Код Рембрандта (СИ)
– Ком?
– Говорящей голове.
– Вы о мифах Средневековья?
– Не совсем о мифах, не обязательно Средневековья.
– Чем же вы их связываете?
– Ну, например, вот эта история…
– Нет. Вы, конечно, извините, я вижу, наша дискуссия затянется. Не скажу, что не интересно. Интересный вы собеседник, но давайте завершим начатое обсуждение расшифровки мыслей с помощью анализа сигналов мозга МРТ-установкой.
– Собственно, вы об этом хотели мне рассказать.
– Да. А после с удовольствием послушаю вас. Об этой, как вы сказали, говорящей голове.
Мы улыбнулись друг другу.
– Так вот, собрав разные данные МРТ-исследований, ученые разработали алгоритм глубокого обучения нейронной сети для их анализа. Нейросеть интерпретирует сигналы мозга и выстраивает цепочку его активностей во время создания мыслей. Получился как минимум алфавит, а может, и словарь. Я условно сравниваю.
– Извините, перебью. Эти опыты и эксперименты проводил интересующий меня персонаж?
– Да. Конечно, понятно, что не один. У нас, как вам известно, сильнейший научный потенциал.
– Не сомневаюсь. «ЗАСЛОН» собрал лучших.
Мы кивнули друг другу в знак согласия. Он продолжил:
– В «алфавите» уже 510 реакций мозга. Используя их, нейросеть научилась предсказывать, о чем думает человек, по показаниям МРТ. Пока эти данные не раскрываются полностью для общественности. Именно полностью. Частично-то они известны.
Вот, скажем, не удивит ли вас, что точность предсказания составила 94%.
– Ну уж, – недоверчиво высказался я.
– Вот уж, – утвердительно ответил тот.
Что-то меня заставило задуматься. Я решил прояснить:
– То есть… хм, то есть система, оперирующая большими данными, а я так понимаю, эти 510 вариантов складываются в множество комбинаций, – знает фактически наши мысли. Так?
– Должен признаться, да.
Мое изумленное выражение лица и молчание сказали о многом.
– Так этого еще мало, – продолжил шокировать меня собеседник, – больше вас изумит мое следующее откровение: алгоритм смог провести операции в обратном порядке, когда получал данные о человеческом действии, создавал снимок МРТ. Вот чем не аналог «китайской комнаты»?
– Я бы сказал, что вы шутите, только не могу себе этого позволить как дискутирующий профессионал с профессионалом.
– Позволю себе продолжить шутить. А вы решайте – шутка это или реальность сегодняшнего дня. Я уже молчу о завтрашнем. Уже вот лет двадцать на рынке существуют устройства, которые позволяют людям с проблемами зрения частично его вернуть. Например, «Око II» от нашей компании. Это внешняя камера, видеопроцессор и набор электродов. Камера крепится к очкам, электроды вживляются в сетчатку и соединяются с камерой. Изображение с камеры поступает на встроенный видеопроцессор. Он обрабатывает сигнал и подает его на электроды для стимуляции оставшихся здоровых клеток сетчатки, которые создают изображение. Эти устройства еще пользуются спросом, однако мы хотим вывести на рынок нашу технологию: вживление камеры непосредственно в зрачок и интеграция с мозгом. Понимаете, какое ноу-хау «ЗАСЛОН» не может использовать во благо людям? Технология ведь под грифом «совершенно секретно».
«Вот оно в чем дело», – подумал я, а сам сказал:
– Что только люди не придумают, лишь бы покопаться в грязном белье друг друга.
– Что ж вы так? Не только мы консультируем разработки в этой области.
– Да, есть такое дело.
– Давеча были мы на конференции…кстати, много ныне стартаперов теперь среди научного брата.
– В Сан-Франциско? В Калифорнийском университете?
– Вот видите, вы обо всем осведомлены.
– Но в этом нет секрета. Это наш профиль.
– Знать обо всех? – он выразил легкую усмешку.
– Обо всем, – ответил я в том же тоне, – это же наш профиль. И наши там были: как специалисты, так и люди в штатском. Вы же понимаете.
– И что вы скажете насчет вживляемых устройств?
– Внедрение в мозг нейроимплантатов?
– Их самых.
– Знаком с их разработкой, той, которую демонстрировали, правда, пока как имитацию. Что могу сказать, да, разработали они такую систему, нейроимплантат и ПО, которые переводят мозговую активность человека в слова и предложения. Но я не скажу об их авторстве. Точность – да, а вот новинка – нет. Имплантат внедряют в мозг, в речевые отделы. Прибор фиксирует мозговую активность и передает ее в программу. На выходе получается синтезированная речь. Разве внедрение в мозг – это новинка?
– Насколько я могу просканировать эту тему, ничего такого еще не было в открытом доступе. Все пытаются считать внешние сигналы.
– В этом направлении работает даже Илон Маск.
– Как раз там, на конференции, был представлен труд коллектива его компании.
– Neuralink?
– Да, представили технику, которую производит его компания.
– Вот. И они вживляют в мозг специальные тончайшие проводочки, в четыре раза тоньше волоса. Те считывают сигналы с нейронов и передают в специальный чип. С него данные можно передать дальше по обычному протоколу USB-C.
– Но не каждый человек согласится на такое.
– На то, чтобы просверлить отверстие в черепе?
– Да.
– А как же туда залезть-то? – я снова сопроводил речь улыбкой.
– Не обязательно же сверлить череп. Вот, например, разработка от университета Карнеги – Меллона. У них система в виде переносимого устройства для регистрации активности мозга и его стимуляции. Устройство способно считывать сигналы нейронов без внедрения в мозг.
Я почти ухмыльнулся:
– Для вас же это прошлый век. Вы, извините, хотите использовать встречу со мной как возможность протекции для продукции АО «ЗАСЛОН»? Хотите технологию вывести для гражданского потребления? Без обид, мы с вами коллеги по профилю безопасности, и меня гложет сомнение насчет естественной смерти вашего сотрудника. Ведь и он хотел вывести из-под контроля технологию. Так ведь?
Собеседник промолчал, лишь искоса посмотрел на меня. Потом как ни в чем не бывало продолжил:
– Почему бы не существовать разным вариантам? В голове не будут делать дырку. Хотя она вообще-то зарастет. Помню, по юности разрабатывали на российский рынок «Нейрочат». Был внешне коммутируемый. Система гарнитуры отслеживала электрические сигналы мозга при движении глаз и набирала текст на экране компьютера. Это было из области фантастики. А теперь адаптер wi-fi непосредственно в мозге.