Песня русалки

Еще несколько дней назад я даже не знала, кто он такой. А теперь новость о том, что нам предстоит расстаться на несколько дней, заставила пробежать по спине холодок.
— А куда ты уезжаешь? Или это тоже пока секрет? — не удержалась от легкой колкости.
Он все-таки вернулся на свой стул, расслабленно откинулся на спинку и начал задумчиво покручивать бокал с вином в руках.
— Не секрет. Мне нужно в столицу. Но подробности я раскрою, действительно, позже. — улыбка на его лице на этот раз была извиняющейся. — Собственно, я планирую решить несколько вопросов и все тебе рассказать. Эта поездка должна избавить меня от тайн.
— Звучит прекрасно. Пожалуй, ради того, чтобы узнать твои тайны, я готова потерпеть несколько дней.
— Потерпеть? — переспросил Анкер, приподняв одну бровь.
— Конечно. Без тебя мне придется проводить время с Ирмой и Анной. Вторая — почти невыносима. — я схитрила с ответом.
— Даже не знаю… Мне кажется, Анна довольно милая девушка, она всегда так вежлива и приветлива со мной… — сообщил он с таким серьезным видом, что мне захотелось его стукнуть.
— Еще бы ей не быть вежливой с тем, к кому она хочет залезть в штаны. — даже зная, что Анкер специально меня провоцирует, я не смогла промолчать.
— Под водой все так же прямолинейны, как ты? — в широкой улыбке он показал мне все свои зубы, будто хвастаясь их ровным крепким рядом.
— Не все, характеры у русалок бывают разные. Мы в этом ничем не отличаемся от людей. Есть скромные и застенчивые, есть резкие и темпераментные. Но говорить правду не считается чем-то зазорным, о чем бы ни шла речь.
— И какой же характер у тебя, Селина? — он выпрямился на стуле, пристально вглядываясь в мое лицо. — Ты то прячешь от меня глаза, мило улыбаешься и со всем соглашаешься. То резко бросаешь в лицо то, что думаешь. Какая ты на самом деле? Робкая и нежная или колючая, как кактус?
— А ты умеешь делать комплименты. Кактусом меня еще никто не называл. — я покрутила головой из стороны в сторону, а потом уставилась на Анкера испытующе. — Ну как, похожа?
Он отставил бокал в сторону и облокотился на стол, положив подбородок на скрещенные пальцы. Несколько секунд пристально изучал взглядом, а потом вынес вердикт:
— Не очень. Но я скажу, на кого ты на самом деле похожа, если согласишься на мою просьбу.
— Какую?
За этот вечер я видела его улыбающимся чаще, чем за все последние дни. Но это была самая яркая и искренняя улыбка из всех. С ней он как будто помолодел на несколько лет, став совсем мальчишкой.
Ножки стула скрипнули, когда Анкер его отодвинул, чтобы подняться. Он встал и протянул мне руку:
— Потанцуй со мной.
Конечно, я согласилась. Оперлась на его руку, поднимаясь с места и последовала к краю террасы, свободной от столиков. Там уже кружилось несколько разноцветных пар, двигаясь в такт медленной мелодии живого квартета.
Когда мы остановились у самого края, я положила руки на плечи Анкера и поднялась на цыпочки, чтобы шепнуть ему на ухо признание «я не умею танцевать». Его дыхание обожгло мне ухо, когда он ответил «зато я умею».
Сильная рука обвила мою талию и притянула к себе теснее, так что я грудью прижалась к плотному камзолу. Вторая рука нашла ладонь.
«Делай шаг в ту сторону, в которую я направляю твою руку» тихо велел он. И я послушалась, начав неторопливо двигаться по кругу в его объятиях.
Это было довольно просто и приятно, мы не делали каких-то сложных движений, просто качались из стороны в сторону, перемещаясь по часовой стрелке. Я жадно вдыхала соленый морской воздух, убеждая себя, что именно он заставляет меня чувствовать себя так уютно и безопасно. А вовсе не тяжелая теплая рука Анкера на талии. С каждым вздохом мне казалось, что я становлюсь все легче и легче, еще один шаг и мы поднимемся в воздух, продолжив танец уже не касаясь ногами пола.
Но вот скрипка выдала мучительно-нежный всхлип и замолчала. Мы замерли, не готовые так сразу отстраниться друг от друга и вернуться в реальность. Но на этот раз мне первой удалось прислушаться к голосу рассудка.
