Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Джексон хлопнул себя по лбу.
— Все это казалось столь незначительным. Когда расследование переключилось с Либермана на Арчера… — Джексон недоуменно покачал головой.
Соер сел на край стола. Только очень близкий ему человек мог бы понять, что ветеран ФБР за всю свою профессиональную карьеру не был так ошарашен.
— Извини, Ли.
Джексон еще раз взглянул на фотографию и съежился. Соер мягко похлопал партнера по спине.
— Это не твоя ошибка, Рэй. При сложившихся обстоятельствах я бы тоже этому не придал большого значения.
Соер встал и зашагал по комнате.
— Ну теперь это ясно как божий день. Надо подтвердить, что это Стивен Пейдж, хотя у меня в этом нет никакого сомнения.
Соер вдруг остановился.
— Рэй, департамент полиции Нью-Йорка так и не смог выяснить, откуда у Стивена завелись деньги. Ведь так?
Мозг Джексона напряженно заработал:
— Может, Пейдж шантажировал Либермана. Вероятно, угрожал раскрыть его любовную связь. Оба занимались финансами, принадлежали к одному и тому же профессиональному кругу. Может быть, здесь источник богатства Пейджа?
Соер покачал головой.
— О любовнице знали многие. Вряд ли этим можно было его шантажировать. Кроме того, мало кто станет выставлять на показ фотографию человека, который тебя шантажирует.
Джексон озадаченно смотрел на него.
— Нет, я думаю, что здесь все обстоит гораздо сложнее.
Соер прислонился к стене конференц-зала, скрестил руки и опустил голову на грудь.
— Да, кстати, что выяснилось о нашей неуловимой любовнице?
Джексон заглянул в папку.
— Ничего полезного. До многих доходили слухи. Они тут же спешили заявить, что это неподтвержденные сплетни. В страшном испуге просили не называть их имен и не впутывать в это дело. Мне приходилось импровизировать, чтобы успокоить этих людей. Это было чертовски трудно. Однако все они слышали о любовнице, могут описать ее прелести. Правда, каждое новое описание расходилось с предыдущим. Но…
— Но никто точно не может сказать, что когда-либо действительно видел эту таинственную даму.
Лицо Джексона искривилось.
— Да, верно. Откуда ты знаешь это?
Соер глубоко вздохнул.
— Рэй, ты как маленький ребенок играешь в испорченный телефон. Кто-то выкладывает тебе что-то, ты передаешь это следующему, он еще кому-то и так далее, пока информация не возвращается к тебе. Или же ходят какие-то слухи, распространяясь как круги на воде, и все начинают верить им, словно Библии. Каждый готов поклясться, что лично видел что-то, но все это выдумки.
— Черт, ты прав. Моя бабушка читала «Стар». Она верила каждому напечатанному там слову и рассказывала так, словно сама видела в пригородном поезде Лиз Тейлор вместе с Элвисом Пресли.
— Правильно. Но в этом нет ни капли правды. Люди рассказывают все что угодно, верят сами себе потому, что читали или слышали об этом. Их трудно переубедить в обратном, когда они слышали что-то от нескольких лиц.
— Ты говоришь…
— Рэй, я не верю, что светловолосая любовница вообще существовала. Более того, думаю, ее изобрели с определенной целью.
— С какой целью?
Перед тем как ответить, Соер глубоко вздохнул.
— Чтобы скрыть тот факт, что Артур Либерман и Стивен Пейдж были любовниками.
Джексон рухнул на стул, изумленно глядя на Соера.
— Ты не шутишь?
— Возьмем фотографию Пейджа, которая стояла в квартире Либермана рядом с фотографиями его детей. Любовные письма, которые мы нашли. Почему они не подписаны? Почерк на счете похож на почерк Стивена Пейджа. И последнее, но не менее важное обстоятельство — Пейдж стал миллионером, получая жалованье простого служащего. Это возможно, если спать с голубым, сделавшим миллионерами многих людей.
— Да, но зачем изобретать историю о любовнице? Она не укрепляет репутацию председателя Фонда.
Соер покачал головой.
— Кто знает, Рэй, так ли это важно для репутации в наше время. Если бы это было так, то большинству политиков этой страны пришлось бы собрать свои вещи и отправиться домой. Не помешало же ему это обстоятельство занять высокое кресло в Федеральном резервном фонде. Но подумай, что случилось бы, если бы обнаружилось, что Либерман гомосексуалист и имеет любовника чуть ли не вдвое моложе себя. Имей в виду — во всем мире нет более консервативной финансовой системы, чем в нашей стране.
 
