Виктор III. Развязка (СИ)

— Ладно, будь по-твоему, — решил химеролог, пожевав губы. — Но, если через пару дней ничего не изменится, мой добрый друг Кир проверит тебя.
— Хорошо, ваша милость, — улыбнулся я. — Мне можно идти?
— Иди, — махнул кистью руки барон и с тяжёлым вздохом открыл пухлую красную папку, в которой лежали бумаги со всеми его тратами.
Я поднял с кресла свой зад и выскользнул из кабинета.
Блин, за пару дней вряд ли что-то изменится. Значит, велик шанс того, что Каралис прошвырнётся внутри моей головы. А этого нельзя допускать. Но что мне делать? Хм-м-м.
А что если сперва самому там поблуждать? Кажется, менталисты высокого уровня вполне могут заглядывать внутрь своего сознания. А я как раз уровень поднял до пятого. Вчера вечером мы с Люпеном провели хитрые манипуляции — и барон подтвердил наличие у меня пятого уровня, а затем он строго-настрого запретил мне кому-либо рассказывать об этом, кроме, естественно, Марка, Эда и Вероники.
Значит, осталось отработать пассы нового умения. Правда, за пару дней их хрен отработаешь. Но если они простенькие, то можно попробовать, ежели прям с утра и до самого вечера их долбить. А кто мне может их показать?
Я отправился на розыски господина Кира. Он вроде как сейчас должен дремать. Восстанавливать силы после всех приключений. А потом менталист собирался вернуться на родину.
Однако мне не пришлось ломиться в дверь гостевой комнаты. Каралис обнаружился в конце коридора в кресле у окна. Он читал какую-то книгу, а подле него на журнальном столике рядом с графином с водой красовалась чашечка чая.
— Добрый день, сударь, — поздоровался я с ним. — Не помешал?
— Нет, — ответил он, потёр покрасневшие глаза и отложил книгу. — Ты что-то хотел спросить?
— От вас ничего не утаить, — льстиво сказал я и уселся на пустующее кресло, стоящее по другую сторону столика.
— О-о-о, лесть. Тебе от меня что-то очень сильно нужно, — усмехнулся менталист, склонил голову к плечу и бросил: — Излагай.
— В общем, тут такое дело, господин Каралис, я всем сердцем возжелал научиться заглядывать в собственное сознание.
— Похвально. Да и умение весьма полезное. Я в минуты ностальгии поднимаюсь на «чердак». Брожу среди детских воспоминаний, — поделился со мной аристократ. И его загорелое инквизиторское лицо с неглубокими морщинами немного смягчилось. Глаза же подёрнулись пеленой воспоминаний. Но уже через миг он резко сказал: — Да, умение полезное, но, чтобы им воспользоваться, нужен хотя бы шестой уровень дара. Тебе придётся подождать.
— Но пассам-то вы меня можете обучить? — спросил я, конечно же, не став рассказывать об эссенции. Не его это дело. — Они же, наверняка, очень сложные? Вот я и буду их разучивать.
— Пассы не потребуются. Тут нужен транс с определённым набором слов. Это умение похоже на самогипноз, — просветил меня Кир, закинув ногу на ногу. — Но от этого умение не становится легче. Если ты всё ещё хочешь овладеть им, то я могу дать тебе урок.
— Очень хочу, — радостно выдохнул я.
— Тогда прими удобную позу, расслабься, войди в транс и повторяй за мной…
Я откинул голову на спинку кресла, провалился в транс и стал шептать слова, сказанные менталистом. Попутно во мне возникло опасение… я опасался успеха — проникнуть в сознание на глазах Каралиса. Вот он охренеет. И конечно же, сразу поймёт, что мой уровень совсем не такой, коим был раньше. Но, оказывается, я зря боялся. У меня никак не получалось нащупать ту дверь, которая вела в сознание. Я даже близко к ней не подошёл, хотя старался изо всех сил, как алкаш, ползущий к родному дому. 
Вскоре Кир произнёс:
— Достаточно.
— Тяжело, — пожаловался я, выйдя из транса. У меня вспотел лоб и подмышки.
Менталист налил мне из графина воды, протянул стакан и с лёгкой усмешкой сказал:
— А что ты хотел? Это магия, а не ковыряние в носу.
— Угу, — вздохнул я, принял стакан и залпом опорожнил его.