 
— Это конец? — я запрокинула голову, чтобы найти его озерный взгляд.
— Я думаю это только самое начало. — очень серьезно ответил Анкер. — Но танцы действительно подошли к концу. Боюсь, пришло время возвращаться.
Он махнул подавальщику рукой, подавая знак, что мы готовы расплатиться и уйти. Тот расторопно подошел и принял несколько серебряных монеток с довольным видом. Видимо, Анкер был щедр.
— Подожди. — я кое-что вспомнила. — Ты обещал рассказать, на кого я похожа, если я потанцую с тобой.
Рука, все еще обнимавшая меня за талию, на секунду напряглась.
— Я всегда выполняю свои обещания. — он повернулся и нежно провел пальцами по моей щеке. — Ты… очень похожа на мою мать. Какой я ее помню.
Я поймала руку, которой он приласкал меня, и сжала в ладони, принимая его признание. То, что он мне рассказал о своей матери, было очень личным. Если вчерашняя страстная ночь только отдалила нас друг от друга, его откровенная история, наоборот, сделала ближе.
К сожалению, этот момент не мог длиться вечность. Пришло время возвращаться в дом утех. В котором мне предстояло провести несколько дней… без Анкера.
В карете я вспомнила, что он так и не рассказал мне, как пользоваться кулоном. Оказалось, все просто: один из лучей звезды заканчивался острым краешком. Нужно было уколоть им палец, дав медальону каплю своей крови. Анкер показал мне такое же украшение на своей шее, спрятанное под камзолом — оно станет горячим, если я попаду в беду и подам сигнал.
Я пообещала воспользоваться им, как только заподозрю неладное, ведь дорога из столицы все равно займет время. Даже если воспользоваться магическим порталом. Как объяснил Анкер, портальные станции располагались в нескольких храмах рядом с крупными городами, но до ближайшего было полдня пути. Он очень просил меня не тянуть до последнего, а действовать решительно в случае надвигающейся опасности для моей чести. Пришлось несколько раз уверить его, что все будет хорошо. Легкомысленно давая обещая, я и подумать не могла, что кулон действительно мне скоро понадобится…
Подъехав к знакомой синей двери, мы остановились. Анкер вышел из кареты первым и галантно подал руку. Стоило нам оказаться в доме утех, как он переменился, снова надев на лицо маску холодного безразличия. Вежливо проводил меня до комнаты, кивнул на прощание и ушел. Я понимала, что чем меньше интереса ко мне проявляет Анкер прилюдно, тем лучше. И все же мне было немного жаль, что он не зашел попрощаться по-настоящему…
Я вытащила шпильки из прически и с наслаждением распустила волосы, массируя пальцами кожу головы. И замерла, осознавая, что не знаю, как выбраться самой из платья. Можно было, конечно, пойти к Ирме и обратиться за помощью, но тогда нужно будет и рассказать все о нашем свидании с Анкером. А мне не хотелось пока этого делать. Как будто от пересказа события побледнеют, став просто еще одним воспоминанием. Поэтому пришлось бороться с лавандовым шедевром самостоятельно, проявляя чудеса гибкости. К счастью, благодаря упорству, мне все-таки удалось справиться с рядом крючков и освободить себя из батистового плена. Накинув ночную сорочку я аккуратно расправила платье и повесила в шкаф, не отказав себе в удовольствии еще несколько секунд полюбоваться на него, поглаживая медальон на шее.
Сколько приятных сюрпризов выпало на мою долю сегодня! Я чувствовала себя, как ребенок после дня рождения. Счастливая, уставшая и все еще взбудораженная, от чего трудно уснуть.
Но оказавшись под одеялом, сама не заметила, как яркие картинки сегодняшнего дня, которые я прокручивала в голове, плавно сменились сновидениями. И всю ночь мне снилась мелодия скрипки, под которую сильные мужские руки кружили меня в танце.
Проснулась с улыбкой и зверским аппетитом. Вчера я так увлеклась беседой, подарком и танцами, что только поклевала аппетитные блюда. Теперь об одном воспоминании о морских кушаньях во рту прибавлялось слюны. Быстро умывшись и одевшись в самое удобное платье, я заплела привычные косы и пошла звать Ирму на завтрак. Она ответила на стук в дверь с пятого раза.