Призванный (СИ)

Разделывал животину я часа три. На новом уровне силы, к счастью, разрезать его кожу было не так уж сложно. А вот рога перепелить не получилось, пришлось ломать череп, чтоб их повыковыривать. Из таких штук, наверное, можно много чего интересного сделать! Мясо я тоже снял, как и внутренние органы — в пространственном кольце всё равно стазис, ничто не испортится.
Что ж, можно дальше лазить по горам. Две следующие недели я этим и занимался. Исследовал горы, убивал не слишком сильных животных, не сильнее первого уровня Прожигания меридиан, собирал духовные травы. Ещё пытался искать ценные минералы — руды, камни и прочее, но я не особо знал, как они выглядят… Пытался духовным чувством их определить — то молчало. Может, до того, как в них что-то вложат, в них не больше Ци, чем в простой земле? Мда, знаний об этом странном мире мне явно не хватает.
Я спустился к саванне и попытался побродить по ней ночью, мало ли, может, в местном баобабе что-то суперценное находится, а я найду. Прячась от стад псевдотравоядных, я углубился на сотню километров, когда вдруг ощутил тяжелое сотрясение от почвы, а потом с глухим «тум-тум» из темноты вышел бык метров под двести высотой, с длинными рогами в половину его тела и горящими глазами. Не, ну нахрен эту вашу саванну! Тут даже в крутой овраг эту махину не загонишь!
Я как раз обыскивал одну перспективную долинку, когда впервые наткнулся на человека. Вернее, на ту рыжуху, которая прилетала в секту Небесного Ветра. Как там её? А, Хон-фа Нюлан. Она дралась с тремя шестилапыми обезьянами, орудуя какими-то дубинками, похожими на тонфу. У обезьян, очень похожих на шимпанзе, с чёрной шерстью и голым мускулистым животом, только с тремя парами конечностей, ростом метров по пять, в верхних лапах были длинные сучковатые дубинки. Они явно придерживались тактики — две нападали на Хон-фа Нюлан, третья подбиралась сзади и била её палкой.
Но рыжуха была великолепна! Она использовала какие-то огненные техники, вокруг неё плясала язычки пламени, а волосы рыжей короной сверкали над головой. Она пинала и била обезьян палками, пускала в них огненные снаряды и быстро убегала, пытаясь скрыться от тройки нападающих. Увы, те использовали проверенную тактику — двое загоняли девушку в ловушку с третьим шимпанзе.
Наконец обезьяны загнали её под высокую отвесную скалу, почти абсолютно гладкую. Нюлан опиралась об неё спиной и вроде как была защищена от нападений сзади, то теперь сразу три противника беспрестанно атаковали её уже довольно обгорелыми корягами. На лице у рыжей ясно читались отчаяние и готовность биться до конца. Она, правда, иногда пыталась забраться по скале вверх, но обезьяны ловко и метко кидались глыбами камня, щедро рассыпанных вокруг. Да, шансов у неё почти не было.
Я колебался. Она вроде как противник. Может, она не прочь забрать у меня кольцо вместе с головой, обменяв их на бонусы у Юэ На. Тем более содержимое кольца вроде как не требовалось, значит, можно забрать себе — два в одном получается. А может, и нет, может, она няша и милашка, каких я ещё никогда не видел. Я ей помогу, а она на руках меня будет носить всю оставшуюся жизнь. Не, что-то с этим я уже перегнул, прям проклятье какое-то — будут носить до конца моих дней. Короче, мимо пройду.
Дело как раз подходило к концу. Один из ударов обезьян пришелся на руку, не защищенную бронёй. Какая-то защитная техника там была, место удара вспыхнула ярким желтым светом, но мощного удара от более сильного противника не выдержала. Даже я услышал хруст кости и громкий болезненный вскрик, а левая рука Нюлан повисла плетью, выпустив тонфу. Обезьяны тоже заорали, только радостно, и с удвоенной силой набросились на неё. Всё, кораблик дальше не плывёт.
Да ёпт, ну не могу я так её оставить, даже если она мой враг. Не даёт мне внутренний извращенец бросить красивую девушку в беде…
Я вытащил из пространственного кольца меч и два меча поменьше — своё тайное оружие. Значительную часть ресурсов, которые я получал на заданиях, я конвертировал в полдесятка капель истинной меди — ценного металла, из которого делают летающие мечи. Только на настоящие мечи надо пару килограммов этой меди, а у меня в каждом небольшом клинке — по капле. Они могут левитировать, а я могу управлять их силой духа и заряжать Ци, но нести на себе они могут только свой вес. Вот эти вот два клинка я и вынул из кольца.
 
