Личная помощница врага (СИ)

А Юлиус Ару продолжал:
– Что я здесь увидел? Ты еще спрашиваешь?! Вы только что спали в обнимку, сидя на диване. И ты был не совсем одет, если помнишь.
– И что? – равнодушно пожал плечами учитель. – Мне было плохо, она помогала мне. Да, мы уснули. Если бы я уснул в обнимку с банкой лекарственной мази, ты бы мне тоже этим пенял?
– Нет, – возразил его отец. – Но она – не банка с лекарством и не кукла, а дочь кровного врага. Того, кто убил твоих родственников и ушел безнаказанным. К тому же, это девушка. Хочется верить, что еще невинная. И ты выдал ей самую главную тайну рода!
Теперь его палец обвиняюще указывал на грудь Ару. Я чувствовала, что внутри обоих горит огонь, жестокий и беспощадный. Каждому хотелось дать волю своей силе, но они сдерживались. Пока.
Учитель не выдержал первым. Оттолкнул руку отца и процедил:
– Потому что твой дружок Шендан попытался избавиться от меня с помощью врат вне категорий.
В глазах Юлиуса Ару появилось недоверие.
Не глядя на меня, учитель произнёс:
– Ариенай. Маргарет, должно быть, уже приготовила завтрак. Спускайся. У нас дневной патруль.
Не знаю, как я нашла в себе силы подняться. На ватных ногах я вышла из комнаты. Дверь за моей спиной захлопнулась, и это внезапно придало мне сил. Я оглянулась и замешкалась. А затем осторожно шагнула назад и приложила к гладкой деревянной поверхности ухо.
И тут же отпрянула, зажимая его рукой. Дверь оказалась нестерпимо горячей, а треск пламени заглушал все звуки. Кто из них позаботился, чтобы я ничего не услышала? Мне ничего не оставалось, кроме как отправиться в свою комнату. Нужно было умыться и спускаться на завтрак, но вместо этого я села на кровать и обхватила колени руками.
О чем они говорят? Что думает Юлиус Ару? И что делает учитель, как отпирается? Интрижка с ученицей сама по себе была кощунством, а уж интрижка с дочерью кровного врага… Наши роды враждуют несколько столетий. Я тут же вспомнила о встрече с Шенданом. Он обещал рассказать моему отцу о том, что я учусь у одного из Ару. И тот будет страдать, представляя ужасы, которые со мной может сотворить кровник. И ему, конечно, не придет в голову, что запугивание отчислением и обвинения в глупости каким-то образом перешли в объятия, поцелуи и подарки.
Я со стоном откинулась на подушки и уставилась в потолок. За последние сутки произошло слишком много всего, и я была неспособна переварить эти события разом. Наверное, именно поэтому я снова провалилась в сон.
Когда я открыла глаза, в комнате уже было темно, а в окно барабанил дождь. Рядом раздался напряженный голос учителя:
– Проснулась?
Я подскочила на постели и обнаружила, что Ару сидит рядом со мной, уже в жилете, его сюртук небрежно брошен на спинку кровати, а портупея с пистолетами лежит прямо передо мной. Опережая мои вопросы, он сказал:
– Ты проспала весь день. Что произошло?
– А как вы попали в мою комнату? – спохватилась я.
– Ты не закрыла дверь, – ответил он. – И уснула. Я не смог разбудить тебя утром и ушел в патруль один. Твоя тварь весь день сидит на крыше. Что произошло?
Я снова ощутила легкое тянущее чувство в груди и тут же вспомнила все,что произошло за последние сутки.
– Он ушел? – прошептала я, глядя в сторону двери. – Ваш отец? Вы ему все рассказали?
– Не все, – ответил Ару, и провел пальцем по моей щеке. – Есть вещи, о которых я умолчал.
Я оперлась на спинку кровати и прошептала:
– Почему? Если вы…
Я так и не смогла задать связный вопрос. И, воспользовавшись моей заминкой, Ару повторил свой:
– Что с тобой? Ты потратила много сил?
– И это тоже, – пробормотала я. – Но… Этого быть не может, знаю.
– Не тяни, – поторопил меня Ару, и в его голосе проскользнуло раздражение. – Что произошло?
Я сцепила руки на коленях и осторожно сообщила:
– Вчера, когда я пыталась заморозить Адскую метку, у меня появилось странное чувство. Оно было похоже на то, что я испытала в пещере, когда получала половину круга. Но этого же быть не может, правда?
