Змий (СИ)

— Но как?! — раздался синхронный вопрос от четы Гринграсс и Финеаса.
— Ну я ведь Бог, — как ни в чём не бывало пожал я плечами на их вопрос, — подобное даже простому фейри под силу, наделить кого-то магическим даром из имеющихся в его распоряжении для нашего племени не так уж и сложно. И я посчитал, что если уж взялся кого-то обучать, то он обязан быть змееустом и говорить со мной на моём родном языке!
— Благодарю, милорд! — вот что ты с ним будешь делать, ему просто какое-то неимоверное удовольствие доставляет выказывать мне своё почтение и безмерное уважение. Сейчас этот фанатик стоял передо мной на колене, низко склонив свою голову и буквально фонтанировал восторгом и благоговением в мою сторону и сторону Беллатрикс. Сейчас в его глазах её ценность для семьи возраста на один уровень с наследником рода, и если потребуется он разменяет жизнь всех своих остальных родичей в обмен на жизнь Беллатрикс.
— Встань, пожалуйста. Знаешь ведь уже, что я не люблю, когда передо мной стоят на коленях, — и уже к Гринграсс, — Уже готовы покинуть Хогвартс? Возвращаетесь? — сегодня Гринграсс организуют у себя дома небольшой приём, на который приглашены участники фракции нейтралов. После вчерашнего торжества и шоу, устроенного Блэком, в Англии всё перевернулось вверх дном. Ранее ведь всё было ясным и понятным. Есть два крайних и сильных полюса на политической арене и есть нейтралы, которые будут пытаться удержаться на плаву в том шторме, который обещает разразится в загнивающем болоте Альбиона. А тут такой поворот. Появляется неучтенный магистр, который на глазах у почтенной публики вытирает главой радикалов брусчатку на площади перед своим домом. И те, кто на достаточном уровне владеют магией, смогли оценить превалирующую разницу в силах, ведь все видели мощь Блэка, для которого задать трёпку Гонту не составило труда.
— Да, к нам через два часа уже прибудут первые гости, и мне, как хозяйке, необходимо проследить за тем, чтобы домовики сделали всё верно и ничего не перепутали.
— Тогда пойдёмте, я Вас провожу. Ты Финеас ведь тоже сегодня к Гринграссам?
— Да, милорд. Как Вы и сказали, я не стану пытаться взять главенство над радикалами, а примкну к нейтралам. А уже к ним перетяну адекватных и озвученных Вами ранее традиционалистов, что пошли за Гонтом только из-за отсутствия вменяемой кандидатуры на острие несогласных с политикой Дамблдора, — во фракции Тома тоже пока не было однородности. Он мог распоряжаться лишь теми, кого смог клеймить. А ведь там имеется множество родов, что согласились поддержать Гонта только потому, что являются слишком пассионарными. И вроде бы практически по всем основным пунктам они в своих стремлениях сходятся с нейтралами, да только способ достижения целей их не устраивает. Они слишком динамичны и не желают ввязываться в политическую партию, чьи результаты плодотворной деятельности в лучшем случае смогут увидеть лишь их наследники. Им подавай изменений здесь и сейчас, хотят возвращения к истокам, как встарь. Но ничего, и их вылечим и поясним за новые реалии. Главное, что среди радикалов есть и не конченные мрази, не обделённые честью и благородством.
— Всё верно, Найджелус. Тогда пойдемте, а Вы, ученицы, будете сегодня заниматься под надзором моего клона, который будет дожидаться Вас через полчаса у меня в апартаментах, — и после сказанного я отправился провожать своего вассала и чету Гринграсс.
Попрощавшись с Найджелусом и Гринграссами, проводив их за территорию действия антиаппарационного щита Хогвартса, обратно в школу вместо меня отправился мой клон, а я же переместился в принадлежащий мне божественный план Единого, где принялся за создание брони сперва себе, что заняло всего месяц на «небесах», когда в миру прошли всего сутки. На доработку своего доспеха я потратил целых тридцать пять килограмма адаманта, полностью покрыв этим неуничтожимым металлом свой доспех и сделав его полностью непроницаемым для любого воздействия извне. Теперь урон я мог бы получить только от перегрузок и сотрясений, но с наложенным комплексом чар, я даже не могу представить себе насколько сильным должен быть удар, чтобы я его ощутил, будучи облачённым в броню. Разве только если мне не повезет повстречать и стать противником Сайтамы, но это уже совсем бред.
