Шаг к свободе (СИ)
— Я готова растить твоё дитя, но здесь с Лисарой и остальными мне дорогими людьми! И что в ней такого странного, из-за чего ты не хочешь показывать её?
— Я услышал тебя! Наверное, так даже будет лучше, оставив вас всех в неведении своих дел… Если что случится, и кто-то будет спрашивать обо мне, говорите, что отправился домой в горы к семье, а я постараюсь всё уладить.
— Прости меня! — слёзно проговорила она, когда я заканчивал одеваться, и вручил ей небольшой мешочек с шипами, что изначально хотел отдать, так как заранее знал, что она не согласится бросить всех и отправится со мной. А мне по сути это и нужно было, что бы уберечь её в связи с открывшими новыми обстоятельствами. Да и вообще мне спокойнее, когда она дома сидит.
— Не извиняйся! Это я должен, просить у тебя прощения, что не могу быть рядом, заставляя беспокоиться! Не прощаюсь, но и не могу пообещать, что всё будет хорошо, берегите себя, чтобы не случилось.
Оставив её вновь одну со слезами на глазах, я переговорил с глазу на глаз с Ранленом, на улице обмолвился парой фраз со стариком и, не оглядываясь с гадким чувством на душе, растворился в жёлто-зелёных тонах растительности.
Сразу после того, как я добрался до озера, столкнулся с небольшой проблемкой или большой, кому как… Дело в том, что близ берега, где я оставил Лихель, затянуло разнообразной дохлой рыбой и другими пресноводными обитателями, ещё и сам получил по мозгам, когда приблизился к эпицентру.
— Прости… — запричитала Лихель, едва я закончил отчитывать её, грозясь свалить в город пока из неё не выйдет вся дурь. — Я не знаю, что со мной происходит!
— Постарайся сдерживать свои силы, пока я тут тоже не окочурился, — добавил я, до сих пор ощущая давление, на себе держа её на руках.
— В процессе обогащения организма я почти не властна над собой, но чувствую, как каждую секунду погибает что-то живое и от этого мне становится легче.
— Хорошо, что я тебя в замок с собой не потащил, а то были бы одни трупы.
— Не хочу об этом говорить, но с каждой смертью растёт и моя сила…
— Вот и будешь сидеть в этом озере, пока всех там не изведешь, а мало будет тут рядом болото есть с кучей назойливых комаров… И давай уже учись нормально разговаривать, и передвигаться научится тоже бы не помешало. Я в твоём возрасте уже вовсю ползал на коленях и голосил, что было мочи.
— Этого мне будет мало…
— Я не собираюсь тебе ещё и разумных поставлять! Хотя…
— Мне будет достаточно сарконов, и убивать я никого намерено не собираюсь!
— Это мы уже проходили. Ни каких сарконов, пока ты не встанешь на ноги и не научишься постоять за себя, или хотя бы быстро бегать. Мы с тобой лучше в город прогуляемся, а там я думаю непременно появятся те, кого можно будет пустить в расход. Ты как на это смотришь?
— У меня разве есть выбор?
— Понятно. Тогда не будем терять время и поспешим, что бы найти место для ночлега, и выруби этот фон… Чувства такие, будто мне кто-то по ушам нахлопал.
Выбравшись на протоптанную уже дорогу, я решил тоже немного поиздеваться над Лихель, от которой до сих пор фонило якобы остаточным воздействием, которое само должно скоро пройти, но почему-то затянулось, и теперь ей приходится под ржачный смех ползти за мной, выговаривая какой я негодяй.
Весело конечно было, но не долго, пока ей всё это не надоело и, она предприняла попытку встать на ноги, в момент, когда на моих радарах показались разумные.
Спрятавшись в кустах, я больше всего переживал, что Лихель проявит себя в момент, когда мимо нас проезжали рабочие, но вместо этого она воспользовалась мной, устроив мозгу незабываемую расслабляющую встряску, пока экибирон не активировал защиту.
— Вот и смотри после этого в твои прекрасные светло-серые глаза, — высказался я, шлёпнув её по попке.
— Я разволновалась, но уловив твои нежные чувства, потянулась за ними.
— Я уж подумал, ты отомстить мне решила…
— Мне было приятно это осознать, и вновь почувствовать тебя!
