Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Хотя… божество же сказало, что, если что, меня воскресят, верно? А значит, можно пойти с другой стороны.
Я набрал воздуха полные лёгкие, будто собирался нырнуть, и впустил в себя энергию. Просто влил всё, что было. По идее, оно само должно создать ядро, не найдя выход. Ну и я сдохну, соответственно.
Сдох я, понятное дело, раньше. Мучился так, будто кожу сдирают, запихивают в задницу и пытаются вытащить через мозги. Отключился, продержавшись десять секунд и не впитав даже одной десятой.
Меня привело в сознание божество, пиная по почкам.
— Время, друг. Время идёт. Я не могу возиться с тобой так долго, — бросило оно мне кристалл.
Пошёл второй круг. Потом третий, потом четвёртый. На пятом я обнаружил, что ядро сформировалось и вливать энергию стало легче. Теперь ей было где аккумулироваться. К тому же, если есть ядро, то есть место, где будет генерироваться энергия. Но само ядро… оно было гигантским. Превратило стержень в какою-то кривую загогулину, словно расплавив его. По-хорошему надо бы распределить его на более мелкие ядра, чтоб снизить нагрузку, но божество вряд ли будет ждать так долго, а я сам делать этого не умею.
Короче, стержню конец, придётся потом как-то всё восстанавливать.
— Вижу прогресс, — усмехнулось божество.
Ну ещё бы, оно всё видело. Да только, помимо прогресса, я чувствовал, как весь взмок и как тело словно разваливалось на части.
В конце у меня в руке оказался обычный пустой кристалл, который был словно закопчённым. А внутри меня пылало ядро, будто от ядерного взрыва. По идее, во мне сейчас энергии достаточно, чтоб создать детонацию, которая расколет планету. Надо бы стравить её потом…
— Держи… — бросил я божеству кристалл. Оно поймало его одной рукой и спрятало за пазуху.
— Всё было проще, чем казалось, да?
— Нет, — ответил я. Хотелось лечь… Да, пожалуй, лягу, чтоб прийти в себя. — Где мы сейчас? Это не то место, где я остановился.
— Я подбросило тебя до твоего пункта назначения.
— До дома этого чудика?
— Почти.
— Почти?
— Ты рядом с его городом.
— И что мне…
Я было посмотрел на божество, но… никого рядом не оказалось. Оно просто исчезло. А я остался около почти догоревшего костра.
— …делать в городе?.. — закончил я негромко.
Вот, блин, тебе и поговорили. У меня было много вопросов, но я не строил иллюзии, что оно бы мне ответило. Меня всегда просто забрасывали в мир, а там уже сам как-нибудь. Из-за этого несколько раз меня грохнули до того, как я вообще приступил к миссии. В основном это происходило там, где была вера. Демон вселился, тьма захватила, другие взяли под контроль… одним словом — люди.
Мне потребовалось, наверное, около часа или полтора, чтоб прийти в себя. Слабость и разбитость, в конце концов, отступили, и я чувствовал себя… более-менее нормально. Словно плохо спал, не более. Но такое было пустяком, бывало намного хуже. Так что я быстро собрался, оделся, затоптал костёр и…
Понял, что не знаю, в какую сторону двигаться. Вот что надо было спросить первым делом, блин…
* * *
И, собственно… город.
Я стоял на обочине грунтовой дороги, которую дальше с обеих сторон начинали обступать дома. Границей города служил примечательный комплекс из нескольких цехов, расположившихся в десятке метров от дороги, словно разделяющие цивилизацию и дикую природу. Высокими трубами они знатно коптили небо.
Да у них тут небольшой промышленный городок, как посмотрю. Насмотрелся я на подобные места и навоевался в них тоже вдоволь. Бесконечные цеха, железные агрегаты, коридоры, куча мест, откуда можно ждать пулю… бр-р-р, ненавижу такие места. Но век индустриализации шагает здесь полным ходом. Глядишь, очень скоро и машины появятся, хотя…
Я проводил взглядом одну из карет без лошадей.
Уже появились. Каждый мир накладывает свои отпечатки на уже знакомые, казалось бы, вещи. Глядишь, и будут вскоре полноценные машины ездить.
