Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Что касается Сильвии, она вела себя молодцом. Замирала, когда я ей говорил замереть, шла, когда говорил идти, и никак не привлекала к себе внимания.
В итоге мы спустились в небольшую лощину, нисходящую вниз — дальше начинался подъём наверх. Предположу, на следующий холм. И был он заметно круче, чем тот, по которому мы шли.
— Дальше вниз? — негромко спросила Сильвия.
— Да.
— Как ты думаешь, что могло нас преследовать?
— Некрупный хищник. Было бы это насекомовидное существо, оно бы точно попыталось нас сожрать.
— Съесть, — нахмурилась Сильвия.
— Тебе действительно обязательно поправлять меня в такой момент? — с усмешкой взглянул я на неё.
— Надо же делать из тебя человека, — невозмутимо ответила она. — А то говор у тебя такой, будто у черни с улицы.
К сожалению, здесь слишком много времени отнимало то, что здесь было слишком много камней, прикрытых настилом из листьев, от чего приходилось осторожно ступать, чтобы не сломать себе ногу. Плюс обилие кустарников, которые мы обходили. То, что заняло бы минут двадцать, у нас отняло целый час.
К тому моменту туман заметно посветлел, хотя видимость от этого лучше не стала.
— Как ты считаешь, Тэйлон, сколько сейчас времени?
— Одиннадцать, — тут же ответил я. И сразу добавил. — По крайней мере, мне так кажется. Здесь из-за тумана слишком сложно сказать, сколько времени. Как и определить направление света. Туман очень сильно рассеивает свет, и мне даже сложно сказать, с какой стороны встаёт солнце.
— Может мы сможем определить по росту растений? — предложила она.
— Ну попробуй, — хмыкнул я.
— Ты уже пробовал, — догадалась Сильвия.
— Да. И не смог понять. Они просто растут. Думаю, в подтуманных землях не действуют те законы, что у нас.
В конце из лощины мы всё же вышли к ручью. Журчащему, холодному, идущему среди камней ручью. За чистоту я ответить не мог, но выбора особого не было. Даже несмотря на то, что здесь не жарило солнце, жажду никто не отменял. Пришлось действовать по старинке — набрать немного воды в рот и понять, есть ли какой-то лишний привкус, надеясь, что не подхватишь кишечную болезнь.
Вроде чистая, насколько вообще возможно так определить чистоту. Всё-таки у меня специализация не в очистке воды.
Утолив жажду и умывшись в холодной воде, мы начали спускаться вниз по ручью. Хотелось надеяться, что скоро мы выйдем к достаточно большой реке, по которой сможем скоординировать своё движение более точно.
  
Глава 20
 
— Река, — прокомментировала Сильвия наше очевидное открытие.
Да, река. Широкая река. Однако сказать, каковы её реальные размеры, сложно, так как туман через двадцать метров сплошной стеной скрывает абсолютно всё.
— Пойдём по течению или против? Она достаточно широкая?
— Надо проверить, — отозвался я и поднял камень. Подкинул в руке, примеряясь, после чего зашвырнул его в туман. Прислушался. Нет, не слышно.
— Не получится.
— Да я уже понял… Ладно, здесь топаем вверх по течению, посмотрим, куда выведет. Если к болоту, то просто пойдём обратной дорогой.
— Тэйлон, я знаю, что ты понимаешь, что делаешь, но… у нас нет еды, — когда Сильвия произнесло слово «еда», то смутилась. — Я не ною, просто хочу напомнить…
— Что долго бродить здесь мы не можем. Я понимаю, Сильвия. Могу тебя успокоить, что человек может неделю спокойно переносить голод.
— А больше недели?
— Тогда нам придётся задуматься о каннибализме, — пожал я плечами.
— Смешно, Тэйлон, — уголки губ Сильвии поползли вверх, но, взглянув на меня, её улыбка поблекла. — Не пугай меня.
— До этого ещё дожить надо. Идём, — кивнул я в сторону берега.
Река имела идеально зеркальную поверхность, по которой то и дело проплывали листья с деревьев. Поэтому определить направление течения было несложно. Куда больше меня настораживала идеально зеркальная гладь. Было в ней что-то жуткое, будто что-то внизу, на дне, затаилось в ожидании своей жертвы.
 
