Змий (СИ)

— Одна надежда на ту лисицу, что ответственна за ловушку с порталом сюда и каменной лестницей. Уж она-то точно должна оказаться серьезным соперником, — озвучил мои мысли Альфонсо. И так-то оно так, конечно, да только вряд ли я пущу тебя с нею биться. Этот противник, как по мне, уж очень серьезный, и драться с ним должен буду я.
— И как бы она была не единственной, кто может нам преподнести здесь неприятные сюрпризы. А потому, будь серьёзен, друг!
И пока мы общались с побратимом, ведьмаки уже прибрали за собой и были готовы отправляться дальше.
А чуть пройдя вперёд, мы вновь натолкнулись на очередную каменную лестницу, вот только если предыдущая была выполнена из обычного горного камня, то здешняя была сложена из блоков больше похожих на породу вулканического происхождения. Не обсидиан, конечно, но что-то очень к нему близкое.
Естественно, перед тем как вступить на лестницу самим, я отправил вперёд своих клонов. И они без каких-либо проблем смогли подняться на ступенек пятьсот вверх и только после того, как стало ясно, что им ничего не угрожает, я, отправив их подниматься дальше, уже со своими вассалами и близкими вступил на лестницу, начав уже свой путь наверх. Ничего подозрительного по пути я не ощущал от лестницы и моя интуиция тоже молчала.
И так продолжалось до тех пор, пока мои клоны не достигли конца лестницы и не вышли на вершину горы, где был расположено величественное сооружение, похожее на японский замок эпохи средневековья с элементами китайской архитектуры, с пагодами и прочей азиатской атрибутикой. И именно в этот момент моя интуиция заголосила матом о надвигающемся трындеце, когда я со своими сопровождающими находился ровно на середине лестницы.
И к моему стыду, первой сориентировалась и стала действовать Иоланта, а не я. Хотя в этом нет ничего удивительного.
Уж не знаю, каким образом это удалось провернуть лисам, но здешняя лестница являлась тропой в серые пределы. На протяжении всего пути, камни из которых была выложена лестница, тянули из нас силу, но в очень незначительных для нас количествах. Да только я как-то не учел, что незначительное количество из двухсот одного архимага и четверых сущностей божественного ранга — это в сумме выходит дофигища!
И когда камень вобрал в себя необходимое количество энергии, он вдруг резко выпал из реальности вместе с нами, находящимися на лестнице, и провалился чуть ли не в план смерти.
И нам всем несказанно повезло, что с нами в тот момент была потомок Хель, что в считанные мгновения успела поднять вокруг нас модифицированные чары Вуали Морены и тем сам уберечь души архимагов от притяжения в серые пустоши, преддверия мира мертвых. Единственные, кому подобное не грозило опасностью были архимаги, достигшие подобного звания в школах смерти и демонологии. У них должно было бы хватить мастерства на то, чтобы уберечь себя от пагубного влияния Серых Пределов. Я же с женами и Мэй так же были в безопасности, мы всё-таки боги.
Нужно будет по возвращению обязательно вознаградить Иоланту! Она сейчас проявила себя великолепно и главное очень вовремя, дав тем самым время прийти в себя архимагам и на то, чтобы они смогли стабилизировать пространство вокруг себя и вернуть нас вновь в мир живых.
Когда умничка Певерелл уже защитила моих рыцарей, то от меня уже не требовалось никакой помощи, а потому я просто наблюдал уже за работой моих вассалов по собственному спасению. Разве что только учениц своих страховал, но так как они и ранее были укрыты всеми возможными щитами и находились под неустанным приглядом моих иллюзий, то моя забота была уже излишней.
— Твою ж! Это что сейчас было?! — сорвался мой побратим, и его можно понять, ведь шанс подохнуть только что был и у него.
— Иоланта? — обратился я с вопросом к самому компетентному среди нас специалисту в магии смерти, ведь именно при помощи неё нас всех чуть не отправляли на встречу с прародительницей Певереллов.
