Седьмой царевич (СИ)

— Это кровь сдавать надо? — тихо пискнула одна из девушек.
— Для определения ДНК достаточно слюны или частички кожи, но государство предпочитает перестраховаться, — мило улыбаясь, объяснила врач. — Прошу вас подходить ко мне и моей коллеге по одному, чтобы это не затянулось.
Так вышло, что я сидел возле прохода и пошёл первым. Почему? Ответ элементарный — я уже давно не получал сообщений на пейджер, сибовцев либо всё устраивало, либо они вообще забыли о моём существовании. Так что пусть расхлёбывают. ДНК Романовых сто процентов должно быть в базе для сравнения.
При самом негативном исходе обо мне просто вспомнят. Хотя… а ведь доступ к тесту ДНК могут иметь не только СИБ, но и медицинская служба, а через них и конкуренты императора Василия Романова. Ну или знакомые моих братишек из этого мира, которые могут попытаться устранить лишнего претендента на трон.
Но тут я уже совсем не беспокоился. Кто к нам с чем, тот от того и того.
Зато новости о золотой молодёжи, выборе специалитета и прочем меня, наоборот, обрадовали. Хотел отпуск — получай! Тем более если подтвердится история с ДНК, я вообще буду как сыр в масле кататься… со следующего года. Нужно будет только этот как-то прожить, а потом заселиться в общежитие. Не могу сказать, что отказался от мысли занять место сейчас, но малоимущим сиротой-инвалидом я точно не был. Хотя… ПТСР считать? Множественное.
— Следующий! — прилепив мне пластырь на место укола в вену, объявила медсестра и, подписав стеклянную пробирку «ИВКарлсон», поставила её в деревянный ящичек, с пустыми рядами точно таких же.
— Анализы будут готовы в течение пяти дней. В связи с тем, что кому-то из вас может повезти, и мы не должны ударить в грязь мундиром, вам придётся пройти короткий курс по этикету, чтобы в случае необходимости не опозориться на императорском приёме и присяге, — продолжил Пётр, когда бо́льшая часть сдала кровь и теперь отдыхала на креслах. — Преподаватель уже прибыл, сегодня закончим организационные вопросы, а завтра с самого утра начнутся занятия.
Спорить никто не стал, как и задавать тупые вопросы. Нам продиктовали список обязательной канцелярии, замерили и записали всё для выдачи кадетской формы и, наконец, рассказали, какие предметы и учебники мы будем должны купить самостоятельно. По всему выходило, что государство обеспечивало нам самый минимум. Отталкиваясь от парадигмы: «Можешь? Делай!»
Я такой подход полностью одобрял, правда, это мало перекликалось с пресловутыми социальными лифтами и заботой монархии о гражданах. Ведь тех, кто в текущих экономических условиях не мог, было абсолютное большинство. Развал прошлой империи, на руинах которой воскресла Российская, проходил с болью и кровью миллионов. И сейчас страна только-только начала оправляться от произошедшего.
Задумавшись, я даже не сразу заметил, как ко мне подсела Аня.
— Привет, — чуть смущённо сказала девушка. — Выходит, мы в одной группе.
— И тебе привет. Ага, ты вчера об этом говорила.
— Точно, насчёт вчерашнего. — ухватилась за мои слова девушка, но тут же замерла, будто боясь продолжить. — В общем, спасибо тебе, было потрясающе. Я даже не думала, что может так получиться. В смысле, хорошо в первый раз.
— На здоровье, ты тоже была потрясающа.
— Блин, ну вот, опять ты меня засмущал, — покачав головой, вздохнула Аня. — В общем, я… мы поговорили с мамой и отцом. Ты ещё совсем маленький и…
— Маленький? — со смехом уточнил я.
— Ох, нет, совсем не маленький. Стоп. Ты меня сбиваешь. Я вообще не об этом хотела сказать! В общем… мы не должны встречаться в академии. Это ударит по нам обоим. И… по отцу тоже.
— Вот как. Ну, если это твоё решение, то я его приму, — спокойно ответил я, но девушка скуксилась, будто укусила лимон. — Но ты же понимаешь, что есть и жизнь вне академии? Мне, например, придётся продолжить снимать квартиру. Так что… сможешь приходить в гости.
— Да, было бы хорошо. В смысле, нет! Ох… — Аня зажмурилась и прикрыла лицо ладонью. — Не знаю. Ничего не знаю. Давай как-нибудь потом решим?
