Вторая жизнь и мир по наследству 2 (СИ)
А меня пригласили сюда и причем не одну, а с членами семьи, значит, хотят посмотреть лично на меня, или опять узнаю какое-нибудь пророчество, в котором мне придётся умирать. Ни одного пока еще пророчества не было, в котором говорилось «и жили они долго и счастливо».
Мы все также продолжали спускаться вниз, пока не подошли к огромной двери. Наши сопровождающие просто прошли сквозь нее, подтвердив мои догадки насчет того, что это слуги-призраки. Постояв недолго около двери, мы решили открывать дверь и заходить. Вначале дверь хотел открыть Гери, но я перехватила его руку, приглашали меня, возможно, именно я и должна открыть, возможно, это очередная проверка. И я оказалась права.
Как только моя рука коснулась ручки этой массивной двери, как она провалилась внутрь ее, и кисть что-то там жестко зафиксировало. Буквально через несколько секунд я ощутила, как на моей руке сделали разрез и сцедили немного крови. Потом почувствовала, как кисть сильно обожгло, только по испытанным раньше таким же чувствам поняла, что меня проверяли на родовую магию. Такой же системой у нас в закрытом мире был запечатан архив, и каждый раз ходя туда, у меня оставался след и заживал сутки при моей-то регенерации. Вещь, хоть и болезненная, но самая надежная, как мне рассказывал хранитель, поэтому я сжимала зубы и терпела все, что со мной делали.
- Эми, ты в порядке? – спросили мужья, видя, как на моем лице появилась испарина от боли, которую я терпела.
- Да, сейчас проходит проверка на соответствие меня расе Димиарус. Это, конечно, неприятно, но, надеюсь, терплю не зря, и мы получим интересную информацию взамен и хоть какие-то ответы на наши вопросы. Не хотелось бы, чтобы на нас посмотрели, покрутили и отправили с пустыми руками домой, – ведь существует такой вариант, что на меня просто захотели посмотреть и все.
Еще спустя пять минут все действия со мной прекратились, руку отпустили. Дверь щелкнула, открыв свои замки, и стала медленно и со скрипом открываться. Чем больше она открывалась, тем больше мне казалось, что там нас никто не ждет. В открытую дверь было видно огромное помещение, полностью погруженное в темноту. Посмотрев друг на друга, решили всё-таки шагнуть внутрь.
Там было прохладно и никакого освещения, пока мы не прошли внутрь. Когда все зашли, на полу слегка засветились камни, показывая таким образом направление, куда нам нужно двигаться. Пока мы шли, мне показалось, что я видела неясные следы мужских огромных сапог и лап животного. Но так как видела я их в разных местах, то решила пока не обращать на это особого внимания. Мало ли кто тут был до нас, тот же оборотень мог приходить и оставил следы, а пыль тут, возможно, совершенно не протирали, так как она тут никому не мешала.
Когда мы достигли центра помещения и остановились, нас обдало холодным ветром, после которого в огромном помещении по центру загорелся не менее огромный шар. Висел он очень высоко под потолком и давал приглушенный свет, благодаря которому у меня появилась возможность рассмотреть помещение, в котором мы оказалась.
Это был огромный зал с трибунами, идущими до самого потолка, и рассмотреть тех, кто был наверху, стоящим снизу, невозможно, дотуда уже свет от шара не достигал. Все эти трибуны располагались полукругом, в центре которого мы и находились. Присмотревшись, я поняла, что на трибунах кто-то есть. В каждом небольшом углублении на большом и старинном стуле сидело тело, оно облокачивалось на стол впереди, а голова была опущена на сложенные кисти. Кому они принадлежали, было невозможно понять, как и все старейшины, они были одеты в черную мантию некромантов, украшенную специальной символикой.
Пока мы осматривались, ничего не происходило, все эти неизвестные существа так и продолжали находиться в полулежачем состоянии.
- Видимо, нас тут то ли не ждут, то ли про нас просто забыли! – со злобным смешком я сказала фразу вслух.
