Вечный попадос IV (СИ)

Находимся мы вовсе не в его комнате, а словно внутри игры. И время для нас течёт словно по-разному: для мужика медленно, для нас с Кирой — вдвое быстрее.
Нас с Кирой он пока не видит, но это лишь вопрос времени.
— Ну что, сердечко не затрепетало? — раздаётся будто бы отовсюду глумливый голос Саеруса. — Если нет, значит, точно не он. Но для компенсации мне хватит.
— Прекрати, — требует Кира в пространство. — Думаешь, жизнь одного человека сможет унять твою обиду? Лучше поразмысли о том, что сам виноват в собственных бедах!
Саерус усмехается:
— «Сам виноват, сам виноват». Заладила, как заевшая пластинка. А, ты, верно, не в курсе, что это такое… Ну и ладно. Плевать, кто виноват. Я просто хочу раз и навсегда прищучить этого парня. Тут есть оружие, которое точно не позволит ему избежать смерти. Даже если это действительно наш общий друг Джако, представляешь?
Без понятия, о чём сейчас думает Кира. Их отношения с Саерусом слишком странны для моего понимания. Она его контролирует или позволяет творить, что вздумается? Он её ненавидит или просто играет роль злодея для общего развлечения?
Наверное, для существ, проживших бок о бок столько времени, это нормально. Как и полное равнодушие к судьбе втянутого в их разборки обычного человека.
— Отпусти его, — Кира произносит это спокойно, даже весело. — И я верну тебе прежний облик. А ещё дам хорошую должность в одном из миров Оси Единения.
Саерус, кажется, слегка подвисает. А потом громко хохочет.
— Так ты его всё-таки узнала, правда?! Извини, дорогая, у меня есть дела поинтереснее, чем работать с тобой в этой вшивой Оси! Но сначала я покажу тебе, как можно убить бога. По-настоящему и навсегда. Смотри, Нонем! Пять, четыре, три…
Лицо Киры словно каменеет.
А в следующий миг она выхватывает пистолет и направляет мужику в голову.
Он медленно поворачивается, будто что-то почуяв или услышав. И я вижу свою собственную физиономию — небритую, помятую и офигевшую.
— Один… — объявляет Саерус.
И Кира стреляет.
— Вот как, — голос Саеруса не кажется удивлённым. Скорее, самую малость раздосадованным. — Но так тоже неплохо. Скажи, Нонем, каково собственными руками убить единственного ценного для тебя человека?
— Омерзительно.
По щеке девушки катится одинокая слезинка. А потом Кира просто исчезает, оставляя меня в мире победившего Электротапка.
— Вот дура, — хмыкает Саерус. — Такое представление испортила. Ну да ладно, для тестирования робот тоже подойдёт. Ноль!
И снова окружающее пространство тонет в ослепительной вспышке.
А я вновь открываю глаза.
  
Глава 26. Точно конец
 
На этот раз, будто ничего не было, я оказываюсь в Золте. Который, к слову, больше не существует. Но это так, мелочи. Потому что теперь я наконец помню всё.
Что может чувствовать человек, который внезапно узнаёт, что на самом деле ему хренова куча лет? Без понятия, как там у других, но для меня всё будто встало на свои места.
Странная способность, насчёт которой я старался не слишком заморачиваться, наконец получила какое-то объяснение.
Ну да, всё оказалось куда сложнее, чем я мог предположить. Зато теперь «нелюдь» Олег Вахов, в тело которого я переместился, уже не кажется таким уж необычным. Живое оружие Джако, созданное могущественной цивилизацией лишь для одной конкретной цели, куда занятнее.
Или одна из других жизней, которые я успел прожить и о которых в памяти всплывают лишь разрозненные обрывки.
Я — мастер скрытности. Тот, кто виртуозно избегал фатальной опасности. Тот, кто по «заводским настройкам» обязан был выжить, пока жива моя несостоявшаяся жертва.
Уничтожив создателей и весь старый мир, Кира заставила меня даже совершить невозможное: перенестись в место и время, которого ещё не было.
«Программа выполнила недопустимую операцию и будет закрыта».
Но по замыслу своих создателей я мог быть «закрыт» лишь после выполнения своей главной задачи: уничтожения Киры.
«Недопустимая операция» в квадрате.
И даже после того, как девушка отменила законы создателей и сделала невозможным искусственное преобразование вселенной, я под раздачу не попал. Ведь меня в том мире снова не было!
  