 
Ну а теперь пора приниматься за создание защиты моих женщин.
Основой, так сказать, поддоспешником, на который будут навешиваться комплексы чар, долженствующие обеспечить моим красавицам комфорт и безопасность от перегрузок и всего остального прочего, вроде как чар климат контроля, головного пузыря, хоть мы и можем обходиться без воздуха и переходить полностью на обеспечения себя всем необходимым за счёт энергии, но намного приятнее делать всё естественно, не заменяя суррогатом, хотя может быть это ещё в нас говорят отголоски нашей человечности и привычки бытия смертными. Также в поддоспешник будут встроены компенсаторы перегрузок и делать я буду его из своего выползка с включением в него хитина убитой мною дочурки Лосс, роговых пластин и костей сынишки Дагона, кожи Дракулы, его боевой трансформы, в которой он издох, а также для полноты картины я потратил по три килограмма не просто освещённого, а полностью святого серебра, которое было материализовано из ба-хионя Единого и представляло собой концепцию святости. Но и на этом я не остановился в своём стремление создать совершенную защиту, ведь обрабатывал и подготавливал я все эти материалы, перед тем как их соединить и воплотить в едином артефакте, при помощи эликсиров и зелий божественного и эпического класса, приготовленных из таких же бесценных ингредиентов. Даже кровушку и слезы Василисы мною наказанной и выкинутой из нашего мира вместе с остатками славянского пантеона я использовал при изготовлении специального состава закалки и дубления моего выползка, где помимо этого использовал кровь и органы всех имеющихся чудищ божественного ранга, что имелись в моём распоряжении. И благодаря этой обработке поддоспешник теперь обладал просто феноменальными свойствами регенерации носителя и себя самого. Когда же я закончил с его изготовлением, поддоспешник стал выглядеть скорее как костюм аквалангиста, что очень плотно облегал фигуру носителя и теперь было пора использовать имеющуюся у меня в наличие кровь моих жён для совершения привязки к моим благоверным. Все же комплексы чар, вплетенные в этот шедевр артефакторики, сейчас представляли собой лишь каркасы из ментально-астральной энергии и не были активными. Активируют и запустят их в работу уже мои жены, когда наступит момент завершающего этапа создания брони.
А теперь настало время самой сложной части предстоящей мне работы. Мне нужно стать фокусом, проводником огромного количество ба-хионя, что под огромным давлением должна будет пропускаться моими духовными оболочками и всё ради того, чтобы сваять из адаманта полностью герметичный и при этом эластичный доспех, который не будет сковывать движений и позволит моим девочкам демонстрировать все чудеса своей невероятной гибкости и ловкости в бою, а также наделит металл метаморфической сутью, чтобы впоследствии доспех мог подстраиваться под размеры, габариты и боевые трансформы тел моих ненаглядных.
К слову, с моим доспехом я это провернуть сумел и теперь мог превращаться в ста сорока метрового змия, покрытого чешуей из адаманта. Уязвимой была только ротовая полость, прозрачные же внутреннее веки, которые прикрывали мне глаза, так же были из адаманта, а носовые пазухи и вовсе отсутствовали. В общем, если я не раскрою пасть — я неуязвим. И мой доспех стал моим атрибутом, так же как и ранее ими стали мой посох Архимага и противодемоническая цепь.
Вот и своим любимым я сейчас собирался создать амуницию, которая станет частью их сути, а не просто артефактным доспехом, и делать я собирался доспехи своим женам одновременно. Почему так? А все потому, что я стану проводником ба-хионя, необходимого для сотворения задуманного, и я целенаправленно собирался создать для себе максимально возможное напряжение, дабы выложиться на полную и чуть сверх того, тем самым прокачивая свою душу. Да, будет больно, да, некоторое время я буду не очень-то и дееспособен, может с полгода-годик мне придётся соблюдать постельный режим, но это того стоит. Иду же я на подобный шаг из-за того, что чем сильнее становлюсь, тем медленнее моё развитие, и помочь мне может преодолеть это затруднение только сверхтяжелые, экстремальные нагрузки, или же битвы ни на жизнь, а на смерть. Но я ведь не долбоёб — добровольно искать себе подобного рода приключения, которые могут стоить мне жизни? Слишком уж я её люблю! А потому, я буду лучше рвать жилы подобным образом, нежели подвергать себя смертельному риску. В моём эгрегоре мне точно не грозит смерть, в этом можно быть полностью уверенным.