– Почему? – удивился он. – Это все объясняет.
 
Учитель невольно коснулся груди, а затем продолжил:
– Медальон не всегда показывает реально существующий уровень, а пещера испытаний - лишь способ заставить тебя выйти за пределы собственной магии. Вчера… Я думал, что не справлюсь , но ты смогла создать достаточно льда, чтобы усыпить метку.
Внезапно я пожаловалась:
– Сначала я испугалась, что у меня не получится. А потом произошло… нечто. И силы стало больше.
Я отвела взгляд, и в глаза бросилась портупея учителя. Я снова увидела на обоих пистолетах выгравированные буквы “Р” и “А”. Я осторожно коснулась их пальцем. А затем ни с того, ни с сего спросила:
– Что значат эти буквы?
– Всего лишь мое имя — Рой Ару, – немного удивленно ответил учитель. – А что?
Я тут же вспомнила гравировку на своих пистолетах и задумчиво произнесла:
– А почему тогда на моих “А.А.”?
Я подняла взгляд и увидела, как в глазах учителя промелькнуло замешательство.
– Не имеет значения, – спохватившись, отрезал он. – Ты прошла третью четверть круга. И с этим тебя можно поздравить. Экзамен - лишь формальность, которая поможет тебе закрепить нужный объем ядра. И это все объясняет. И то, что ты справилась, и то, что весь день спала. Меня не могли разбудить двое суток после того, как я получил бессмертие.
Я нервно потеребила медальон в виде половинки круга и вздохнула:
– Никогда не слышала о том, что сила может не соответствовать медальону…
– Это встречается довольно редко, – сухо ответил учитель. – И обычно - в обратную сторону. Элизабет носит медальон в три четверти круга, но пользоваться может лишь половиной.
– Почему?
– Она повредила ядро. В тот день, когда я родился.
Он замолчал, а я ничего не стала спрашивать. Учитель поднялся, подхватил сюртук, портупею и посоветовал:
– Спускайся на ужин. Ты ничего не ела целые сутки. И позови своего демона, а то он пугает соседей. А еще запирайся, и лучше водным заклинанием.
С этими словами он вышел из комнаты. Я услышала, как в гостиной хлопнула входная дверь и нехотя сползла с кровати. Меня все еще одолевала слабость. Но я нашла в себе силы зайти в гостиную и взмахнула руками, создавая водное заклинание на двери. Магия и правда шла иначе, совсем другим потоком, и к этому еще нужно было приспособиться. Сомнений не было. Ару прав, я получила следующую четверть круга.
Но к радости примешивалась нотка горечи. Юлиус Ару застал меня в объятиях своего сына. Учитель сделал все, чтобы скрыть то, что происходит между нами. Но поверил ли этому его отец? И чему верю я - тому, что происходит между нами, или тому, что Ару говорит остальным?
С тяжелым вздохом я подошла к окну и прикоснулась к огненной метке под воротником рубашки. Выждала пару минут, но ничего не произошло. Ару сказал, что демон сидит на крыше весь день. Неужели не смог войти?
Я подошла к окну и распахнула створки. В комнату ворвался сырой воздух, несущий запахи мокрого камня и дождя. Я огляделась в поисках своего питомца. Мое внимание привлекла огненная вспышка у дома напротив. Но это был не Мерпус, и не другой демон. А человек, которого я не ожидала здесь увидеть.
Глава 16. Где же Мерпус?
Тонкая рыжеволосая фигурка под огненным заклинанием довольно быстро скользнула в подворотню, но я успела понять, кто это. Элоиза Хейг. Что ей нужно? Она следит за мной? Почему? И где же все-таки Мерпус?
Я немного постояла у окна, но демон не появился. Я старалась гнать от себя мрачные мысли. Мой огненный питомец не любил дождь и мог спрятаться где-нибудь. Но почему он не зашел в комнату? Раньше закрытые окна его не смущали. Я еще раз внимательно оглядела улицу и коснулась метки. Но ничего снова не произошло. Поэтому пришлось закрыть дверь и отправиться умываться.
На кухне я встретила только Маргарет. Она хлопотала вокруг стола, собирая грязные тарелки. Похоже, все, кроме меня, уже поужинали. Но хозяйка тут же улыбнулась мне и наложила жаркого, выставила свежий хлеб и кружку горячего травяного чая. Только в этот момент я почувствовала, как я хочу есть. Я успела съесть половину своей порции, когда на кухне появился учитель.