Вот и получается, что я остался единственным, в чьих руках сосредоточено наследие древних. Инструмент, переживший своих создателей.
— Так ты всё вспомнил, — раздаётся позади голос Киры. — Я уже думала, этого никогда не случится.
— Могла бы и просветить по старой дружбе, — усмехаюсь, поворачиваясь к ней. — А то только и делала, что пушкой размахивала.
Девушка ехидно щурится:
— Ещё скажи, что ты бы мне поверил.
— Кто знает, — пожимаю плечами. — К моменту нашей встречи в этом мире я уже столько всего пережил, что одним фантастическим событием больше, одним меньше — не важно.
— А ты не слишком спокоен, Джако? — кажется, Кира отчего-то сердится.
— Я не Джако, — качаю головой. — Меня зовут Олег Вахов. Или Джеймс Блэт, если так больше нравится. Джако умер ещё тогда, много лет и миров назад, от удара своего бывшего товарища.
Девушка хмурится, кусает губы. Будто не может принять мои слова за чистую монету.
— Без разницы, как ты сейчас себя называешь, — наконец принимает она решение. — Факт в том, что у тебя по-прежнему довольно силы, чтобы меня уничтожить. А я не могу этого допустить.
— Уничтожить?.. — опешиваю. Речь ведь сейчас совсем не об этом. — Погоди…
Но Кира уже сжимает в руках свой здоровенный пистолет. И сразу, без предупреждения, палит мне под ноги!
Успеваю отпрыгнуть и спрятаться за угол одного из торчащих поблизости зданий. В ладонях сами собой оказываются рукояти пистолетов.
— Наконец-то и ты вернулся, Олег, — в её смехе отчётливо слышится безумие. — Теперь эта долгая история завершится.
— Она и так завершилась! — пытаюсь высунуться, но пара выстрелов заставляет меня передумать. — Ещё там, в мире наших создателей!
— Для тебя — возможно, — голос девушки явно приближается. — Но только не для меня. Я задыхалась, понимаешь? А ты всё это время жил припеваючи!
Сомнительное утверждение.
Хотя с её стороны, возможно, всё выглядит именно так.
— И что? — усмехаюсь. — За это меня следует убить?
Кира выпрыгивает мне навстречу и палит в голову.
Только моей головы там больше нет! Чуть ли не ласточкой подлетаю к ней и активирую скрытые в пистолетах клинки.
Чик!
Её пушка бесславно затыкается. А в руках девушки остаётся лишь рукоять с обрубком ствола.
Кира злобно рыкает — и отпинывает меня ударом ноги.
Успеваю уклониться, удар лишь слегка задевает.
— Я не собираюсь с тобой сражаться, — произношу спокойно. — Просто незачем.
Раскрасневшаяся девушка смотрит на меня как на предателя и яростно сдувает упавшую на лоб светлую прядь.
— Это ты так думаешь, — она вскидывает вверх правую руку. — Но ничего не закончится, пока жив один из нас.
— Отчего же ты меня тогда не прикончила? — хмыкаю. — У тебя было полно возможностей.
Кира сжимает раскрытую ладонь в кулак.
Пространство вокруг нас сминается, будто газетная бумага. Торчащие вверх здания не рушатся, а многократно складываются, превращаясь в ничто.
Мы оказываемся стоящими на твёрдой поверхности, напоминающей асфальт. Вокруг — во все стороны — однообразная равнина без намёка на малейшее возвышение или растительность.
А над нами — звёздное небо, с огромной вращающейся галактикой.
Всё явно искусственного происхождения.
— Разве у тебя осталась способность создавать миры? — с интересом оглядываюсь по сторонам.
Кира качает головой:
— Полноценно — нет. Только так, как умеют делать это ядра разрушения. Мелкие воришки.
— Почему ты их так называешь? — удивлённо вскидываю брови.
Губы девушки презрительно кривятся:
— Потому что пользуются лазейкой в законах, которые я установила. Потому что среди них когда-нибудь может появиться новый создатель…