Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Соер нагнулся и разглядел рану на голове Голдмана, затем осмотрел тело Брофи. Харди продолжал говорить спокойным, методичным тоном, глядя через его плечо. Они вместе с Соером расследовали бесконечное количество убийств. Здесь, по крайней мере, все части тела остались на месте. Нередко случалось, что некоторых частей не хватало.
— Все трое умерли от пулевых ранений. Кажется, большой калибр, стреляли с близкого расстояния. Рана Паркера контактная. Судя по тому, что мне удалось разглядеть, рана Брофи почти контактная. В Голдмана, скорее всего, стреляли футов с трех, может быть, чуть больше, судя по ожогу на лбу.
Соер утвердительно кивнул.
— Значит, стрелявший, возможно, находился на переднем сиденье. Сперва убрал водителя, затем Брофи и последним Голдмана, — предположил он.
Харди, казалось, не был столь уверен.
— Возможно, убийца сидел рядом с Брофи лицом к Голдману. Застрелил Паркера через отверстие перегородки, потом Брофи, за ним Голдмана, или наоборот. Придется ждать вскрытия, чтобы точно определить траекторию выстрелов. Это может помочь нам установить последовательность убийств. — Он задумался, затем добавил: — А также осадки пыли от выстрела.
Салон действительно представлял мрачное зрелище.
— Определили примерное время смерти? — спросил Джексон.
Ройс проверил свои записи.
— Окоченение еще не достигло конца, собственно, до этого еще придется долго ждать. Они находятся в близких стадиях, весьма вероятно, что все встретили смерть приблизительно в одно время. С учетом температуры тел патологоанатом сделал предварительное заключение, что смерть наступила четыре-шесть часов назад.
Соер проверил часы.
— Сейчас восемь тридцать. Значит, где-то между двумя и четырьмя часами утра.
Ройс кивнул.
Джексон поежился — ворвался холодный воздух, когда открылись двери лифта и оттуда вышли еще несколько полицейских. Соер поморщился, наблюдая, как от дыхания людей выделяется пар. Харди улыбнулся.
— Я знаю, о чем ты думаешь, Ли. Никто не баловался с кондиционером, как это было в случае с твоим последним трупом, но при таком холоде, как здесь…
— Не знаю, насколько точно время смерти, — Соер закончил его фразу. — И я чувствую, что с каждой минутой неизвестности этот фактор приобретает все большее значение.
— Мы точно знаем, когда лимузин въехал в гараж, агент Соер, — вступил в разговор Ройс. — Въезд доступен для тех, кто имеет действительные ключи-карточки. Система безопасности гаража фиксирует въезжающих по индивидуальной карточке доступа к помещению. Карточка Голдмана зафиксирована в час сорок пять утра.
— Значит, он не находился здесь слишком долго перед тем, как все началось, — сказал Джексон. — По крайней мере, это дает нам исходную точку.
Соер не ответил. Он продолжал потирать челюсть, а его глаза сверлили место преступления.
— Оружие?
Детектив Холман вытащил предмет, завернутый в большой опечатанный пластиковый пакет.
— Один из полицейских нашел это в ближайшей сточной канаве. К счастью, пакет зацепился за попавший туда строительный мусор, иначе мы бы не нашли его. — Он передал пакет Соеру. — «Смит и Вессон», девять миллиметров. Пули «Хайдра-Шок». Серийный номер сохранился. Владельца будет легко найти. Сделаны три выстрела, остальные пули на месте. И мы предварительно установили три ранения на телах жертв. Все легко рассмотрели следы крови на пистолете, что естественно при контактном выстреле. Похоже, стреляли именно из этого пистолета. Стрелявший забрал гильзы, но пули, кажется, остались в телах, так что мы получим данные баллистики в зависимости от деформации пуль.
Даже до того, как ему передали пистолет, Соер уже заметил дефект. Джексон тоже. Они, обескураженные, посмотрели друг на друга: треснувшая рукоятка.
Харди заметил этот обмен взглядами.
— Нашли что-нибудь?
Соер вздохнул.
— Черт, — вот все, что он в это мгновение мог сказать. Он засунул руки глубоко в карманы, посмотрел на лимузин, затем на орудие преступления. — Фрэнк, я на девяносто девять процентов уверен, что это оружие принадлежит Сидней Арчер.