— Так, завязывай со своими опытами на мне, и объясни, почему у тебя волосёнки на голове лезут уже седые?
— Это всё из-за расовой предрасположенности, а если честно, то я даже не знаю на кого буду похожа к завершению процесса созревания. Так как большая часть генов мне досталась от разумной, а заложив ещё и свои, произошло необратимое структурное видоизменение. Тебе разве так важен будет мой внешний облик?
— То, что ты не мужиком народилась, уже хорошо, а я знаешь ли, уже привык обращаться к тебе как к девушке.
— Для популяции нашего рода, это не так важно…
— Эй… притормози! Какая популяция, какой род? Тебе едва ли три года ещё, и ты для меня не более чем сестра, ну или дочь на крайняк!
— Это не приемлемо. Я не согласна…
— Всё, закрыли тему! Не желаю ни чего слушать! — вспылил я, переваривая услышанное.
Продолжив путь, я уже не шифровался, бегая по кустам от встречи с разумными, а брал на руки Лихель и спокойно, под любопытные взгляды, шёл своей дорогой, а когда вновь становилось безлюдно, брал за ручку и продолжал учить её ходить.
В итоге, так мы и добрались до города… Кто дошёл, а кто и доехал на моей шеи, ни в какую не желая с неё слазить, боясь пропустить, что-нибудь интересное.
Глава 22
В первую очередь, я сразу же снял нам приличное тихое жильё с местной охраной, а потом уж отправились на торговую площадь, где по чистой случайности наткнулись на одного знакомого немого, который так невзначай, сообщил мне, что у его хозяина есть ко мне разговор.
Пройдя с ним, я все варианты уже успел перебрать, вплоть до того, что за меня уже объявлена хорошая награда, но на деле, разговор свёлся к тому, что Ранлен отказался с ним работать, предпочтя сбывать моё варево местному городскому лекарю, который из всех пробных партий, что пришли, еще, ни разу не выставил на прилавок.
Обрисовав ситуацию, что я не занимаюсь решением всех этих вопросов, до кучи в неведении кому и по чём он продаёт, так как редко появляюсь в замке, спросил: — Себе или на продажу?
— Конечно же себе! Если бы он не подписал бумаги, в которых получил запрет на разглашение и поставку аж до самой весны, то я ещё мог бы с ним договорится. Поэтому вторую неделю ищу возможности встретится с тобой и попытаться разрешить эту ситуацию.
— У меня нет ни трав, ни возможности элементарно вскипятить воды, а домой я ещё не скоро вернусь…
— В любое время дня и ночи, я готов предоставить вам свою лавку, где есть всё необходимое. Так же приглашаю на время пребывания в городе, поселится у меня в уютном и безопасном месте. Соглашайся, тебе понравится!
— Хоть я уже и оплатил за место на ночлег, но не могу не принять ваше приглашение. И ещё попрошу мне подсказать, где я могу приодеть девчушку…
Аптека, оружейная, трактир — чего он только не имел в своём распоряжении, когда повёл нас в свою же лавку портного, а когда мы закончили снимать мерки, притащил вроде как к себе, но на самом деле, это был какой-то элитный бордель.
— Устраивайтесь, — оказавшись чуть ли не в раю, сделал он жест, приглашая занять центральный свободный стол, — скоро подадут ужин, а я пока отойду и приведу лекаря, что бы мы могли обсудить ингредиенты.
— Я стану не менее красивой и привлекательной, как все эти полураздетые девицы! — заявила Лихель, хлопая руками по моим щекам.
— Конечно, и мужа мы тебе подыщем достойного… Ай, отпусти мой нос!
— Прости, как-то само всё вышло. Мне ещё тяжело привыкнуть к новому телу.
— Сейчас кого-то накажу и в угол поставлю, — вырвалось у меня вслух, заставив народ обратить на нас внимание.
— Позвольте, я помогу вам с малышкой? — обратилась тут же пышногрудая девица, которую вроде как подослали по мою душу.
— Выпустишь меня из рук, и может кто-то пострадать!
— Садистка блин! Уши то мои здесь причём?
— Извините, но боюсь, что тут станет очень шумно. Я как подобрал её, так она теперь, как клещ и не слазает с меня.