Змий (СИ)
— Раз уж Лорд Блэк и Лорд Гринграсс решили отдать своих дочерей в обучение Ормарру Дрейку, то как минимум посчитали его достойным, а ты, Элизабет, только что помимо того, что оскорбила именитого мастера магии, а никем иным этот маг быть не может, раз ему на обучение и воспитание отдали дочерей двух древнейших и благороднейших родов Альбиона, ты ещё поставила под сомнение тем самым здравомыслие лордов, что пошли на неподобающий с твоей точки зрения поступок.
Всё оставшееся до отбоя время, что студенты провели в гостиной, в каждой компании только и делали, что обсуждали действия Сноу в отношении Блэк и Гринграсс, а также пытались строить предположения по поводу будущей реакции профессора Дрейка и мало кто мог себе вообразить, что уже завтра эта ситуация будет решена.
* * *Очень неожиданно и глупо. Это же надо было додуматься до подобной глупости. Эх… Ничему жизнь не учит этот род. А ведь он уже раз нарвался на конфликт с моим орденом, после чего в спешке побросав всё своё имущество убежал за канал из Франции, подальше от моих головорезов, которых умудрился оскорбить тогдашний глава рода Сноу. Эти идиоты думали, что на территории Альбиона, где католическая церковь практически полностью отсутствовала, они будут в безопасности, да только чхать мои рыцари хотели на английскую корону и всех здешних лордов. А потому им ничто не помешало прибыть следом за Лордом Сноу в Англию и лишить идиота головы. Весь род тогда наказывать не стали, но видимо зря.
Мне только что пришло сообщение через переговорный артефакт от Сильвии о произошедшем полчаса назад конфликте между моими ученицами и дурочкой Элизабет Сноу, что своим длинным языком подписала своему роду смертный приговор, решив что ей позволено через моих учениц оскорблять меня. И не имеет значения, что им не известно о моей личности Салазара, ни о мне как о Святозара Змиеве, пора уже заявить о себе в Англии, что Ормарру Дрейк это не тот маг, кого было бы разумным задевать или ещё как-то дразнить.
Резким себе может позволить быть либо юноша с нравом пылким, такому могу и простить, либо тот, кому начхать на все политические выверты и союзы, кто способен в соло менять правящий строй в отдельно взятой локации, о которой ведётся речь в контексте. И я отношусь ко второй группе разумных, мне под силу не просто правящий строй на Альбионе сменить, я вовсе могу под ноль извести тут всех разумных, и самое страшное для моих оппонентов, что мне никто за это не сможет ничего предъявить.
А потому, как только во мне взыграло ретивое за ущемленную честь и гордость, тут уже и моё собственное мировоззрение било набат и требовало крови, а уж про доставшееся мне от Салазара наследие вовсе промолчу, я незамедлительно отправился в Кардифф, в земли валлийцев, что когда-то впустили в свои земли этот поганый род Сноу и продали им средней силы источник магии, на который они водрузил свой родовой камень. А ведь валлийцы тоже те ещё уроды и видимо таков закон природы, что дерьмо к дерьму тянется.
Ладно, не о том речь. Вернёмся к Сноу. Хоть этот род и являлся достаточно древним, но их мэнор не смог мне ничего противопоставить и буквально в то же мгновение, как только отыскал их усадьбу, я оказался в родовом зале Сноу, напротив их алтаря и для меня не составило никакого труда потушить местный источник магии, а вместе с ним уничтожить родовой камень дщери, что посмела оскорбить меня перед лицом факультета, носящим одно из моих родовых имён!
Мне не пришлось усердствовать, я не стал сотворять сложных ритуалов или иного рода магических практик в форме проклятий, чар или заклинаний для того, чтобы совершить свою месть над родом Сноу. Было достаточно моей жажды мести и желания испепелить мерзавцев, а как только в зоне доступа оказалась сосредоточение силы Сноу, моё божественное начало, словно изголодавшаяся гюрза, без предупреждения и заигрывания с добычей набросилась на алтарь рода Сноу, расколов тот и оставив на нём множество следов коррозии от моей мощи, представляющей собой концепцию ядовитости. Я даже не успел среагировать, как моя сила посчитала уничтожение родового камня недостаточным наказанием и вместе с ним, следом, выпила источник магии. Присосавшись к нему, моя суть потянула из него на пределе своих возможностей всю доступную энергию, и этого оказалось достаточным для того, чтобы канал силы, ведущий к драконьей жиле планеты, перегорел.
