Змий (СИ)

За время обучения Марии у меня лишь раз случилась сложность в её обучении, когда пришлось дать трудный бой её дуэнье Терезе, чье имя я все-таки узнал и запомнил. Она ни в какую не желала допускать меня в спальню Марии, когда та ложилась спать. Упрямая каракатица считала это верхом неприличия и срамотой. А как мне иначе наблюдать за работой дара своей протеже и изучать тот? Но мне всё-таки удалось отстоять своё право учителя и не прибить эту почтенную дуру, что стояла между мною и моим исследованием так интересующего меня дара, ради которого собственно я и взялся за обучение Марии. Франческо дал своё разрешение на моё присутствие в ночное время в спальне Марии, уверенный в том, что наш с ним договор не даст мне снасильничать его дочурку. Хе… договор то этот уже полная фикция, о чём он не знает, но я и не собирался ничем подобным заниматься. Во-первых, я не в состоянии, а во-вторых, не педофил.
Когда я впервые оказался в комнате мелкой, она очень долго не могла уснуть и отправиться в мир грёз, а всё из-за того что переживала и витала в своих детских фантазиях, начитавшись в своё время рыцарских романов, поэм, стихов и прочей беллетристики. Первые полтора года Тереза всегда составляла мне компанию во время моих ночных посиделок над кроватью со спящей Марией, но после того, как удостоверилась в отсутствии у меня злого умысла в отношении своей подопечной, она сдалась и проводила ночи в своей собственной постели. Всё-таки дама уже в годах, и бессонный ночи ей здоровья не прибавляли.
Франческо был вообще очень доволен тем, как продвигается обучение его дочери. Когда год назад ей исполнилось двенадцать и она продемонстрировала свои успехи, он и начальник его гвардии, боевой маг Сильвио, что был приглашен на демонстрацию в качестве эксперта, были поражены до глубины души увиденным.
Мария без концентратора и слов призвала сперва Люмос, затем запустила приличного напора струю воды в стену, а затем как станковый огнемёт дала жару, отчего стена, в которую на протяжении полуминуты била широкая струю пламени шириной в метр, раскалилась докрасна и покрылась трещинами. Ну а после того, как воздушные серпы разрубили на несколько частей манекен, облаченный в рыцарский доспех, у них просто не осталось слов, одни эмоции. Сама же Мария к концу этой демонстрации просела в резерве лишь на треть, а всё благодаря наработанному контролю и отсутствию паразитных затрат и потерь при сотворении заклинаний и обращении маны в стихию.
За эти три года я смог полностью понять механизм и устройство дара сноходчества. Остаётся лишь практика и тренировки, и лет через десять я вполне смогу претендовать на звания мастера в этой области магии. Мария же уже лет через пять сможет смело так величаться, но увы, такой гильдии не существует, а маги с подобным талантом не предают огласке свои способности.
Ныне на дворе стоит 1541 год и у меня возникло желание, пока ещё информация о мире магии не ушла полностью в тень хотя бы среди аристократов, получить звания мастера во всех тех школах, которыми я владею, и чьи гильдии уже существуют.
Собрав всю доступную информацию по этим коллегиям мастеров, узнал следующее:
Ныне существуют гильдия чароплётов, заседающая в Париже, гильдия рунологов и ритуалистов в Дрездене, светлой магии и целительства в Риме, темной магии и магии крови в Праге, химерологов и флористики в Утрехте (Голландия), магии изменений (в будущем трансфигурации) в Кале, а также зельеварения и алхимии в Генуя и нумерологии в Вене.
Я долго думал, с какой гильдии начать получать перстни мастеров, и мой выбор остановился на гильдии рунологов и ритуалистов, так что Дрезден жди меня!
  
