Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Юми, ещё не веря в то, что происходит, не веря в то, что это происходит на самом деле, в отчаянном порыве попыталась закрыть огромную дыру рукой, через которую била кровь. Но куда её тощей ладошки остановить такой поток крови, который бил между пальцами и из-под ладони. Смерть в этом случае была вопросом нескольких секунд.
Юи с трудом подняла голову, чтоб посмотреть на сестру, и её губы едва дрогнули от последних слов.
— П-прости… люблю тебя…
И в следующее мгновение она обмякла, сказав самые последние и важные слова, позволяя себе уйти. Её голова безвольно повисла и последний выдох покинул её тело, оставляя Юми единственной наследницей трона. Глаза перестали показывать какую-либо жизнь, с безразличностью смотря куда-то в сторону. Её тело стало безвольным подобием большой куклы, что теперь лежала у Юми на руках.
— Ю… Юи… д-девочка моя… К-как же т-т-так? — губы Юми дрожали. Она в ужасе, плача, смотрела на тело, что было на её руках. Ей казалось, что это всё сон, что это нереально, иллюзия. Хотя правда быстро пробивалась ей в голову, занимая там всё больше места. — Нет, не так. Только не так… Нет-нет-нет-нет-нет! Ты не могла так умереть! НЕ МОГЛА! ЮИ! НЕ ТАК!!! ТЫ НЕ УМЕРЛА!!! НЕ УМЕРЛА!!! ЮИ-И-И-И-И-И-И-И-И!!! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!!
Её крик, оглушающий, на высокой ноте, едва не срывающийся, заполнил зал. Юми запрокинула голову и кричала всей своей душой. Кричала и плакала так, словно хотела оглушить весь мир своим криком. Если боль имела бы звук, то она бы звучала именно так.
Её крик звенел в ушах, отражался эхом и усиливался многократно, заставляя дребезжать стёкла в окнах. Но уже ничего не могло исправить случившегося.
Крик Юми сошёл на нет лишь через несколько минут, когда вся сиюсекундная боль вышла из неё, словно пар под давлением из чайника. Остались лишь слёзы, боль, чувство нереальности, страх и одиночество.
— Юи… Юи… как же так… — Юми гладила сестру по волосам, плача. Её губы дрожали, голос был тихий, заботливый и полный нескончаемой грусти. — Юи… девочка моя… моя… ты не могла умереть…
Но страшная мысль уже глубоко укоренилась в её голове, не давая сомневаться в том, что она видит. Её сестра умерла. Умерла на её руках, в конце отступив от своей затеи. Словно проклятье, которое настигло её, стоило Юи отвернуться от своих целей. Борьба за власть не терпит сомнений.
Послышались тихие шаги. Всё это время они слышались, но Юми не обращала на них внимания до тех пор, пока они не стали громче.
Юми подняла полный боли взгляд на человека, который это всё и сделал.
Ведь это он сделал. Убил её, убил сестру, Юи, которая пришла домой. Только он виноват в её смерти.
Сиюсекундная ненависть и ярость на него охватила её. Недобрые огоньки полыхнули в её глазах. Этот окровавленный, израненный и такой же уставший человек, что дышал с трудом, издавая ненормальный хрип при каждом выдохе, и являлся причиной, почему её сестра умерла.
— Юми, ты ка…
Вспышка и его отбросило в сторону. Отбросило так, что он полетел через зал и врезался в одну из колон. Послышался лёгкий хруст костей.
Юми бережно положила тело сестры вставая.
— Как я, ты спрашиваешь сейчас… — злобно прошипела она, готовая одним взглядом испепелить человека перед собой.
Лучше всего я научился убивать.
Кажется, это единственное, что я способен делать практически идеально не задумываясь. Делая это даже быстрее, чем сам успеваю понять, что делаю.
Она подняла пистолет, она его навела, она дёрнулась.
Последнее словно послужило сигналом, и я, действуя на рефлексах, уже выстрелил. Возможно, не будь у меня такой реакции, всё было бы иначе. Но я учился убивать, учился реагировать на подобные признаки куда быстрее, чем сам пойму. И я сделал то, что сделал бы в любой другой подобной ситуации. Просто выстрелил, целясь в неё.
Минус Юи.
Мне казалось, что я спас Юми. Казалось, что защитил её от взбесившейся сестры. А её плачь был естественным для любого человека, что потерял родного. Даже если этот родной хотел его грохнуть. Я бы тоже, наверное, так убивался.