 
— Как вы сказали, ее зовут? — почти одновременно спросили оба детектива.
Соер описал им внешность Сидней и сообщил, что она работает в юридической фирме.
— Верно, газета писала о ней и ее муже. Вот почему мне это имя показалось знакомым. Это многое объясняет, — сказал Ройс.
— Как это? — спросил Джексон.
Ройс обратился к своей записной книжке.
— Система безопасности здания также фиксирует, кто входит и кто выходит после окончания работы. Угадайте, чья карточка была зафиксирована в час двадцать одну минуту?
— Сидней Арчер, — устало сказал Соер.
— Угадали. Вот черт, муж и жена — одна сатана. Мы все равно до нее доберемся. Тела еще теплые, так что у нас не будет большой головной боли, — самоуверенно сказал Ройс. — Мы уже собрали кучу мелких улик в лимузине. Мы рассортируем их и путем отсева сосредоточимся на главном.
— Не удивлюсь, если по всему салону найдут отпечатки следов Арчер, — сказал Холман. Он кивнул головой в сторону лимузина. — Особенно при таком обилии крови.
Соер повернулся к детективу.
— У вас есть мотив преступления?
Ройс поднял диктофон.
— Нашел это под телом Брофи. Он уже опылен.
Детектив нажал кнопку. Они слушали до конца. Лицо Соера покраснело.
— Это голос Джейсона Арчера, — сказал Харди. — Я его хорошо знаю. — Он покачал головой. — Если бы только у нас было его тело.
— А это голос Сидней, — добавил Джексон. Он посмотрел на партнера, который с несчастным видом прислонился к колонне.
Соер впитал новую информацию и включил ее в общую картину дела, которое снова видоизменялось. Брофи записал разговор в то утро, когда они пришли к Сидней. Именно поэтому сукин сын был так доволен собой. Это объясняло его поездку в Новый Орлеан и его маленькую шаловливую прогулку по гостиничному номеру Сидней. Соер поморщился. Он сам бы не разобрался в том, что Сидней говорила ему о телефонном разговоре. Только сейчас всплыла эта тайна. Она соврала ФБР. Даже если бы Соер засвидетельствовал, — а он сделал бы это через минуту, — что она позднее подробно рассказала ему о телефонном разговоре, то Сидней все же была бы виновна в оказании пособничества беглецу. Теперь ей грозило пожизненное тюремное заключение. В его воображении возникло лицо Эми, и его плечи поникли еще больше.
Когда Ройс и Холман удалились, чтобы продолжить расследование, Харди подошел к Соеру.
— Тебе нужны мои два цента?
Соер кивнул. К ним подошел Джексон.
— Я, похоже, знаю пару деталей, которые вам неизвестны. Первое — фирма «Тайлер Стоун» разорвала свой договор с Сидней Арчер, — сказал Харди.
— Продолжай, — Соер не спускал глаз с Харди.
— По иронии судьбы, письмо, извещающее о прекращении договора, было найдено на теле Голдмана. Все могло произойти примерно так: Арчер по какой-то причине заходит на работу. Может быть, это наивно, а может быть, нет. Она сталкивается с Голдманом и Брофи, либо случайно, либо по договоренности. Голдман, вероятно, подробно познакомил Сидней Арчер с содержанием письма, затем оба предъявили ей магнитофонную запись. Это серьезный материал для шантажа.
— Я согласен, запись компрометирует, но зачем им шантажировать ее? — глаза Соера все еще не отрывались от лица друга.
— Как я уже говорил, до крушения самолета Сидней Арчер была ведущим советником по сделке с «Сайберкомом». Ей была доступна конфиденциальная информация. Информация, за получение которой РТГ многое бы дала. Цена информации — запись на диктофоне. Либо она предоставляет им информацию, либо садится в тюрьму. Фирма все равно прекращает с ней договор. Какая ей теперь разница?
Соер выглядел смущенным.
— Но я думал, что ее муж уже предоставил РТГ эту информацию. Судя по тому обмену, который мы видели в видеозаписи.
— Сделки не стоят на месте, Ли. Я точно знаю, что со времени исчезновения Джейсона условия, на которых «Трайтон» согласился приобрести «Сайберком», изменились. То, что дал им Джейсон, устарело. Им была нужна свежая информация. То, что не мог дать им муж, могла предоставить жена.