После этого как по команде, которую все только и ждали, в помещении начало становиться холоднее. Поднялся ветер и вокруг послышались скрипы и хрусты. Было четкое ощущение, что мы находимся в старом лесу, где многие деревья уже высохли, и при сильном ветре они скрипели и трещали, сейчас было тоже самое, только деревьев тут не было. Тела, одетые в балахон, стали понемногу шевелиться, кто-то поднял руку и разминал ее, кто-то хрустел шеей, разминая ее, также недружно хрустели, разминая плечи. И чем больше спящих просыпалось, тем больше мои внутренности превращались в лед от давившей на них мощи силы некромантов. Зато стало понятно, почему были такие ограничения по тому, кого именно можно взять с собой. Так как существа со светлой магией могли бы просто сойти с ума и впасть в безумие.
Глава 38
На синяла тоже очень сильно подействовало, даже больше, чем на меня. Он прижал уши и телом прижался ко мне, видимо, так ему было спокойней, инстинкты всегда говорят при угрозе прятаться за того, кто сильнее тебя. Мне и самой хотелось спрятаться как можно дальше от этих полумертвых, непобитых молью и пылью старейшин, но в моем случае не получится. Пригласили сюда меня, поэтому и разговаривать первостепенно и спрашивать тоже будут с меня, так что спрятаться, как мышь под лавку, не получится, хоть очень и хочется.
Чем больше старейшин приходили в себя и сосредотачивали свой потусторонний взгляд на мне, тем больше я думала, а действительно ли я хочу знать ответы на интересующие меня вопросы, или как-нибудь сама поищу информацию. В помещении уже было настолько холодно, что виднелся пар от нашего дыхания, а на усах синяла стал образовываться и замерзать иней.
Когда скрипы и шорохи, наконец-то, закончились, я почувствовала, как это сборище старцев пытается что-то откопать в моих внутренностях. Они теперь заледенели окончательно, и даже, как оказалось, потроха примерзли друг к другу. Такое приветствие, скажем так, мне очень сильно не понравилось, я точно помню, меня приглашали не на собственную смерть в окружении родных. Я разозлилась окончательно, когда поняла, что на моих близких воздействуют так же, и даже шерсть синяла стала белой от покрывшего его инея. Вот тут мысли быть вежливой и милой окончательно отмелись в сторону, и я отзеркалила их магию в них самих, еще и добавила от себя. Заклинание отлетело от нас воздушной волной и ударилось об защиту старейшин, в связи с чем весь зал теперь был завален снегом, а вокруг летали снежинки, красиво конечно, но не к месту. Старейшины, как деревья в лесу, вновь закачались, и потом все опять стихло.
Я стояла и думала, что если эти старейшины не могут разговаривать, а только раскачиваться из стороны в сторону, то это печаль, так как диалог у нас точно не получится. Но мне повезло, я ошиблась, эти сущности в мантиях всё-таки умели разговаривать, и, наконец-то, соизволили это сделать.
- Приветствуем, потерянное дитя Димиарусов и нынешняя Глава рода Аминарус! Ты очень долго шла, но мы и рады, и не рады твоему появлению тут, - проскрипел один из них жутким замогильным голосом, в котором чувствовалась огромная сила и власть.
Шла я, видите ли, долго, так и распирало сказать, что почта у них тут работает хуже некуда, и на дорогах пробки, вот и опоздала. Но решила, что пока не буду грубить, а судя по их поведению, это, скорее всего, обязательно случится, но надеюсь, что позже, успею узнать хоть что-то, раз пришла.
- И я вас приветствую вместе с моей семьей! И что же омрачает вашу радость от появления меня в этом мире и перед вами? – наговорить, конечно, хотелось побольше и не такими словами.
- Ты уже давно прибыла в этот мир, но так и не появилась тут ни разу. И много разных дел успела натворить на планете Церкон, очень грубая и непрофессиональная работа для Димиаруса! – вот так не за что меня мордой в грязь ткнули.
- Приношу свои извинения, если должна была прибыть к вам к первым! Но в свое оправдание могу сказать, что такой инструкции мои предки нигде не оставили. Как и упоминание о вашем существовании в курсе обучения не было. Вы прекрасно знаете, что никого из моих предков тут больше нет, поэтому мое обучение проходит самостоятельно и зачастую на практике, которую я тоже не искала на Церконе! И весь беспорядок скорее учинили существа, там живущие, по причине недосмотра за ними более старшими и мудрыми или с их помощью! – отвечала я хоть вежливо и как положено главе рода, но зубы все равно скрипели от такой несправедливости и надменности.