Я несколько минут ждал, пока она прокричится, после чего рискнул подойти поближе. Времени и так было мало, надо было ещё убить императора, если это было вообще возможно. А он наверняка ждёт меня. Я бы оставил ей больше времени, но мне самому было непросто. Накостыляли мне знатно, оттого каждая минута для меня, это сразу минус единица силы и выносливости.
Когда я подошёл, она посмотрела на меня мокрыми, заплаканными глазами, с дрожащими губами, с мокрым от слёз лицом, не похожая на ту, что я видел.
— Юми, ты ка…
И тут я понял, кого она винит во всём.
Для этого было достаточно просто почувствовать удар молнии, который отбросил меня в противоположную сторону. И мало того, что меня так нехило обожгло и пробило, так ещё от удара обо колонну сломал себе что-то…
Сука… как же больно…
— Как я, ты спрашиваешь сейчас… — раздался где-то там голос ещё одной полоумной.
Не знаю, каким чудом я не потерял сознание, хотя приложился даже головой. Видимо там действительно пусто. Мне стоило огромных усилий подняться хотя бы на четвереньки и посмотреть на Юми, которая медленным шагом приближалась ко мне. Сука блять облезлая! Это же больно!
— Ты убил мою сестру, — очень тихо сказала она мне. Сказала так, словно она тут невинная жертва, а я маньяк-потрошитель.
— И что? — спросил я. Меня самого начала пробирать злость.
Небольшой фаерболл ударился мне в плечо, прожигая до мяса.
— ТЫ УБИЛ ЕЁ!!! — закричала пронзительно она.
— Она в тебя целилась!
— ОНА НЕ ХОТЕЛА УБИВАТЬ МЕНЯ!!!!!!
— И поэтому целилась?! Ты ебанулась?!
Меня вновь отбросило в эту же колонну, только уже потоком воздуха.
— ТЫ УБИЛ МОЮ СЕСТРУ!!! — она закричала во весь рот, сжав кулачки и подавшись вперёд, словно маленький ребёнок.
Мне с трудом удалось перевести дыхание. Сука… как же больно. Не только физически. Больно оттого, что на меня пытаются вновь всё повесить. Повесить все беды, всё горе, словно делаю я это в одиночку. Словно никто кроме меня в этом не участвует. Каждый раз все претензии ко мне, словно я самый крайний. Да, я виноват, но не один. Если уж ты обвиняешь меня, то скажи лучше, насколько сама ты в этом виновата?
Каждый раз, когда кому-то больно, он старается сбросить чувство вины на другого, сорвать свою злость на другом человеке, словно пытаясь себя отбелить. Лицемеры. Вы сами не лучше меня. Но пытаетесь выставить себя жертвами, а меня чудовищем.
Но нет, здесь у нас два чудовища, Юми.
— Да, убил, — тихо ответил я, пытаясь встать. В голове всё шло кувырком. Во рту крови было словно больше, чем во всех сосудах в моём теле. Как же всё болит… — Но не этого ли ты от меня ждала? Не ты ли попросила меня помочь добиться власти?!
— Я не просила убивать сестру!
— А других значит можно? — злобно усмехнулся я. — Сколько я убил на пути сюда, Юми. Ты знаешь, сколько я сегодня сделал вдов и сирот из-за ваших игр? Сколько жён и матерей не увидят своих детей дома? Ты кричишь, но сколько людей сегодня будут кричать ровно так же из-за твоего желания и моих действий?! — Я сделал не без труда уверенный шаг к Юми, подойдя практически вплотную и тихо спросил. — Я разве не предупреждал тебя, что всё закончится кровью?
— Они…
— Не стоят жизни твоей сестры? — усмехнулся я злобно в лицо Юми. — Больше тысячи человек я убил во дворе замка. Больше. Тысячи. И это только за то, что они хотели защитить законную власть, Юми. Они хотели защитить закон и справедливость. От таких, как мы.
Казалось, что мои слова пошатнули её уверенность в себе.
— Посмотри на улицу, Юми. Посмотри на то, что там твориться. Разве ты не догадывалась, что будет? Я столько убил из-за ваших игр! Ты прекрасно понимала, к чему это приведёт! Знала, что я буду убивать! Знала, что империя умоется в крови! Я тебя предупреждал об этом неоднократно!!! И твоя сестра хотела твоей смерти! Она неоднократно говорила, что уберёт тебя! И вот я захожу, а она целится в тебя!!! Ты хотела, чтоб тебя прикрыл от всех угроз! А теперь ты мне говоришь, что я виноват!? Во всём этом!? ОДИН!?!?