соер схватил две чашки кофе с общего стола и передал одну партнеру. Он выпрямился во весь свой шестифутовый рост и оглядел толпу.
— Ищешь кого-нибудь? — позади раздался голос Харди.
Джексон улыбнулся.
— Да, пытаемся найти бедных людей. Но, кажется, мы не туда пришли.
— Это точно. Вы, наверно, очень взволнованы, правда?
Джексон кивнул и указал на армию репортеров.
— Неужели факт приобретения одной компании другой так привлекает прессу?
— Рэй, это нечто более важное. Мне было бы трудно назвать другую компанию в Америке, которая по потенциалу превосходила бы «Сайберком».
— Но если «Сайберком» так силен, зачем ему Трайтон»? — спросил Джексон.
— В партнерстве с «Трайтоном» он становится мировым лидером и обладателем миллиардов долларов, необходимых для выпуска, продажи продукции и расширения своей производственной базы. В результате через пару лет «Трайтон» будет господствовать на мировом рынке так же, как ГМ и ИБМ, если не больше. Девяносто процентов мировой информации будет передаваться с помощью техники и программного обеспечения, издаваемых объединившимися сегодня гигантами.
Соер покачал головой и отпил кофе.
— Черт побери, Фрэнк, — сказал он, — другим компаниям в этом мире просто не останется места. Что с ними произойдет?
Харди еле заметно улыбнулся.
— Что ж, таков капитализм. По законам джунглей, выживает сильнейший. Ты, наверно, видел представления, устраиваемые журналом «Нэшнл Джиогрэфик»? Животные, пытаясь выжить, поедают друг друга. Не очень-то приятное зрелище.
Харди посмотрел на маленькую сцену, где был установлен подиум.
— Ребята, скоро начнется. Я достал вам места почти в первом ряду. Пошли.
Харди провел их через толпы людей, вошел в огороженную веревками секцию, отделявшую первые три ряда от сцены. Соер посмотрел в сторону посетителей, усевшихся в коротком ряду кресел слева от подиума. Квентин Роу находился там. Сегодня он оделся получше, однако, несмотря на все миллионы долларов на его счету в банке, у этого парня, по-видимому, не было галстуков. Он оживленно беседовал с тремя мужчинами в неброских деловых костюмах, которые, по предположению Соера, были из «Сайберкома».
Харди, казалось, читал его мысли.
— Слева направо представители руководства «Сайберкома».
— И адвокаты, черт бы их побрал, — сказал Соер.
Харди указал на сцену. Слева появился аккуратно одетый Натан Гембл, прошел через сцену и уселся на подиуме. Присутствующие быстро заняли свои места и притихли, будто Моисей только что сошел с горы Синай с заповедями в руках. Гембл вытащил бумагу с заготовленной речью и энергично зачитал ее. Соер почти ничего не расслышал. Он сосредоточил все свое внимание на Квентине Роу. Молодой человек смотрел на Гембла. Может быть, он не замечал этого, но выражение его лица не излучало дружелюбия. Из того, что Соер все же расслышал, главное внимание уделялось деньгам, большим деньгам, которые появятся после завоевания рынка. Когда Гембл торжественно закончил выступление — Соеру пришлось признать, что он умеет себя преподнести, — раздались громкие аплодисменты. Тогда на подиум отправился Квентин Роу. Когда он столкнулся с уходящим Гемблом, оба обменялись такими же притворными улыбками, какие Соер видел в кинофильмах.
В отличие от Гембла Роу сделал главный акцент на том позитивном потенциале, который объединившиеся компании, «Трайтон» и «Сайберком», могут предложить миру. О деньгах он даже не заикнулся. По мнению Соера, Гембл почти исчерпал эту тему. Теперь он изучал Гембла, который вовсе не смотрел на Роу. Он был занят дружеской беседой с коллегами из «Сайберкома». Роу, посмотрев в сторону Гембла, заметил это и на мгновение потерял нить выступления, но быстро нашелся. Соеру показалось, что его речь заслужила лишь вежливые аплодисменты. Сливки общества, по-видимому, решили не распространяться о деньгах. По крайней мере, перед публикой.
Когда люди «Сайберкома» завершили презентацию, все начали пожимать друг другу руки, позволяя фотографам снимать их унизанные перстнями пальцы. Соер заметил, что Гембл и Роу не соприкасались. Они стояли так, чтобы между ними находились ребята из «Сайберкома». Может быть, они именно этого добивались, желая отгородиться друг от друга сделкой, как буферной зоной.