За цехами начинались пригороды. Судя по всему, по окраинам жили самые бедные слои населения. Какие-то бараки, старые деревянные дома, чахлые огороды. Всё было грязным от оседавшей сажи из труб. Люди тоже были характерными — типичные крестьяне, которые не вылазят с полей. Здесь они выглядели явными представителями средневековья.
 
Но чем дальше я шёл, тем сильнее город менялся, и вскоре меня встречали вполне себе приятные ухоженные домики с собственным участком. Не сильно богатые, но явно лучше тех, что были до. Здесь суетились жители, которые куда больше походили на представителей нового века. Пиджаки, брюки, юбки, сарафаны.
А пройдя ещё дальше, я, собственно, попал в сам город. Грунтовку здесь сменяла брусчатка, а дома из деревянных одно- и двухэтажных перешли в кирпичные и каменные по три, по четыре, а то и по пять этажей высотой.
Но именно здесь я столкнулся с проблемой.
Я уткнулся в барьер собственной психики.
Стоило пройти вглубь уже начавшегося полноценного города, как я почувствовал непонятное волнение, которое с каждым шагом лишь усиливалось. И чем дальше я заходил в город, тем сложнее давался каждый следующий шаг, будто приходилось идти против течения. Ноги просто отказывались идти дальше, будто я пытался шагнуть с уступа в пропасть и срабатывал инстинкт самосохранения.
Проблема в том, что в первый раз за многие века я собирался войти в город. Войти в него без оружия и открыто. И у меня это вызывало даже не страх — панику. Сердце билось как перед важным сражением, глаза бегали по округе. Внутри меня всё визжало о том, что заходить в город без оружия вот так открыто — самоубийство.
Да, мозгом я понимаю, что это бред, но от фобий просто так не отделаться. Это как прыгнуть с сотого этажа, зная, что не разобьёшься. Ты там хоть обосрись, а хрен сделаешь шаг в пустоту.
Я не любил город, и при взгляде на него у меня возникало волнение. С ними у меня было связано много неприятных вещей.
Город — это место, где часто случается мясорубка. Легко держать оборону и сложно брать штурмом. Каждая улица, каждый дом становится кровавым замесом. И когда на протяжении долгих лет у тебя город ассоциируется лишь со смертью и проблемами, вот так просто войти в него…
— Чёрт… — я потёр виски. — Что за хрень…
Я вряд ли привыкну вот так за один раз прогуливаться по городу, не боясь словить пулю промеж глаз или меж лопаток. Но и шарахаться от него было не дело. Может я живу там? К тому же, где ещё узнать о себе? Так что же, ночевать из-за этого в лесу? А если именно там моя миссия? Тогда божество меня потом в отместку вообще запихнёт на планету в город, где постоянно война (такие места тоже бывали).
Надо успокоиться.
Я ещё раз посмотрел на улицу перед собой.
Было непривычно видеть столько народу. Взрослые, дети, старики, житейская суета, какая-то чудовищная беззаботность. Кажется, начнись здесь вторжение, и они только и будут делать, что раскрывать рот и смотреть на приближающуюся смерть, как овцы на скотобойне.
Слишком живо и беспечно…
И всё же это было странное чувство — быть в живом городе. Это как видеть… фотографию животного, а потом самому вживую посмотреть на его. Что-то странное, нетипичное, удивительное… Я видел города, да, но после артподготовки или длительной осады, когда они теряли весь свой блеск и были руинами, уже пустыми, выжженными, как скелет животного.
И мне здесь не нравится.
— Да бляха-муха… — сжал я зубы.
Но я сделал свои первые неуверенные шаги вперёд. И они давались… тяжело…
Я чувствовал, как внутри зарождается паника, готовая вырваться наружу. Глядя на эти дома, на эту беспечную толпу, которую можно срезать одной хорошей длинной очередью, меня одолевали страх и желание срочно забиться куда-нибудь в угол, где можно будет спрятаться от снайперского огня.
Какого?
Который может начаться.
Звучит абсурдно, но я подсознательно ждал, что в любую секунду раздастся выстрел, и мне прилетит пуля в грудь. А когда ты чего-то ждёшь, расслабиться точно не сможешь. Будешь бояться, как перед экзаменом, особенно когда это смертельно опасно. Да и глаз уже привычно ловил места, где может находиться вражеский снайпер и где места простреливаются на ура…