— Понятно, его бы не стали долго держать. Тут сомнений нет. Но поговорим о двойных стандартах. Можно заниматься адюльтером до тех пор, пока это касается противоположного пола.
— Правильно, надо придумать ложную гетеросексуальную связь, чтобы прикрыть настоящую — гомосексуальную. К такому привыкли мужчины, занимающие ведущие позиции в Голливуде и не находящие ничего привлекательного в связи с лицом противоположного пола. Устраиваются фальшивые браки. Все притворяются, чтобы уберечь прибыльную карьеру. Репутация Либермана была подмоченной, но он носил обручальное кольцо. Его жена, вероятно, знала обо всем. А может быть, не знала. Но ей хорошо платили. Поэтому она держала язык за зубами. А сейчас она глубоко в земле, и никто не проболтается.
Джексон потёр лоб.
— Черт знает что.
Он озадаченно посмотрел на Соера.
— Если так, то смерть Стивена Пейджа произошла в результате самоубийства. Убивать его не было никакого смысла.
Соер покачал головой.
— Причин, чтобы убить его, было много.
— Какие, например?
Соер не торопился с ответом, взглянул на свои руки и тихо сказал:
— Хочешь при помощи научного эксперимента узнать, как Стивен Пейдж приобрел вирус иммунодефицита?
У Джексона округлились глаза.
— Либерман?
Соер не поднимал головы.
— Интересно выяснить, была ли у Либермана положительная реакция на вирус иммунодефицита.
Вдруг в голове Джексона все прояснилось.
— Если Пейдж знал, что он приговорен, то зачем молчать?
— Верно. Полученная от любовника смертельная болезнь не располагает к лояльности. Стивен Пейдж держал в руках карьеру Артура Либермана. Кажется, в моей записной книжке отмечено достаточно преступлений с подобными мотивами.
— Похоже, этот случай придется рассмотреть с совершенно новой точки зрения.
— Согласен. У нас множество предположений, но нет ничего, что можно было бы представить обвинению.
Джексон встал со стула и начал приводить в порядок папки.
— Так ты и в самом деле считаешь, что Либерман убил Пейджа?
Не получив ответа, Джексон повернулся к Соеру и увидел, что тот задумчиво смотрит в небо.
— Ли?
Соер наконец обратил на него внимание.
— Я так никогда не говорил, Рэй.
— Но…
— Увидимся утром. Отдохни немного. Тебе это необходимо.
Соер поднялся и направился к выходу из конференц-зала.
— Мне надо еще кое с кем пообщаться, — сказал Соер.
— С кем?
— С Чарльзом Тидманом, президентом Федерального резервного банка в Сан-Франциско. Либерману так и не удалось поговорить с ним. Думаю, кому-то пора с ним встретиться.
Соер оставил Джексона, склонившегося над грудой папок, и почувствовал головокружение.
  
Глава 48
 
Сидней Арчер поднялась с пола. Чувство безнадежности и страха отступало, его место занял сильный порыв — выжить. Она отперла один из ящиков стола и вытащила свой паспорт. Ей приходилось срочно выезжать за рубеж по юридическим делам.
Однако теперь причина такой поездки была бы сугубо личной — спасение собственной жизни. Она вошла в соседний кабинет. Он принадлежал молодому помощнику, яростному болельщику команды «Атланта Брейвс». Добрая часть полок отражала эту приверженность. Она схватила бейсбольную кепочку, подняла свои длинные волосы и заколола их, натянула на лоб кепку.
Она решила проверить свою сумочку. К ее удивлению, бумажник все еще был набит стодолларовыми купюрами, оставшимися после поездки в Новый Орлеан. Убийца не взял деньги. Выйдя из здания, она остановила такси, назвала адрес, и когда машина тронулась, поудобнее устроилась на сиденье. Она осторожно вытащила из кармана револьвер Голдмана 32-го калибра, засунула его в кобуру на поясе, которую ей дал Соер, и застегнула плащ.