Я послал летающие клинки к средней обезьяне, а сам мгновенно телепортировался к правой, атакующей Нюлан с левой стороны. Получай «Росток, Разрывающий Скалы» в затылок, недокингконг! Мощное Ци врезалось в шею пониже затылка и вырвала кусок плоти, вызвав болезненный визг примата. Я прыгнул на плечо, нацелился и сдал «Шелестящую Листву» в открывшуюся рану, разрывая внутренности, уничтожая трахею, мышцы и кровеносные сосуды. Обезьяна попыталась смахнуть меня дубинкой, но её руки уже ослабели, она покачнулась и рухнула на землю.
Соседняя макака обернулась на крик сородича, оскалилась, но два левитирующих клинка, подкравшиеся сзади, резко метнулись к её морде и вонзились в глаза, принявшись там вращаться. Примат заорал, завизжал, стал ковыряться в своих пустых глазницах лапами, но клинки сильно углубились. Поняв, что ничего не выковыряет, гигант стал в ярости биться головой о землю. В это время уже подоспел я — подбежал к огромной голове, подождал, пока слепая обезьяна унюхает меня и поднимет голову, а тогда ударил что было сил в глазницу. Ци меча расплескала кровь и куски кости по сторонам и вонзилась мозг, оборвав жизнь второго противника.
Третья макака сначала не обратила внимания на изменившуюся обстановку, азартно атакуя Хон-фа Нюлан, но давление на ту сильно уменьшилось, и она стала атаковать яростнее и точнее. Гигант оглянулся, увидел двух мёртвых товарищей, на секунду растерялся, но обиженно заорал и стал разворачиваться, пытаясь сделать ноги. Зря! Нюлан даже с одной рабочей рукой были сильна! Она резко рванулась вперёд и с силой вонзила тонфу в солнечное сплетение противника. Живот макаки в ответ надулся, как воздушный шарик, почернел и лопнул, расшвыривая обгорелые внутренности. Нюлан отпрыгнула назад и обессилено села, прислонившись спиной к скале.
Я подскочил к рыжей, доставая из кольца пару лечебных пилюль и одну для духа.
— Съешь, это тебе поможет. — я попытался запихнуть пилюли ей в рот, но она мотнула головой, пытаясь отказаться, но я был сильнее. Пилюли были проглочены, а я уже доставал заживляющий порошок и посыпал сломанную руку. Потом аккуратно вправил уже срастающуюся под действием порошка кость, вызвав болезненный стон.
— Спасибо. — хм, уже довольно сильный голос. И ранее бледные щёчки порозовели. И уши. Наверное, у неё температура, я приложил ладонь к её лбу, но Нюлан её смахнула. — Я в порядке.
Ну в порядке так в порядке. Я подхватил её на руки и понёс к недавно виденной пещерке. Нюлан пыталась сопротивляться, но я посильнее прижал её к себе, и она вроде затихла. В пещере я вытащил шкуру козла и положил её на пол, а на шкуру уложил рыжую. Та легла и расслабилась. Чёрт, и ещё больше покраснела. Может, у неё инфекция какая-то? Я снова положил руку ей на лоб — точно, горячая! Но я же дал ей лечебные пилюли? Ладно, надо сделать чаю!
Через час за загородкой из камней пылал небольшой костерок, над которым на треноге висел чайник с кипятком. Мы с Нюлан сидели на шкуре и пили травяной чай из больших глиняных кружек. И молчали, с любопытством разглядывая друг дружку.
— Почему ты меня спасла? — наконец не выдержала рыжая.
 
— Просто потому, что ты была на краю гибели. И ты девушка, как и я. Женская солидарность! — я нёс всякую чушь. Ну не рассказывать же ей, что в последние недели она иногда мелькала в моих эротических фантазиях, вытесняя Ич Зи. И по времени почти как Лин Жуй уже.
— Странная причина для культиватора, но бывает. — она отхлебнула чаю, трогательно обхватив кружку двумя ладонями с тонкими пальчиками. На ногтях у неё не было лака, кстати. Не знаю, что это должно было бы значить. — Спасибо ещё раз. Я твоя должница.