Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Если так будет лучше для них, — спокойно ответил я.
— Будет. А что касается тебя… то тебе лучше отправиться вечером. Как бы стражи много на улицах не было, в темноте легче раствориться. Да и ночью легче пробраться до туда, не привлекая взгляда случайных свидетелей. И… — он демонстративно принюхался. — Тебе надо будет сбить запах крови, его за километр учуешь.
— Постараюсь.
— Чтож… тогда идём.
Нас отвели в какой-то старый грязный дом, который явно был притоном. А может быть и сейчас это притон, просто закрыт ради важных гостей. В любом случае, здесь, по заверению волка, мы могли остановиться со спокойной душой и не бояться ни стражи, ни эльфов. Клятва ему не позволит нас сдать или кинуть, поэтому я старался не волноваться по этому поводу.
Куда больше меня интересовали эльфы. Конечно, участвовать в разборках государств мне не очень хотелось. Но и попасть под эльфов сразу за воротами у меня тоже не было никакого желания, так как они наверняка меня там ждали. Оставалось надеяться, что волк нас действительно сможет вывезти до леса.
— Ты действительно это сделаешь, — тихо спросила Стрими, когда мы ждали вечера. — Действительно убьёшь человека?
— Как по-твоему, стал бы я заключать клятву, если бы не смог? — поморщился я.
— Но… это же неправильно.
Она так говорит, словно я этого хочу. Словно есть безопасный выход, которым бы я не воспользовался, чтоб только не влезать в это.
— Да, неправильно. Но вряд ли это невиновный человек, раз связался с ними, — хотя слово человек по отношению к ним не совсем корректно. — Так что без разницы.
— Но…
— Отвали, Стрими, — бросил грубо я.
Ещё мне мозг не ебали. Словно я сам хочу помочить людей и считаю это правильным. Но вот так сейчас мне капать на мозги этим… это вообще форменное издевательство. И так самому тошно от этой мысли.
К тому же я выбрал из двух зол наименьшее. По крайней мере я так себя оправдывал. Или риск потерять Юи, и как следствие, риск людьми и всем планом. Или одна жизнь. Одна жизнь против десятка другого. Чужая жизнь против жизни тех, кто мне дорог. Если обезличить, то выбор вполне понятен и логичен. Вся проблема лишь в том, что люди зачастую не могут выбрать нужный вариант из-за эмоций. Готов ли я положить на плаху одну чужую жизнь ради множества других?
Да. И кто бы за этой жизнью сейчас не стоял, я не изменю ответ.
Единственное, что могло меня порадовать, так это то что цель не ребёнок, потому что… Потому что я бы всё равно сказал да.
К тому же, скажи мне кто-то, что этот человек издевается над животными, издевается над своими служанками и людьми, а его работники конченные садисты и ублюдки, то уже не так жалко его, верно? И его убийство не будет выглядеть таким уж и ужасным. Многие люди скажут, что так ему и надо. И их уже не будет смущать, что это жертва может быть отцом нескольких детей, единственным кормильцем и так далее. Пусть даже и жертва заказного убийства, которая в принципе смерти и не заслуживала.
Это лишь показывает, что зачастую всем важна лишь эмоциональная окраска, а не реальность. То, что чувствуют они, а не то что есть на самом деле. Однобокая правда сразу приобретает столько сторон.
  
Глава 241
 
Волк провёл меня туда этой же ночью, как мы и договаривались. Вернее, не он сам, а его человек. Сам волк же попрощался со мной, оставшись в притоне.
— Я буду ждать тебя здесь. Сделаешь дело, вернёшься, мы тебя перекинем к лесу.
— Предашь меня…
— В любом случае умру, — показал он мне свои зубы. — Но смелости тебе не занимать мне это говорить.
— Люблю конкретику, — ответил я.
Стражи было куда больше, чем днём, однако провожатый словно знал, где и как надо проходить. Он ловко проскакивал мимо стражников, словно тень, находил такие проулки, которые я бы в жизни не заметил, выжидал нужные моменты, словно умел предсказывать будущее, и вообще, оказался мастером скрытности.
Что касается меня, то я просто следовал за ним не отставая ни на шаг. К тому же меня обтёрли уже знакомой травой, сбивая запах. И пусть этот запах чувствовался, но куда слабее, чем человеческий запах. По крайней мере мне так сказали. Что касается крови, то я просто сменил повязки и их обильно полили спиртом с примесью каких-то трав и посыпали табаком. Типа запах собьёт.
 