А Иоланта, к кому я обратился и привлёк всеобщее внимание, сейчас очень пристально рассматривала лестницу, точнее камень, из которого она была сделана и сейчас, склонившись и прикоснувшись к нему, словно во что-то вслушивалась. Её лицо было сосредоточенным, а взгляд хмурым.
 
— Никогда о подобном не слышала, но, кажется, я догадываюсь каким способом подобное смогли провернуть.
— И? — не удержался Альфонсо, поторапливая моего вассала к объяснению.
— Этот камень является концентрацией концепции смерти. Нечто подобное происходит с алтарями, которые целенаправленно посвящаются любому из аватаров смерти и на котором принесено множество жертв. Но если там камень наделяется сутью концепции уже в своём конечном облике, когда камень уже является твердой породой, то с этим всё иначе. Скорее всего на протяжении очень долгого времени в раскалённую лаву сбрасывались останки трупов, в которых те сгорали и растворялись. Расплавленную породу держали таковой очень долгое время и ей было скормлено огромное количество останков разумных. И только после того, как камень стал олицетворять собой смерть, ему дали остыть, а затем сделали из него блоки, из которых после сложили эту лестницу. А не почувствовали мы эманаций смерти от дороги потому, что после застывания лавы она стала по своим свойствам походить на обсидиан. Этот получившийся камень экранируют абсолютно любую энергию. Вот и не ощущаем мы некрос, заключённый внутри камня, только мне всё же удалось дозваться до силы прародительницы, частичка которой заключена в камнях.
Разразилась длинной речью с объяснением природы случившегося Иоланта. Но на этом она не закончила.
— А ещё я чувствую отвратительный запах гнили и разложения, исходящий из замка, что находится перед нами. И подобные миазмы может источать маг смерти, который практикует самые отвратительные практики выбранной им к изучению школы магии. Как один из примеров, пожирание стухшей и уже гниющей плоти своих жертв или некрофилия. Милорд, позвольте мне уничтожить эту тварь! Её суть мне отвратительна и является оскорблением моему происхождению!!! Такое существовать не должно!..
— Ты уверенна, что справишься? — всё-таки не мог я не спросить у Иоланты. Всё же я чувствовал на границе своего восприятия очень сильную девятихвостую, и она чем-то неуловимым отличалась от трёх только что встреченных нами тварей, словно была более совершеннее их что ли. Вот только я ни о чём подобном ранее не слышал. Девятихвостые это уже наивысший ранг эволюции этой расы фейри, но та, что находилась на первом уровне замка, а он, к слову, был девятиэтажным, была слишком отлична от уже убитых на ранее девятихвостых.
— Я обязана её уничтожить! — непререкаемо заявила, твёрдо и уверенно молвив, Певерелл. Её решимость уничтожить тварь излучалась всем её внешним видом и аурой. Уточнять, кому она должна, я не стал, а просто кивнул ей, и она, вырвавшись немного вперёд, уверенным шагом попёрла вперёд навстречу своему врагу, ну а мы пошли вслед за ней.
К нашему удивлению больше нам по пути никто не повстречался, хотя на грани чувствительности я ощущал, как на самой границе моего восприятия то тут, то там, по периметру вокруг нас, на удалении в пару километров мелькают сигнатуры девятихвостых. Они были сродни тем, которых завалили мои девочки и Мэй, и мне было странным, отчего твари не нападают на нас, а наоборот, словно избегают?
Но об этом я подумаю чуть позже, после того, как Иоланта разберётся со своей противницей.
Хех… Вот уж точно не думал, что нам тут предстоит увидеть поединок один на один. Благородством в драке я не обладаю, и мне даже в страшном сне не могло присниться, что я допускаю подобный фортель, когда имея численное преимущество, выпущу биться один на один своего вассала. Но тут уж это было просьбой той, кто только что уберегла от смерти больше сотни моих вассалов, и отказать ей, на волне одолевающей меня сейчас благодарности к Иоланте, я не мог.
Хочется испытать свои силы и самолично уничтожить ожидающую нас на первом ярусе замка тварь? Да ради Бога. Но если вдруг у неё возникнут сложности в бою и она окажется в смертельной опасности, то я, конечно же, вмешаюсь!