Песня русалки

— Да, ты меня не удивил, — все так же задумчиво протянул король, — Можешь не переживать, что я посчитаю тебя сумасшедшим. Я кое-что слышал о подводных обитателях.
Анкер нахмурился.
— Странно… Если совсем рядом живет целый народ, почему же тогда я об этом никогда не слышал? Да и не только я. Должны были ходить истории в народе. Сказки, легенды, слухи… Не может же быть, что мы сотни лет жили с такими соседями и ни разу не встретились.
Король уперся локтями в колени, скрестил ладони и уткнулся в них подбородком. Его взгляд смотрел мимо Анкера, в стену, но было видно, что он смотрит не на тканевые обои, а куда-то вглубь себя.
— Да, когда-то давно так и было. Но, насколько я знаю, уже несколько столетий нет никаких упоминаний о морских обитателях. Ни в книгах, ни в преданиях. Даже в песнях ничего подобного не слышно. Мне посчастливилось узнать об этом по случайности. Дядя любил копаться в старых архивах, коллекционировал всякие фольклорные истории. И как-то вместо сказки рассказал мне байку, будто бы в море живут полулюди-полурыбы. История очаровала меня, я загорелся идеей найти их. Тайком ходил к плотнику и просил построить для меня лодку, — тут губы Эдварда изогнула мягкая улыбка, — хотел уплыть в открытое море и там нырнуть в глубину. Папа, как узнал, розгами по заду отходил, приговаривая, что ни одна королевская жопа еще добровольно не топилась.
Анкер, делавший в этот момент глоток воды, поперхнулся и закашлялся, представив себе порку юного высочества.
— А что ты думаешь, принцев отцы не воспитывают? Еще как, и может даже побольше, чем других аристократов. Вот про крестьян не скажу, там и хворостиной поди для науки отходить могут. Ладно, вернемся к теме. В общем, отец мне убедительно объяснил, что идея с лодкой гиблое дело. Но желание найти подводное царство ему отбить буквально не удалось. Я решил пойти другим путем, по примеру дяди, зарылся в библиотечные архивы в поисках любой информации. К сожалению все упоминания были очень старыми, обрывочными и неконкретными. Так что единственное, что мне удалось понять, так это то, что в морских глубинах точно таится неведомое. И оно сама делает все, чтобы таковым оставаться.
— Удивительно, — протянул Анкер и на несколько мгновений замолчал, — Если быть честным, я сам не до конца поверил во всю эту историю. Да, голос у Селину волшебный, в этом не было сомнений. Но это можно было списать на специфичный магический дар.
— Хм, небезразличная тебе дама интересует меня все больше, — на этот раз король показал в улыбке крепкие белые зубы, — Теперь я сам жажду с ней познакомиться.
— Для этого я должен сначала ее вызволить из лап Орлана, — Анкер снова попытался приподняться, но добился только того, что в глазах опять начало темнеть.
— Эй, мне что, королевский эдикт нужно издать, чтобы ты перестал суетиться? — широкая ладонь короля придавила Анкеру к матрасу, — Лежи и не дергайся. Я найду, кого отправить в «Перо и лилию». Ты еще до сортира не начнешь ходить без провожатых, как твою ненаглядную доставят во дворец. А теперь спи. Восстанавливай силы. Поговорим завтра.
Анкер что-то хотел возразить королю, сказать, что он в полном порядке и способен победить эту проклятую слабость, но язык во рту стал очень тяжелым, а веки сами собой начали слипаться.
Когда он проснулся, из окон уже лился яркий дневной свет. Вставая с кровати, ему еле удалось удержаться на ногах, оперевшись рукой о стену. На шум в комнату вошел стражник, но не тот, вихрастый, а постарше, с проседью на висках. И только покачал головой, глядя, как Анкер пытается сделать несколько шагов в сторону двери.
— Господин, вам в уборную нужно? Давайте подсоблю?
— Я сам дойду. И до уборной, и до конюшни.
— Куда это вы собрались? Король велел вас далече не отпускать. Да и не уйдете… Поглядите сами, как у вас ноги заплетаются. Пойдемте, до уборной я вас доведу, но дальше не отпущу.