Мы ныряли из одного двора в другой, из одной подворотни в другую, выйдя из не самых обеспеченных районов в довольно престижные. Не супер-люкс, где живут сливки, но обычные добротные богатые дома. Может в таких даже прислуга имеется.
Здесь стражи, что примечательно, было меньше, но и места, где можно было спрятаться, практически отсутствовали. Дома располагались сплошной стеной вдоль улиц, создавая своеобразные кварталы. Нам приходилось передвигаться бегом вдоль стен, прячась около лестниц, в тени карнизов, в кустах клумб.
— У них есть охрана? — тут же спросил я, когда мы пришли к назначенному месту.
— Внутри точно есть, — сипло ответил проводник, которым был зверолюд с кошачьим хвостом и ушами. — Как есть и слуги. Тебе нужно справиться побыстрее, после чего мы поднимемся на крыши и пройдём по ним подальше отсюда и вернёмся обратно.
— Ты пойдёшь со мной?
— Я всё проконтролирую.
Как будто с клятвой это нужно, но я не стал возражать.
Мы стояли перед достаточно зажиточным домом, который абсолютно ничем не отличался от остальных. Такой же ухоженный, аккуратный и по-своему стильный с множеством всяких горшочков и контейнеров под окнами.
— Тогда идём. Кстати, как зовут главу семейства?
— Крайстернац Виолд.
Я, воровато оглянувшись, перешёл улицу и постучал в дверь. В добротную дубовую дверь, которую и не сломаешь с ноги, если ты там не танк ходячий. Хотя я знал одного чувака, он бы её точно проломил.
Сейчас у нас было времени всего лишь до следующей стражи, что наворачивала здесь круги с подозрительной пунктуальностью. Несколько минут на то, чтобы открыть сраную добротную дверь перед собой.
Следящий остановился позади меня, не предпринимая никаких попыток вмешаться или что-то сказать. Словно так и должно быть.
Дверь нам открыли через минуту после того, как я постучал. Вернее, не открыли, а громко спросили.
— Кто беспокоит? — раздался женский голос.
— Личное письмо от мэра для Крайстернаци Виолда! — громко и уверенно сказал я. — Срочное. Он требует получить ответ на него немедленно!
Послышался шум, топот ног (или копыт) и уже мужской голос спросил меня.
— У вас письмо к Крайстернаци Виолду?
— Да! — громко ответил я. — Мэр требует от него ответ немедленно!
Дверь слегка приоткрылась и показалось лицо какого-то быка с красными глазами. Его ноздри буквально расходились от его выдохов. Казалось, ещё немного и оттуда как в мультиках пар пойдёт.
Однако стоило ему увидеть нас, как он тут же попытался закрыть дверь. Но слишком поздно.
Я уже целился в щель и просто нажал спусковой крючок. Свинцовая пуля вошла быку глубоко в череп. И хоть она не пробила её насквозь, но откинула ему голову, и тот завалился на спину. Хлопок разнёсся по всей улице, извещая стражу о том, что здесь что-то происходит, и ещё долго эхом расходился, словно гром, по городу. Значит наше время начало очень быстро тикать в обратку. Вообще, быка можно было убить и мечом, но я сомневался, что мне хватит реакции, если у него там семидесятый, что вполне возможно.
По ту сторону раздался визг, будя весь дом и извещая всех о том, что на них напали. Я попытался толкнуть дверь, но практически сразу в ответ на мои потуги в дверном проёме блеснула цепочка, весело и издевательски звякнув. Но вряд ли она способна спасти этот дом от вторжения.
Без лишних церемоний я тут же что есть сил пнул дверь, и та приветливо раскрылась нараспашку. Лопнула даже не цепь — вырвало кусок дерева, к которому она на двери крепилась.
Не теряя времени попусту, я тут же вскочил в коридор, с одного удара отправляя служанку, что визжала, в аут. Я всё понимаю, но честно сказать, меня всегда бесили визжащие бабы. Ну вот просто бесили, визжат они по делу или нет. А ещё меня бесят визжащие и кричащие дети. Кажется, что они входят в личный топ самых ненавистных мной звуков.