Истинная на одну ночь (СИ)

Глава 21
В том, что Сюзи никому не расскажет о моей тайне, я не сомневалась. Она была преданна мне, а к тому же знала, что если выполнит то, что ей велела моя мачеха, то будет щедро вознаграждена.
Но я понимала и другое – несмотря на все меры предосторожности, слухи среди слуг всё равно пойдут. Невозможно было не сопоставить одно с другим – мою поездку в столицу и странную необходимость несколько месяцев провести в изоляции. Наверняка большинство из них правильно определили причину моего вынужденного сидения под замком. Оставалось лишь надеяться, что об этом не узнают соседи. Слуги ценили работу у нас и должны были остеречься распространять сплетни в ближайшем городке.
Однажды, воспользовавшись отъездом родителей на светский раут к графине Меридо, Джорджина всё-таки прорвалась ко мне в башню. Она поднялась в мою комнату и бросилась мне на шею. А потом долго смотрела на мой уже большой живот. И только когда у меня на глазах показались слёзы, она смутилась и воскликнула:
– Неужели ты думаешь, что я тебя осуждаю? Думаешь, я не догадалась, почему матушка переселила тебя сюда? Но мое отношение к тебе ничуть не изменилось. Даже если ты совершишь что-то на самом деле ужасное, ты всё равно останешься моей любимой сестрой!
Она хотела, чтобы я улыбнулась, но я только расплакалась еще сильней.
– Эми, ну что же ты? – расстроилась она. – Я слышала, что женщинам в таком положении не следует волноваться.
– Всё в порядке, дорогая! Ты просто не представляешь, как я рада, что ты пришла! Я часто смотрела на тебя из окна. Я боялась, что ты уедешь в столицу прежде, чем я выйду отсюда. Наверно, наряды для покорения Ла-Шарпьена уже готовы?
– О, да! – рассмеялась она. – И они просто восхитительны! И я уже овладела такими тонкостями этикета, о которых прежде и не подозревала. Но в Ла-Шарпьен нас пока не пригласили. Амулет всё еще ездит по стране, и матушке уже кажется, что его возят на черепахах.
– Но, может быть, его величество ждет, что вы прибудете в столицу, не дожидаясь приглашения, – предположила я.
– Нет-нет, – Джо замотала головой. – В одном из писем его величество ясно дал понять, чтобы мы пока оставались в Деланже, и хотя матушке давно уже хотелось бы блистать в Ла-Шарпьене, она послушно дожидается дальнейших распоряжений короля. Кстати, папенька уже снял в столице особняк на одной из центральных площадей. На сей раз мы решили не останавливаться у тети Патриции.
Я вздрогнула. Больше всего я жалела о том, что подвела тетушку. Мне было страшно думать о том, что из-за моей беспечности гнев отца и мачехи обрушился на ни в чём не повинную Патрицию. А ведь она всего лишь хотела показать мне бал в королевском дворце!
– Мне ужасно жаль, что из-за меня родители рассорились с тетей! – воскликнула я, едва сдерживая очередную порцию слёз. – Прошу тебя, уговори их помириться!
– Разумеется, они помирятся, – без тени сомнений заявила Джо. – Мы же теперь должны будем играть роль дружной и любящей семьи. А Патриция, что бы матушка о ней ни думала, пользуется в столичном обществе большим уважением. Так что не беспокойся! К тому же, когда мы поедем в столицу, ты наверняка поедешь вместе с нами – ведь все знают, что у меня есть младшая сестра и тоже ждут тебя при дворе.
– Поеду с вами? – изумилась я. – Но это невозможно! Даже если вы отправитесь в Ла-Шарпьен уже после того, как мой ребенок появится на свет, он будет еще слишком мал, чтобы я могла оставить тут его одного.
Но Джо беспечно улыбнулась:
– Уверена, матушка что-нибудь придумает. Малыш может поехать в столицу с твоей горничной в другой карете. Они расположатся в каком-нибудь доме неподалеку от нашего особняка, и ты сможешь часто их навещать.
Я не могла сказать ей, что мое появление при дворе короля Ричарда было невозможно еще и по другой причине.
