Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
У него была плохая привычка рассказывать о том, как он её трахал. Рассказывать, по сколько и в каких позах, иногда он даже эти самые позы показывал на себе.
Интересно… пиздец просто. Поэтому за правило я взял, возвращаясь после его поебушек, сразу ложиться спать. Не хочу слушать эту хуйню. У меня и своих приключений выше крыши, если на то пошло.
Глава 190
Когда что-то делаешь, время всегда летит незаметно. Настолько незаметно, что оглядываешься и думаешь: ёлы-палы, три месяца прошло с поступления!
Три месяца.
Ну а я нихера ещё не сделал. Не потому что я идиот… хотя и это тоже. Большинство несчастий упирается именно в этот аспект, который является одной из главнейших моих причин. Как чемодан со шмотками, который надо было оставить, но я зачем-то взял его с собой, и утконосом, который до сих пор живёт у меня под кроватью.
Однако причина на этот раз была в запрете выходить. Которую я успешно преодолел.
Барабанная дробь…
Я сдал их! Да, я молодец, я крутой и всякое такое.
Хотя признаюсь честно, экзамен по сути был простым уроком, где просто опрашивали прошлые темы. Я даже не могу сказать, чем он отличался от остальных уроков. В случае с рунами, мы читали. На магии воспроизводили те заклинания, коим нас учили до этого. На истории задавали вопросы по темам, и этот предмет я сдал, наверное, лучше всех. На местном варианте физ-ры у меня просто проверили уровень.
И это ещё одна вещь, которой я могу похвастаться.
Имя: Патрик.
Фамилия: Козявкеев.
Возраст: 23
Раса: человек.
Уровень: 40.
Сороковой сцука! Да! Я молоток и отличный парень с максимально возможным уровнем у обычных людей! Сороковой!
Я был готов расплакаться, когда увидел его, это было действительно божественно. А если учесть, что я всё сдал, то это была просто охуительная новость. Теперь мне было в поощрение разрешено выйти за стены универа.
А если быть точным — сегодня.
И завтра я наконец смогу отправить утконоса домой. Это будет последней проблемой, которая висит надо мной как дамоклов меч.
— Мэйн… Мэйн! ЭЙ! — Меня толкнули в плечо. — Очнись уже! Давай, идём!
Мартин недовольно бросил на меня взгляд, типа хули я на ходу засыпаю.
— Да, да, я иду, — ответил я лениво.
Сейчас у нас были сдвоенные уроки по истории. Её вообще везде преподавали, однако теперь моя группа и группа фехтовальщиков учились вместе. Зачем им история? Им же главное мечом махать постоянно!
Мы направлялись через улицу в другой корпус, где находились большие лекционные залы. Хоть сейчас и был тридцатый день промежуточного периода или по-нашему тридцатое марта, снег и не думал таять. Более того, температура не думала опускаться. Говорили, что это связанно с поздним приходом самой зимы.
Сейчас мы пробирались через метель, которая буквально сдувала нас к чёрту, стараясь сохранить равновесие. К сожалению, наш путь пролегал через участок, который был слишком открытым, оттого здесь безбожно дуло.
— Ты хорошо шаришь в истории? — спросил Мартин, перекрикивая ветер.
— Тебе сейчас надо это спросить?! — крикнул я в ответ. Мне бы на морду дворники поставить от снега.
— Да! Ведь мне надо выбрать — сесть с милашкой Сью или с тобой! Если ты хорошо знаешь, то я выберу тебя.
— Выбирай того, кого сможешь трахнуть, — дал я совет.
— В этом то и проблема. Я могу трахнуть вас обоих.
— Да пошёл ты! — я отпрыгнул от этого идиота, который вытянул губы в трубочку и сделал вид, что хочет меня обнять и поцеловать.
— Ты чо, не знаешь присказку? Нет лучшего влагалища…
— Просто завались! — я схватил снежок и бросил ему в лицо.
Засранец со смехом резко сел, снежок пролетел над ним, был подхвачен ветром и прилетел какой-то девушке в лицо, что шла за нами. Та охерела настолько что, словно прохватив хэдшот, рухнула в снег.
— Сука…
— Ну ты и мазила, — похвалил он меня, оборачиваясь к девке, что теперь пыталась встать. — Так что, хорошо знаешь историю?
— Иди к Сью. Она тоже хорошо историю знает, — перекричал я ветер. — Или Дарина. Они обычно вместе сидят.