Чуть успокоив себя подобным ответом бывшему роду Сноу, я отправился на прогулку по мэнору. Сейчас в нём находилось пятеро разумных. Бывший Лорд и Леди Сноу, родители идиотки Элизабет, её дядя с сыном, которому уже за тридцать, и её младший брат, которому ещё и трёх лет нет.
Пока я неспешно поднимался в покои интересующих меня разумных, что сейчас находились в предобморочном состоянии после грубого разрыва связи с алтарём, от которого им ещё и откат прилететь успел, я неспешно перепотрошил их память. И после увиденного там, мною было принято решение, что жизни тут достоин один лишь мелкий мальчуган, который просто не успел ещё натворить ничего отвратительного в своей жизни в силу очень юного возраста. А то, что при таких родителях и воспитателях из него выросла бы редкостная мразь, у меня сомнений не было. Его отец не гнушался периодически выбираться в мир простецов, где он набирал из первых попавшихся разумных себе материал для жертвоприношений в его изысканиях и научной деятельности на ниве ритуальной магии. Тем же занимался и его родной старший брат, что с головой ушёл в магию крови, и для своих экспериментов он еженедельно похищал парочку человек. Матушка Элизабет была просто редкостной сукой, которая однажды даже не погнушалась отравить ребенка женщины, с которой у неё возник конфликт. Кузен же идиотки так же был моральным уродом, который пошёл по следам отца и дяди, узнав от них, что в мире простецов можно творить любую дичь. Вот он и пользовался вовсю своим превосходством, дарованным ему магией над неодаренными, и каждые выходные отправлялся в Лондон, где под Империо насиловал приглянувшихся ему людей, и пол жертвы не играл особой роли, тварь играла за обе команды. Но он не просто так насиловал понравившихся ему разумных, ему нравилось делать это в присутствии обездвиженных и ничего не могущих сделать ему родных жертвы. А уже после того, как урод удовлетворял свою похоть, он стирал память всем свидетелям своего преступления. И частенько он «играл» подобным образом с одной и той же жертвой множество раз, а всё из-за забавляющей его реакции жертвы и её родных.
Насмотревшись в памяти этих тварей на подобные преступления, я без каких-либо сожалений переместил уродов в свой домен, неподалёку от моего подземного города, на ферму, где мои клоны выращивали пауков с великолепной черной паутиной, из которой после мною изготавливалась шелковая ткань.
Будут кормом для членистоногих тварей. Ни на что большее эти представители рода людского не годны. Сперва хотел их отдать на съедение шнуркам, а после подумал, что ну его нафиг! Вдруг ещё несварение заработают.
Ну, вот собственно и всё. Всего пара минут и род прерван, осталась только Элизабет в Хогвартсе, но её я трогать не буду. Пусть остаётся в живых перед глазами у студентов и преподавателей, так сказать, в назидание другим. Чтобы твари не забывали о произошедшем! А о том, что род Сноу прервался, завтра уже начнёт судачить весь английский бомонд. Элизабет же небось сейчас кричит от боли и должно быть уже находится в больничном крыле. Ну так нужно думать, прежде чем что-то говоришь.
А мне, пожалуй, пора к моим жёнушкам и одной лисичке, что всё ещё в компании моих благоверных находится в эгрегоре Единого, только теперь уже скрашивают время не чаем, а авалонским элем.
Глава 64: Переполох в Свинарнике
— Странно, мне ведь это не послышалось? В коридоре и вправду какой-то шум?
— Я бы сказала, что тебе померещилось Белла, если бы сама его не слышала. И это действительно странно! — ответила собирающаяся уже ложиться в постель и готовящаяся ко сну Сильвия своей кузине, что уже забралась под одеяло. И не в силах справиться с любопытством, юная Гринграсс всё же решила выглянуть в коридор и узнать причину ночного вертепа. Удивление же девочек было понятным и имело вескую причины. Во-первых, чары, что были наложены на их дверь и стены, не позволяли обычным звукам физического характера проникать в их комнату, а значит шум снаружи имеет магическую подоплёку, а во-вторых, это в впервые на их памяти, когда они становятся свидетелями подобного беспорядка у себя на факультете и уж тем более в столь позднее время, и это могло означать лишь одно — происходит действительно что-то очень неординарное.