Поставил тару на стол и вытащил из кармана платочек, дабы вытереть вспотевшее лицо. И тут что-то металлически звякнуло, упав на пол. Я поспешно скосил глаза и увидел тот самый золотой перстень, который вытащил из трупа, покоящегося в доме на Блюдце Дьявола. Украшение выпало из моего кармана, когда я извлёк оттуда платочек.
 
Перстень частенько путешествовал со мной. Я всё хотел его продать, но как-то не получалось: то одно, то — другое. Сейчас же он привлёк внимание Каралиса.
Он задумчиво посмотрел на него проницательным взглядом и сказал:
— Любопытная вещица. Можно взглянуть поближе? 
— Да, конечно. Держите, сударь, — я поднял перстень с пола и передал его Киру.
Тот взял его двумя пальцами, покрутил перед глазами, довольно хмыкнул и бросил в графин с водой. А я испустил удивлённое восклицание. Перстень же быстро опустился на дно и недвижимо замер.
— Зачем вы это сделали? — изумлённо спросил я и чихнул.
— Гляди, — бросил Каралис и кивнул на графин. Вода в нём вдруг стала бледно-бледно голубой, словно её подсветили. А её ведь, и правда, посветили. Свечение исходило от перстня.
— Невероятно! — ахнул я. — Он что… какой-то радиоактивный? А я ведь носил его в кармане штанов, прям рядом с… Боже! Кабы теперь чего не вышло. Да и его милости барону Люпену я его одалживал.
— Перстень безопасен, — успокоил меня Кир и весело усмехнулся. — И даже более того — он несёт пользу своему владельцу. Мне приходилось сталкиваться с такими вещами. Они довольно древние и являются редкими артефактами. Подобные перстни немного повышают такую эфемерную субстанцию, как удача. Когда чаши весов находится в равновесии, перстень склоняет их на сторону своего хозяина. Но перстень, конечно, не всесилен. Ежели ты летишь с убийственной высоты, то у тебя не отрастут крылья и внизу тебя не будет ждать многометровая перина.
— Ого! — выдохнул я, отправив брови к потолку.
Мне сразу же вспомнился взрыв в лаборатории, когда там погиб перевертыш Люпена. Барон тогда только чудом выжил. Может, как раз перстень ему помог?
— Береги эту вещицу, — посоветовал Каралис, метнув взгляд на перстень.
— Спасибо, что рассказали мне о его ценности, — искренне поблагодарил я аристократа и выловил золотую цацку из воды.
— Ах вот вы где, сударь! — внезапно раздался позади меня голос Люпена, спешащего по коридору. — Мой друг, я спешу вам напомнить о времени.
— Да, точно! — шлёпнул себя по лбу менталист. — Совсем запамятовал. Мне же надо отправляться. Но позвольте сперва переговорить с вами, барон.
Кир бросил на меня выразительный взгляд, который прямо говорил, что он бы хотел пообщаться с Люпеном наедине.
Я тотчас встал и улыбнулся химерологу. А тот занял опустевшее кресло и спросил у менталиста:
— Так, о чём вы хотели поговорить?
— Кхам, — кашлянул Кир в кулак.
— Водички, чтобы прочистить горло? — услужливо предложил барон, берясь за графин.
— Нет, спасибо, — донёсся мне в спину голос аристократа.
Я свернул за угол, затаил дыхание и начал изо всех сил прислушиваться. У меня, по-моему, даже уши чуточку вытянулись.
—… Вы намерены отказаться от дальнейших поисков Руки? — расслышал я голос Кира Каралиса.
— Да, — поколебавшись, ответил ему барон. — В данной ситуации этот вариант видится мне наиболее предпочтительным.
— Но вы ведь догадываетесь к кому отправилась Рука, не так ли? — вкрадчиво произнёс аристократ.
— Наверное я могу поделиться с вами этими сведениями, но попрошу вас не расспрашивать меня и не осуждать. Времена нынче тяжёлые, — вздохнул Люпен. — Артефакт, скорее всего, отправился к лорду Пену. Вероятно, он законный владелец Руки. А почему вам так интересен этот артефакт?
— Ваша милость, я испытываю здоровый азарт охотника. Всё-таки мне пришлось многое преодолеть: сперва на вокзале, а потом в Вене. Право слово, мне даже обидно, что вы решили отказаться от возвращения Руки. Не столь уж важно, что какой-то лорд её законный владелец. Однако я принимаю ваше решение. Так тому и быть. Значит, на этом мы закрываем книгу. Надеюсь, в будущем нас ждут ещё более увлекательные приключения.