Глава 7: Заслуженный мастер
 
Моё прибытие в Дрезден было без помпы, так как отправился я сюда инкогнито, и только когда подавал заявку на экзамен признания меня мастером рунологии и ритуалистики, озвучил своё имя, вписывая его в бланк. Условия для допуска на экзамен были кусачими. Нужно было заплатить двадцать тысяч серебряных таллеров, когда соотношение цены серебра к золоту было примерно один к десяти. Один серебряный таллер весил около двадцати девяти грамм, а чистого серебра в нём было около двадцати восьми. Итого, я должен был уплатить за экзамен либо пятьдесят шесть килограмм чистого серебра, либо пять килограмм и шестьсот грамм чистого золота. У меня имелась такая сумма, но по мне так уж очень широким оказался рот у местных магов. Больно много они запросили. Но был и другой способ оплаты, нужно было предоставить свою личную разработку, которая была бы признана шедевром, в личное пользование мастерам гильдии. И вот этот вариант мне был больше по душе.
 
Ну и раз они себя ведут столь по-скотски в отношении претендентов на это звание, то и я решил им дать то, что они не смогут переварить, подавятся. Я решил ни много, ни мало, а предложить им в качестве подобного дара разработку Ровены, а конкретно ту часть магического комплекса выручай-комнаты, отвечающую за библиотеку: копирование книг, хранение их в виде ментальных проекций в собственной базе и возможности получения материального, в виде временной иллюзии, источника знаний.
Я собирался создать артефакт, который скопировал бы все книги в их библиотеке, а в последующем продолжал копировать новые поступающие в неё источники знаний, хранить эту информацию, привязать к нему всё кольца мастеров гильдии и по желанию они могли бы призывать материальную иллюзию книги в виде гримуара, в которой бы содержались все наличествующие в библиотеки гильдии знания. И всё это в удобном, каталогизированном виде, где необходимые мастеру знания появлялись по ментальному запросу и на удобном для него языке. Собирался внести в артефакт переводчик языков, при помощи заключение в него призванной вавилонской рыбки, которая могла наделять пониманием любого языка мира её обладателя.
После того, как я озвучил главе гильдии своё предложение, он не поверил мне, что я смогу справиться с подобным проектом, но до экзамена меня допустили, правда с условием, что теорию и практику я сдаю сейчас, а перстень получу после того, как предоставлю гильдии сам проект и реализую его в их библиотеке.
Вот только мне ещё пришлось торговаться с главой за условия моего участия в гильдии как её члена. У них есть правило, что знания, полученные в гильдии, они не имеют право кому-либо передавать, исключением является только личный ученик. Меня же такое не устраивало и когда мне надоела упёртость старого пня, который ни в какую не хотел идти мне навстречу, хотя он был практически в трое меня моложе, вот только выглядел на все свои двести, я ему прямо сказал, либо я сдаю на таких условиях, либо ищу гильдии посговорчивее. Только после этой угрозы, старый черт согласился заключить со мной клятву на моих условиях.
Экзамен я сдал быстро, составил несколько ритуалов, по заданным мне требованиям, провёл их, получив необходимый результат, чем и удовлетворил комиссию. Тоже было и с рунологами. Теперь осталось создать артефакт, который даст мне доступ ко всем собранным знаниям в гильдийской библиотеке, а также желанный перстень. По факту, он мне был не особо нужен и признания публики мне сейчас не очень-то необходимо, но есть у меня мысли по наступлению канона, стать преподавателем в Хогвартсе. Ну а почему бы и нет? Всяко будет интереснее наблюдать за разворачивающимся действием не со стороны, а из первых так сказать рядов. И звание мастера магии мне поможет в трудоустройстве.
Мои отлучки из замка Бадоэр оставались незамеченными местными жильцами, ведь я без того был трудноуловим в нём и выбирался из лаборатории только для очередного урока Марии и изредка утолить голод. Разбирая знания Ровены, я добрался до материализации по матрице, снятой с желаемого объекта. Таким вот образом я теперь знаю около сотни матриц различных кулинарных блюд, которые могу создать по первому своему желанию, раз и передо мной уже находится блюдо на котором лежит запечённая с овощами и фруктами утка, рыба, и так далее. Список матриц у меня приличный, отчего надобность посещать обеденный зал у меня в принципе отпала, но нужно было хоть изредка показываться другим обитателям дома.