— Ладно, так и сделаю. А ты с кем сидишь?
— Фиалка.
— Цветы что ли?
— Сам ты цветы! — я указал на нашего Эйнштейна, которому требовались дворники на очки. — Вон с ним.
— А чего не с бабой? У тебя там одни бабы!
— А почему должен? — задал я встречный вопрос.
— Ну как же! Это же счастливая пора!
Бля, чувак, счастливая пора, это когда тебя не пытаются грохнуть, и ты никому ничего не должен. Быть свободным и когда ты можешь ничего не делать. И она не заключается в том, чтобы перетрахать всех девок в округе, поверь мне.
— О чём толкуете? — выплыл к нам из метели Крепыш. Мне кажется, что ему глубоко похуй, есть ветер или нет.
— Да вот, Мартин говорит, что парней трахать лучше, чем девушек, — без зазрения совести сдал его я.
Крепыш посмотрел на него внимательно.
— Завтра подам документы о переселении меня в другую комнату.
— Э! Погодь! Я не это имел в виду! Если ты меня кинешь, я завалю программу по тактике!
— Тебе видимо мало было Сью, — пожаловался Крепыш. — Не хочу рисковать своей чистотой.
Пока мы шли, я случайно заметил на земле кусок чего-то голубого. Словно кусок стекла или льда, которое кто-то выбросил. Слегка отстав от парней, я подошёл к этой вещице и поднял из снега. И что я вижу? Кусок ледяной руки.
Кажется, наша желешка плохо переносит холод.
Я прошёл дальше, и очень скоро начал находить и другие части Капли. Кусок её волос, кисть с другой руки, кусочек стопы и другие части, что видимо отвалились с туловища. Это было слишком похоже на какой-то конструктор, где мне предлагали собрать человека самому. Мне даже пришлось всё складывать в сумку, где лежали книги, так как в руках такое количество унести я не смог бы.
Здание встретило меня теплом и весёлым гулом студентов. Среди них Каплю я нашёл довольно быстро. Несмотря на то, что она выглядела целой, сиськи явно скинули несколько размеров, да и она стала тоньше и немного ниже.
— Кажется, ты что-то потеряла, — сказал я, подходя к ней и вытаскивая из сумки её руку.
— Буль-моя-рука-буль-буль! — восхитилась она, сложив ладони вместе. — Ты-буль-её-в-буль-буль-снегу-нашёл-буль?
— Ага, и собрал целую коллекцию. Уверен, что смогу собрать тебя младенца, — я раскрыл сумку, показывая ей находки.
— Там-буль-всё! Буль-ты-буль-буль-просто-чудо-буль! — она подхватила один из кусочков и запихнула себе… в рот. — Отлично-буль-буль-а-то-я-буль-боялась-что-буль-буль-придётся-ходить-буль-потом-буль-буль-после-метели-буль-и-искать.
— Так значит холод тоже твой враг?
— Ага-буль-замерзаем-буль, — она взяла замороженную руку, удивительным образом открыла рот и принялась запихивать туда её.
— Блин… я понимаю, но… почему ты их ешь, а не просто присоединишь?
— Ну-буль-буль-так-чтоб-людей-буль-буль-не-смущать-буль, — пожала она плечами, запихнув руку по локоть.
То есть по-твоему поедание пусть и замороженной, но руки людей не смутит? Я многое видел и тем не менее меня передёрнуло от такого. Как и оттого, что ты говоришь, когда рот у тебя полностью занят.
Пока Капля поглощала собственную руку, ко мне подошла… фемка. Вернее, Фемия. Как вы похожи то… У меня невольно сердце замирает, когда тебя вижу.
— Эй, ты хорошо историю знаешь? — тут же в лоб спросила она.
— Ну… нормально, скажем так, — ответил я, не став ей тыкать, что для начала надо сказать хотя бы «Привет».
— Я с тобой сяду, — она смерила взглядом Каплю, всем видом показывая своё отвращение к увиденному. — Это чем ты занимаешься? — сухо спросила она.
— Буль-поглощаю-буль-буль-свои-части-буль-тела, — как ни в чём не бывало ответила Капля.
Отвращение вновь пробежало по лицу Фемии. Она посмотрела в мою сумку и достала оттуда один из замороженных кусков, осмотрела его, понюхала… лизнула… Ты чо, дура? Тебя мать хотя бы чему-то учит?! Ты чо делаешь?