Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Мэри предположила, что его выебали в задницу бритоногие медведи и его ранимая душа то ли теперь страдает без их ласк, то ли наоборот, страдает от того, что через его задницу прошло. Но он сам говорил, что может перевоплотиться в ту тварь в любую секунду, от чего такой вариант частично отпадает.
А потом мы пришли в деревню. Запах смерти витал в воздухе. Совпадение? Или Мэйн наведывался сюда? Если конечно у него были на это причины, то ладно… я и сама не против поделать людям больно, но а если просто так?
А с Бабушкой? Нас отпустили, а он… перебил всех. Стал неуправляемым, безумным, жутким. Я думала, что Мэйн убьёт и нас, потому что он даже выглядел как другой человек.
И опять странности: Дара приказывала ему, словно имела какую-то силу типа рабской печати. Тогда… почему она на него не действовала? Кто он вообще такой и почему Дара с ним?
Эти вопросы кружились у меня в голове.
До тех пор, пока он меня не поимел.
Кажется, за много лет мне не было на душе ещё так противно. Да, меня силой не ломали; да, не рвали задницу; не били. Но дали понять, что возьмут, если не дамся добровольно. Я словно из соратницы стала вещью. Меня практически изнасиловали и не кто-то, а тот, кому я доверяла. От этого вдвойне больно … как бы от такой, как я, это странно не звучало. А теперь моего мнения не спрашивают, раздвинь ноги и всё.
Конечно, такую как я это не сломает, но осадочек остался. Даже для такой мрази как я это неприятно.
А сейчас я думала меня вообще убьют. И за что? За фразу? За неаккуратное слово? После всего того, что мы прошли? Да, сменились с сестёр на сестёр и брата, но… Болт в голову за простое глупое слово? Словно я уже и не часть команды?
Кто он? Словно сорвавшийся с цепи человек, который получил волю и Дара, пытаясь приказать ему, лишь толкает меня к этой теории. Словно она утратила власть и теперь перед нами во всей красе предстаёт сам Мэйн. А может его и не так зовут. Мне плевать, пусть трахает меня, но… я чувствую себя преданной. Поэтому я хочу всю правду.
Всю дорогу мы негромко переговаривались, хотя той обстановки, что была раньше уже не было. Мэйн, так вообще вёл себя странно и немного жутко. Часто моргал, взгляд бегал, иногда он вздрагивал, хотя причин на это нет. Я не говорю о том, что он иногда что-то бормочет про себя, но что именно не слышно.
В какой-то момент он вообще схватился за меч, словно кого-то увидел, но потом успокоился. А другие, Дара и Мэри, которые были скрытниками, ничего так и не заметили. Но они бы точно заметили врага. Мне было слегка не по себе, когда он шёл за мной. Словно специально так встал, чтоб воткнуть мне между лопаток меч. Я уж точно помирать не хочу.
Вообще, его поведение меняется очень странно. После того как Мэйн поимел меня, он стал спокойнее что ли, словно дорвался, но… уже в дороге его вновь стало пробирать, пока он не шырнулся. Жаль только, что после того, как прострелил мне ногу. Хотя могло быть и хуже. Мне казалось, что ещё немного и стрела будет торчать у меня из глаза. Совершенно безумным взглядом смотрел он на меня, после чего с трудом смог взять себя в руки.
Может что-то произошло за те шесть дней? Что-то не совсем хорошее и он тронулся умом?
Раньше я не замечала, чтоб он пил и принимал наркотики. К тому же, не хочется признавать, но под наркотиками он стал более-менее собой. Спокойный, правда слишком заторможённый.
Он перевязал мне ногу, аккуратно, я бы даже сказала, нежно, но… Всем неспокойно. И мне, и Даре, и Мэри. Мы уж не дуры, видим, что он не в себе. Или был всегда таким, но только сейчас показал своё лицо…
Хотя с приёмом наркотиков он точно успокоился и у меня возникла мысль подмешивать ему их, чтоб он не буянил. А то не сильно хочется становиться его личной шлюшкой, которая будет раздвигать ножки по первому требованию. Не то, что для меня это впервой, нет, привыкла уже, но… мы же команда. Если ему так нужно, попросил бы, а не заставлял.
— Готово… — отряхнул он руки, перебинтовав довольно профессионально ногу.
— Ага, спасибо конечно… но было бы неплохо, если бы ты не стрелял в меня больше, — сказала я в шутку.
 
