Целительница для князя (СИ)

– Согласна, но при одном условии.
– Да?
– Перед уходом по делам ты должен мне поцелуй, Гед.
  
Эпилог
 
Балы, торжественные выезды, благотворительность? Ох, если бы. Я сижу разбираю отчёты.
Расследование появления зерна Изнанки заняло неожиданно много времени. Увлёкшись политическими интригами, Гирдав Седьмой проморгал противников Порядка, устроившихся под самым его носом. А те пытались пробить ткань мироздания, чтобы открыть на нашу сторону путь для низвергнутых богов Хаоса. Оказывается, нам грозила куда большая катастрофа, чем казалось в начале. К отчёту о расследовании приложен отчёт из дома терпимости. Лекари и целители уверены, что смогут частично восстановить брату повреждённый во время пребывания на Изнанке разум. Изначально я была против лечения. Возвращение разума означает суд и смертный приговор, милосерднее усыпить. Но Гедан убедил: «Пусть хоть какую-то пользу принесёт. Целители смогут опробовать новые методики лечения».
Ещё один отчёт – из княжества. Бывший принц, теперь он просто лорд, как и предложил Гед, женился на нетитулованной аристократке, перешёл в род жены и окончательно лишился прав на трон. Поселившись в загородном доме, Отгарг ведёт довольно замкнутый образ жизни, но в некоторых вещах он остался неисправим, ухлёстывает за горничными. К счастью, без насилия, но заслуги его в этом нет, «рубиновый» поводок надёжно держит.
Бывшая принцесса тоже в Даларсе, и тоже брак.
Бывший король в негласной ссылке, но ему повезло больше, в его распоряжении не дом, а целый дворец и армия слуг.
В ссылку Гед отправил и лорда Орхана Валстена, того самого шантажиста из-за которого оригинальная Бернара отказалась жить. Выяснилось, что дочь герцога далеко не единственная жертва ушлого ловеласа. На рудниках умение очаровывать прекрасный пол ему вряд ли поможет.
Я отодвигаю документы, массирую виски.
Сделать перерыв или уж одним махом закончить? Осталось просмотреть предложения церемониймейстера и утвердить программу бала в честь трёхлетия присоединения Даларского княжества к Флиппии.
– Устала? – раздаётся над ухом родной голос.
Гедан обнимает меня, целует в затылок:
– Бера, я тут подумал…
– М-м-м?
– Мне приятно, что ты готова разделить со мной тяжесть короны, вдвойне приятно, что мне не нужно беспокоиться о той части, которую ты взяла на себя, но всё же я предпочту видеть тебя счастливой и отдохнувшей, а не заморенной бумажной работой. Бера, ты ещё помнишь, что чтобы справиться с бумагами есть я?
– М-м-м…
– Понятно. Вот, держи.
– Что это?
Только что сказал, что не хочет, чтобы я увлекалась работой, и тут же кладёт передо мной документ. Я пробегаю текст глазами.
– Гедан!
– Я знал, что тебе понравится. Бера, по-моему, в награду я заслуживаю поцелуй. Четыре поцелуя, если быть точным.
Лежащий на столешнице документ – королевский приказ с подписью и печатью. Его величество Гедан Первый запрещает мне работать более четырёх часов в день.
– Ты тиран! – вскидываюсь я.
В ответ Гедан только смеётся, легонько щёлкает меня по носу:
– Бунт карается принудительным отпуском, моя дорогая королева.
Я прищуриваюсь:
– Мой король, надеюсь, ты понимаешь, чем для тебя обернутся столь суровые угрозы.
– Чем же?
– Я тебя похищу! Как мой муж, ты просто обязан разделить со мной тяжесть моего наказания, поэтому в отпуск мы отправимся только вместе.
– Уговорила, Бера. Похищай. Отправимся, куда ты захочешь.
Прямо сейчас никуда не хочу. В объятиях Гедана мне хорошо везде, но, наверное, нам действительно стоит выбраться из дворца. Например, в монастырь Семи озёр. Всего день пути от столицы, и мы окунёмся в тишину первозданной природы. Говорят, со стен монастыря открываются прекраснейшие виды на приземистые, заросшие пижмой холмы и ожерелье водоёмов, давшее монастырю название. Жаль, что полного уединения не получится, свиту, увы, с хвоста не стряхнуть. Куда бы мы с Геданом ни поехали, мы едем не как семейная пара, а как правящая чета, и от этого никуда ни деться. Можно было бы отправиться в путешествие инкогнито, Гед навёл в стране порядок и крепко держит власть в руках, но я никогда не предложу остаться без охраны.
 
Но монастырь – это не плохо. Жрецы не ждут ни веры, ни участия в молитвах и ритуалах, достаточно прийти к алтарю в день приезда в знак приветствия и в день отъезда – попрощаться, так что, как по мне, здешние монастыри больше похожи на дома отдыха, чем на религиозные организации.
А ещё говорят, что в монастыре Семи озёр есть алтарь, посвящённый светлой богине Леане, покровительнице матерей. Недавно я осознала, что очень хочу увидеть наших с Геданом детей. Да и Ларе благословение богини не помешает. Лара меня опередила, не только вышла замуж, но и уже ждёт малыша.
Гед отстраняется, мягко отбирает у меня документы, прячет в сейф, а затем подхватывает меня на руки:
– Ну что, репетируем похищение?
– Да-а-а…
Пискнув, Розик торопливо перепрыгивает с угла столешницы на плечо… Гедана.
Розик так и не смог освободиться от последствий ментального воздействия. Гед заверил, что использовал самую лёгкую форму ментального давления, признанную безвредной и официально применяемую в судах Даларса. Последствий не должно было быть, однако Розик оказался уязвим, и даже загадочный оператор Системы ничем не смог помочь. Впрочем, Розик вполне счастлив и искренне наслаждается дружбой с Гедом, но как бы то ни было, проект, в тестировании которого я приняла участие, признали сырым и отправили на глобальную переработку.
Долг перед Системой я закрыла за два месяца и теперь снова могу пользоваться каталогом, но пока предпочитаю копить караты на что-нибудь грандиозное, а не транжирить на мелочёвку.
Гедан удерживает меня на руках с такой лёгкостью, словно я ничего не вешу, поднимается по башенной лестнице. Его дыхание не сбивается, даже когда мы оказываемся на верхней, продуваемой ветром площадке.
– Бера, я соскучился. Я подумал, что в саду нас обязательно достанут, поэтому вот. Не знаю, угадал ли…
– Угадал, – я не верю своим глазам.
В детстве у меня было «гнездо» – ворох старых одеял на дачной террасе. Я обожала строить из одеял домик, пряталась в нём вместе с плюшевым поросёнком. Часто я утаскивала в своё гнездо чай с клюквенным вареньем.
Позднее дачу продали, а гнездо… не забылось. Гед любит слушать рассказы про мой родной мир, и недавно я со смехом поделилась мечтой – до перерождения я копила на собственный домик у леса, чтобы обязательно была терраса. Я бы вечерами куталась в одеяла, пила чай. Мечты ведь могут быть дурацкими, на то они и мечты, верно? С мечтой о даче попрощалась, но Гед её осуществил.
Он опускает меня на подушку, устраивается рядом, откидывает край ближайшего одеяла, под которым прячутся заранее приготовленные на миниатюрном подносе две чашки, горячий чайник и вазочка с вареньем. Можно не сомневаться – с клюквенным.
Я прижимаюсь к мужу:
– Гед.
– Это будет только наш с тобой уголок, для двоих, согласна? Моя королева, моя целительница, моя Бера…
А мир пусть подождёт. Согласна.
Конец