  
— Как Скажешь, — улыбнувшись, пожал я плечами. — В крайнем случае ты всегда можешь одеть комплект кружевного белья и сказать, что я тебя соблазнил.
— Ваня, фу таким быть! — толкнула меня девушка отодвигаясь. А затем, уже стоя в проходе между партами, повернулась и стрельнула глазками: — Я подумаю…
Вот чего у меня было вагон, так это времени. Я совершенно никуда не спешил. Но, к сожалению, не всё зависело от меня, и, попрощавшись с новыми одногруппниками, я вернулся домой, где обнаружил сидящую на кровати бледную арендатора. А ведь она говорила, что у меня единственный комплект ключей…
— Добрый день, — проговорила она, состроив обиженно оскорблённую гримасу. С чего бы, блин? — Вы не согласовывали покупку техники! И что вы сделали со старым телевизором? Он был рабочий!
— И вам добрый. Судя по вашему виду, вы не очень довольны, к счастью, это решаемо. И можете меня заодно поздравить, я поступил на бюджет, так что мне предоставляют место в общежитии. При съезде я, естественно, заберу всю технику.
— А я вам тогда аванс не верну! — вскочив, сказала арендодатель. — За порчу имущества, вот! Вы телевизор сломали, должны оставить вместо него этот!
— Я понять не могу, с чего вы все такие дурные и не пуганные? — недоумённо проговорил я, глядя на вновь побледневшую женщину. — Я ничего не ломал, так что и платить ни за что не буду. Ну а если решили не возвращать предоплату… можно и сломать. Как раз в размере стоимости.
— Хочешь по-плохому? Ты тут порнуху снимаешь! А у нас в стране это запрещено! Я на тебя в милицию пожалуюсь! Соседи рассказали, как ты девок сюда водишь! Тюряга по тебе плачет, извращенец малолетний!
— Порнуху снимаю? — я быстро огляделся, прикидывая, что могло пропасть. Если эта дурында посмотрела одну из кассет, это может быть реальной проблемой, при этом не только для меня, но и для неё. — Значит, технику мою трогала…
— Ничего я не трогала, не докажешь, щенок! — вскочила тётка, с явным намерением выбежать из комнаты.
— Сядь, — рявкнул я, потянувшись к стволу. — Открой сумку.
— Вот ещё, — она попыталась проскочить мимо, но я оказался быстрее, тренировки сказались. Дёрнул сумку, та порвалась, и наружу высыпались банкноты и кассета с подписанной датой. — А! Убивают! Убивают соседи!
— В чём дело? — как по заказу в дверь ворвался мужик, восточной национальности, с толстым загнутым носом. — Что творишь, сопляк⁈ На женщину руку поднял? Я тебя сейчас.
С этими словами он достал из кармана кастет и начал приближаться, пока женщина торопливо рассовывала выпавшие деньги по карманам. Не знаю, на что они рассчитывали. Может, на то, что я не окажу сопротивления, испугаюсь и всё отдам добровольно? Уже не важно. Они решили испортить мне отпуск. И это уже их проблема.
Выхватив пистолет, я воспользовался секундной заминкой-узнаванием в глазах мужчины, и одним движением вырубил южанина ударом в висок. В стороны разлетелись брызги крови, женщина заверещала, сжавшись в углу.
— УБИВАЮТ! Соседи! Убивают! — орала она, продолжая сжимать мои деньги. Вот только больше на её призывы никто не приходил. Понятно, что это временно, как только она уйдёт, позовёт подмогу, а ведь у нас даже договора нет…
— Всё захапала? — спросил я, глядя на набегающую от мужика лужицу крови. — Рубли, доллары? И что, стоило это твоей жизни?
— А-а! Убивают! — от ора она охрипла и с каждой фразой становилась всё тише.
— Кажется, всем наплевать. Или ты своими делами так достала соседей, что они даже обрадуются, если тебя скормят барабуле, — постукивая пистолетом по бедру, проговорил я. — И что же мне с тобой делать…
Постепенно в её глазах начало читаться понимание. Похоже, не раз и не два она проделывала это с туристами, обкрадывала, обирала до последней нитки, а потом ещё и заставляла платить неустойку под угрозой побоев или милиции. Только вот в этот раз всё пошло наперекосяк.