– Но не могу же я всё время скрывать моего ребенка. Мне страшно представить, что я расстанусь с ним даже на минуту.
 
– Возможно, в столице ты встретишь мужчину, который придется тебе по душе, и который искренне полюбит тебя и будет заботиться о твоем сыне или дочери. Конечно, ты не сможешь в открытую заявить о том, что это твой ребенок. Но вы можете сказать, что просто взяли сиротку из приюта. Приличия будут соблюдены, а до всего остального обществу не будет никакого дела.
Джо была старше меня, но сейчас я чувствовала себя куда мудрее и опытнее сестры. Сама она могла искренне верить в то, что говорила, но я понимала, что в реальном мире это было утопией.
На дороге показалась карета родителей, и Джорджина, обняв меня еще раз, вынуждена была удалиться из башни. А вот я долго еще после этого разговора не могла прийти в себя. То, что сказала сестра, сильно меня напугало.
Я и до этого задумывалась над тем, что будет после того, как я рожу ребенка. Но я надеялась, что к тому времени родители и Джо уже будут слишком поглощены подготовкой к свадебной церемонии, чтобы обращать внимание на меня. Мне хотелось думать, что отец не откажется дать нам возможность остаться в замке до тех пор, пока малышу не исполнится хотя бы полгода. А потом мы с Раулем могли бы уехать куда-нибудь в большой город, где легко было затеряться среди незнакомых людей.
И только сейчас я поняла, что мачеха желает, чтобы я поехала в столицу вместе с ними. Но я была уверена, что она не позволит мне взять с собой малыша.
Эти мысли не дали мне заснуть, и я, погасив свечу, долго сидела у приоткрытого окна.
Глава 22
Маленький Рауль родился на рассвете – именно в тот момент, когда первый солнечный луч скользнул по потолку, я и услышала первый крик своего сына. А следом - и голос Сьюзан:
– Это мальчик, госпожа!
Он был совсем крохой, но когда он снова закричал, я подумала, что его крик, должно быть, был слышен далеко за пределами башни. И теперь я уже не боялась этого - напротив, я этого хотела. После того, что я услышала ночью, мне уже не хотелось молчать. Джорджина уже знала правду, а если ее узнают и слуги, то мачехе трудно будет делать вид, что ничего не случилось.
– Сьюзи, прошу тебе, не отходи от Рауля ни на минуту! Одна из нас всё время должна быть с ним рядом. Не доверяй никому - ни моим родителям, ни месье Лавуазьену. Это очень важно, поверь!
– Что вы такое говорите, госпожа? – перепугалась девушка. – Но, разумеется, я не отойду от вашего сына ни на шаг!
Так мы и дежурили у колыбели по очереди. Когда спала я, бодрствовала Сьюзен. А когда сон овладевал ею, с кровати поднималась я. Теперь мы стали запирать дверь на засов, и дворецкий уже не мог беспрепятственно входить в башню.
Возможно, мачеха нашла бы способ исполнить задуманное, но вмешался случай.
Однажды утром я услышала стук в дверь. Я как раз кормила сына. В обычаях дворянских семей было нанимать для младенцев кормилицу, но в данном случае мы не могли пригласить чужую женщину в башню. Но это было даже хорошо, потому что это позволяло мне ощущать какую-то особую связь со своим ребенком.
Сьюзен спала, и я, приведя себя в порядок, спустилась к дверям. На пороге я увидела отца и мачеху. Со дня рождения Рауля прошла уже неделя, но это был их первый визит в башню. Я была уверена, что их давно известили о появлении малыша, но даже мой папенька отчего-то не пришел раньше познакомиться с внуком.
– Доброе утро, дорогая! – отец обнял меня, поцеловал. – Надеюсь, ты позволишь нам посмотреть на твоего ребенка?
Дороти не нашла для меня ни объятий, ни ласковых слов – только холодную улыбку.
Рауль уже спал, и я не стала вынимать его из колыбели. И когда мой отец подошел к ней и увидел внука, на лице его отразилась целая гамма чувств - и нежность, и умиление, и оскорбительная жалость.
А в воздухе словно повисло напряжение. И я почувствовала, что они пришли не просто так.