Стражник подставил плечо, чтобы он смог опереться, Анкер нахмурился, но все-таки принял помощь. И они вместе, шаг за шагом, миновали коридор, оказавшись в туалетной комнате. Там Анкеру только с помощью самых непотребных ругательств удалось заставить провожатого выйти, клятвенно заверив, что стены для опоры ему более, чем достаточно. А уж с остальным он сам разберется, в справлении нужды ему поддержка точно не нужна. Победив в коротком споре, с чувством глубокого облегчения он сделал все, что было необходимо. Обратный путь показался легче, и Анкер уже приободрился, что сможет сбежать от стражника, добраться до конюшни и залезть на коня, но в комнате их уже ждали. Невысокий сухонький старичок с козлиной бородкой оказался лекарем, который совершенно равнодушно выслушал очередную порцию отборных ругательств. Только велел стражнику силой уложить Анкера обратно в кровать. А затем надавил пальцем ему куда-то на щеку, так, что челюсть распахнулась сама собой, и высыпал на язык горький порошок с травянистым привкусом. Анкер хотел выплюнуть неизвестное зелье, но рот моментально онемел, а веки отяжелели. Перед тем, как снова провалиться в глухой темный сон без видений, он успел только что-то недовольно промычать.
 
Следующее пробуждение мало отличалось от предыдущих. По пути в уборную Анкер попытался совершить побег, но его жалкие попытки пробежать несколько шагов, только заставили нового стражника усмехнуться в усы. В результате он снова оказался в комнате в компании невозмутимо лекаря. Но на этот раз успел перехватить сухую руку с тонкими пальцами до того, как она впихнет ему лекарство.
— Подожди! Мне нужно увидеть короля.
— Увидишь. Позже. Сейчас надо выпить и поспать, — лекарь говорил короткими предложениями, странно выговаривая слова.
— У меня нет времени. Это важно! Я глава Тайной канцелярии. Я. Должен. Увидеть. Короля, — прочеканил Анкер, сильнее сжимая ладонь в руке.
— Позже, — на лице лекаря не дрогнул ни один мускул. Не став сопротивляться, он просто ткнул второй ладонью куда-то в бок Анкера, и он тут же разжал руку. Следующим тычком его снова заставили распахнуть рот и накормили горьким порошком. Засыпая, Анкер мысленно пообещал себе, что крепко врежет Эдварду. И не посмотрит, что тот король.
Видимо, боги подслушали его мысли и решили посмеяться. Потому что проснувшись в следующий раз прямо перед собой он увидел лицо монарха. У которого под глазом наливался глубоким фиолетовым цветом свежий фингал. Анкер даже поморгал несколько раз и ущипнул себя под одеялом за бедро, чтобы убедиться, что не бредит.
— Проснулся? — грустно спросил король.
— Да. А кто это вас так? — в голову Анкера закралось смутное подозрение, — Это же не я?…
— А что, ты готов ответить за покушение на короля?
— Готов. Но не сейчас, — он покачал головой и присел на кровати, с радостью обнаружив, что больше не чувствует тяжести в теле, — Мне нужно ехать.
— И куда ты собрался ехать? В «Перо и лилию»? Незачем тебе туда. Нет там больше твоей Селины.
По спине Анкера побежал холодок, будто кто-то в зимнюю ночь забыл закрыть окно.
— Что значит нет? А где она?
— Так я и думал. Синяк на моей физиономии тебя уже не волнует, — король тяжело вздохнул и покачал головой, — Продал ее владелец борделя Антийскому бургграфу. Да подожди ты! Куда ты опять рвешься. Собираешься ворваться в чужое поместье и украсть чужую даму?
— Покупка рабов все еще является преступлением, — сквозь зубы процедил Анкер, проигнорировав замечание про синяк.
— Во-первых, тебе еще предстоит доказать, что бургграф ее купил. А, во-вторых, добраться до нее. Как только ты ворвешься через парадный вход, зуб даю, ее тут же выведут через черный и перепрячут понадежнее. Линард, я понимаю, что ты болен и не в себе, но почему, морглоты меня побери, я должен объяснять такие вещи начальнику своей тайной канцелярии?
Слова короля больно задели самолюбие Анкера.
— Ваше величество, вы, бесспорно, правы, но я тоже не горячий юноша и не преступник. Я не буду врываться в поместье и требовать Селину с кинжалом у горла. По пути у меня будет время обдумать план, а по прибытии я сначала оценю обстановку и только потом начну действовать. Но медлить нельзя, вы должны это понимать. Сколько дней я уже здесь провалялся? Два? Три?