— Не провоци-и-и-ируй… больше… — как-то странно растянул он слова, словно уже поплыл. Его зрачки были расширены настолько, что даже от сюда я это видела. Кажется, мальчик пошёл по стране розовых снов.
Он встал, слегка покачиваясь, и побрёл в сторону ближайших кустов.
— Ты куда? — спросила Дара, уже порываясь встать, но я ухватила её за одежду.
— Умыться… надо… — невнятно промямлил он. — А то чот… несёт нехило.
Мы втроём вздохнули с облегчением. Казалось, что с ним ушла и эта безумная аура. Более того, меня успокаивало то, что теперь он где-то там. А то чего доброго станет тварью и реально трахнет меня. Я абсолютно за новые ощущения и техники, но при условии, что меня не будут травмировать и мучить. Вот самой — да. Порезала бы кого-нибудь сейчас… кого-нибудь миленького, хорошенького, маленького.
Взгляд сам собой упал на Мэри.
Та, словно почувствовав, посмотрела на меня. Да, ей почему-то мне хочется сделать больно. Ну вот не знаю, почему. Просто смотришь на неё и прямо хочется сдавить её пальчики, чтоб они захрустели, вывернуть ручку, надругаться, довести до слёз… Но нельзя, мы команда. К тому же сейчас, боюсь, его реакция может оказаться куда более бурной на мои действия, чем раньше.
Да и вообще, отошлю я её ка подальше, нам поговорить с Дарочкой надо.
— Мэри, иди и проследи, чтоб он никуда там не делся. А то в таком состоянии ещё утонет в реке.
В этот момент мы все услышали истерический смех, который ну никак не мог принадлежать нормальному человеку. У меня от него мурашки пробежали по телу. Да и Мэри с Дарой сжались, почувствовав себя явно некомфортно. А ведь это ещё день, светло.
— А может… тут его подождём, — глянула на меня Мэри.
— Детка, или я тебя изнасилую бутылкой, после чего сломаю твои пальчики, или ты идёшь и смотришь, чтоб Мэйн там ничего не учудил, — улыбнулась я ласково.
Мэри слегка пробрало, и она молча юркнула в кусты за нашим «мужчиной». Пусть ещё спасибо скажет, что я её не покарала за то, что воронку в задницу мне воткнула, так ещё и без смазки. Ну да ладно.
Я повернулась к Даре.
— Дара, милая, ты ничего не хочешь мне рассказать?
  
Глава 60
 
Мне кажется, я понимаю, почему он её зовёт дурой. Она действительно делает иногда глупые вещи и не догоняет простых истин. Интересно, что он успел с ней пережить до того, как встретил меня?
Я не имела удовольствия разговаривать о прошлом Дары и того, что её связывает с Мэйн, но кажется пришло время лезть в чужие дела. Иначе может оказаться, что в следующий раз меня не просто трахнут, а ещё и придушат за просто так. Я спокойно отношусь к убийствам и смертям, если это никак не связано со мной.
— Лиа? — хлопнула она глазками, строя из себя дурочку, только на этот раз специально.
И кого ты пытаешься обмануть? Я же также из себя дурочку строила, когда людей заманивала в свои подвалы. Поэтому я вижу неискренность, дурочка.
— Дарочка, детка, ты прекрасно понимаешь, что я имею ввиду, — сказала я сладко, подползая к ней на четвереньках.
Она спокойно смотрела на меня, однако реакция на моё приближение и на определённые интонации моего голоса у неё появлялись практически сразу. Дышит чуть чаще, губки облизывает, глазки стыдливо бегают, пальчиками одёжку перебирает. Покраснела вся. Могу сказать, что покраснели у неё не только щёчки. Какая… грязная девочка.
Вообще, я поняла, что многие люди уже привыкают к чему-нибудь и на что-нибудь реагировать. Я успела проделать несколько интересных опытов над теми несчастными, что имели глупость прыгнуть ко мне в объятия. Они все привыкали к множеству звуков и движений. Одни возбуждались, когда я говорила грубости, так как привыкли, что после этого всегда было приятно. Другие чуть ли не плакали, когда я их кормила и разговаривала ласково, так как потом от них отрезались кусочки.