— Тэйлон, ты же шутишь? — догнала меня Сильвия. — Скажи, что ты пошутил.
— Успокойся, Сильвия, — вздохнул я. — Не шуми. Лучше взгляни на воду. Видишь?
Она бросила опасливый взгляд на меня, после чего посмотрела на реку.
— Идеально ровная? Зеркальная?
— Да. Держись подальше от воды и берега в частности.
Около получаса мы шли в полной тишине, если не считать дыхания леса (так называли шум в лесу эльфы). Даже вода не плескалась о берег, будто была покрыта какой-то плёнкой.
— Странно, что они выбрали именно такой способ убить нас, — негромко заметил я, когда мы шли по небольшой полосе между лесом и рекой. — Могли бы просто застрелить, это эффективнее.
— Не странно. Кто убивает так открыто?
— Но так проще и надёжнее, чем пытаться забросить нас, например, сюда. Более гарантированно.
— Но это убийство.
— А аристократов это когда-нибудь останавливало? — усмехнулся я.
— Я уже и забыла, что ты всё запамятовал, — вздохнула она, после чего принялась объяснять. — Нельзя, Тэйлон, нельзя просто так убить. Королевство не позволит.
— А это кого-нибудь останавливает?
— Всех. Если роды начнут беспрепятственно друг друга убивать, королевство не станет сидеть на месте. Королевство очень внимательно следит за этим и жестоко карает тех, кто убивает.
— То есть у вас монополия на насилие?
— Что, прости?
— Ну… я в армии слышал это. То есть аристократ не имеет права, например, казнить своего подчинённого. Или два рода не могут устроить между собой войну, допустим, убивая только друг друга?
— С чего ты взял, что так вообще где-то делают? — поинтересовалась она.
— Мне рассказывали, что где-то это практикуют. Что там рода как свои маленькие государства внутри государства.
— Сложно представить, как они тогда ещё и страну не захватили, — вздохнула Сильвия. — Что касается твоего вопроса — нет. Рода не воюют открыто. Враждуют, устраивают друг другу подлянки, рушат бизнес, банкротят род, устраивают несчастные случаи и очень, очень редко убивают. У каждого рода есть свои покровители и защита во власти.
— А если нет?
— А если нет, то король заинтересуется, почему убивают людей слабого рода. Ты сказал про монополию на насилие? Это… довольно… точно определяет наше королевство. Только король, совет, суды и другие судебные структуры имеют право решать, кому жить, а кому умереть.
Что не мешает устраивать несчастные случаи, как этот. Значит, играют из-под полы? Сначала ослабляют, а потом начинают убивать. Осторожно, между делом, друг за другом.
— У нас есть охрана и люди, готовые защитить нас ценой собственной жизни, однако никто войну устраивать не будет. Это ослабляет страну.
— А король не боится, что рода восстанут против него?
— За такие мысли можно голову потерять на плахе, брат, — предупредила Сильвия. — Есть армия, есть совет, есть суды.
— И они все неподкупны? Там нет никого из родов?
— Я понимаю, к чему ты клонишь, но с той же идеей тогда и нас могут предать собственные слуги, убить в кроватях, отравить нашу еду и столкнуть нас с лестницы. К тому же, всем выгодно, чтобы был король. Он гарант стабильности. Гарант того, что они могут быть уверены, что завтра никто не возьмёт их спальню штурмом.
Короче, я понял. Король держит власть в своей руке. У него есть своя армия, которую он кормит. Есть свои органы, которые получают от него плюшки и готовы его поддерживать. Есть просто идейные люди, что готовы идти ради него на смерть.
— Как ты думаешь, чьи это проделки?
— Однозначно не Вьильгеры.
— Это я уже и сам понял. Никто не срёт у себя на крыльце.
— Тэйлон! Ты можешь говорить как положено? — казалось, что мои слова возмутили её до глубины души.
— Не гадит.
— Прекрати, будь так добр!
— Ты на вопрос ответишь или будешь возмущаться?
Сильвия засопела недовольно, но соизволила продолжить.