Жена некроманта (СИ)
— На чьей ты стороне? — разозлилась я. Амеллин подняла ладони в примирительном жесте.
— Конечно, на твоей. Но Тони тебя любит, ты ведь сама знаешь. Хватит вам уже ругаться. Просто извинись перед ним.
— Я уже и не знаю, любит ли он меня, или эта дурацкая магия выбрала меня его невестой, — сказала я с горькой усмешкой. — Если это так, почему он так жесток по отношению ко мне? Как он мог обвинить меня в воровстве? Боги, Мелли, я бы никогда!..
Я села на кровать и закрыла лицо руками, ощущая ярую потребность выплеснуть свою магию наружу. Моя сила крутилась внутри тела, закручиваясь в спирали, змейками проникала в руки и ноги, иглами колола кончики пальцев.
Мне. Надо. Срочно. Выплеснуть. Магию.
— Успокойся, — Амеллин погладила меня по плечу. — Только вспышки магии не хватало. Ты же помнишь, тебе нельзя использовать ее еще пару недель, пока магия Смерти не свыкнется с твоей силой.
— Ненавижу! — я вскочила на ноги и бросила подушку в стенку. Мелли с осуждением смотрела на меня. — Эта магия отняла у меня мои силы, мой муж считает меня воровкой, а его родственники терпеть меня не могут! Разве это справедливо?
— Хватит, Рини.
— Не о такой жизни я мечтала! — выкрикнула я, и осеклась, заметив, как испуганно расширились глаза Мелли. Сзади послышался скрип двери.
Обернувшись, я увидела мужа, стоявшего в дверном проеме. Прислонившись к косяку, он нетерпеливо смахнул прядь волос со лба, и сказал с мрачной решимостью:
— Знаешь, я тут подумал… Я удовлетворю твое желание о разводе.
И ушел, смачно захлопнув дверь. Я перевела взгляд на Мелли, и открыла рот, глупо хлопая ресницами. Подруга опомнилась первой.
— Боги, Рини, что ты натворила?!
— Я?!
Изогнув бровь, я уставилась на подругу. Мелли, стоявшая возле кровати, виновато отвела взгляд.
— Я натворила? — переспросила я. — То есть, ты считаешь поведение Энтони абсолютно нормальным?
— Конечно, нет, Рини. Но признайся: ты иногда бываешь совершенно невыносимой…
Фыркнув, я отвернулась в другую сторону. Подумать только: Мелли поддерживает моего мужа! А не меня! Между прочим, именно я таскалась с ней по Смертельной топи, пока она разыскивала убийцу бывшей девушки своего будущего парня! Я укрывала ее кольцом иллюзий, когда Финн грозился отшлепать Амеллин! И вот она — благодарность!
— Ладно, извини, — Мелли присела рядышком и погладила меня по плечу. — Лучше скажи, что ты собираешься делать. Неужели правда разведешься?
Развод в нашей стране — дело сложное и хлопотное. Как правило, большинство прошений не удовлетворяется, а на головы тех, кто решился расстаться со второй половиной, обрушивается негодование и презрение. Но я-то — дочь короля. Разумеется, отец будет в гневе…
— Если Энтони так решит, то я не буду протестовать, — сказала я. Вот еще, уговаривать мужа не разводиться! До такого я никогда не опущусь. Хватает мне унижений выпрашивать благосклонность мужа!
— Это вряд ли, — заметила Мелли. — Вам просто нужно успокоиться и поговорить. Уверена, вы найдете общий язык, и конфликт…
Договорить Мелли не успела — дверь в мою комнату распахнулась. Заплаканная Полли с красным от рыданий носом влетела внутрь, и неуклюже поклонилась.
— Простите, леди Виринея! Но я… Я просто…
Не договорив, девчонка разрыдалась, вытирая рот рукавом платья. Я поморщилась, поджав губы, а добросердечная Амеллин бросилась успокаивать бедняжку. Когда поток рыданий стих, а сама Полли была усажена в кресло, она наконец смогла поведать нам причину своей истерики:
— Леди Мойра обвиняет меня в отравлении. Говорит, что я подложила ей семена…
— У нее есть повод так думать? — осторожно спросила Амеллин, подавая травнице мой кружевной платок, стоивший баснословных денег. Я мысленно оплакивала свою вещь, глядя на то, как Полли трубно сморкается в белоснежную ткань.
— Нет. Я бы никогда… Леди думает, что у меня была возможность. И еще…
— Что? — недовольно осведомилась я. Леди Мойра наверняка стремится избавиться от надоевшей сиделки, вот и придумала эти глупости.
— У меня пропали семена ивнянки, — объявила Полли.
Повисло молчание. Амеллин с подозрением уставилась на травницу, словно намеревалась прочесть ее мысли. Зная подругу, я была уверена, что она уже записала ее в список главных подозреваемых. Я же была на стороне Полли — девчонка юная и открытая, совсем не похожа на несостоявшуюся убийцу.
— Как у тебя оказались эти семена?
— Они всегда у меня были. Лежали в чемодане с другими травами. Они полезны при расстройстве желудка в малых дозах, вот я и хранила их. А сейчас обнаружила, что семена пропали.
— Ты кому-нибудь говорила об этом?
— Нет. Я сразу пошла к вам, леди Виринея. Леди Мойра обвинила меня, и выгнала из комнаты, накричала… Я направилась к себе. Хотела выпить капель, сунулась в саквояж и обнаружила пропажу… Что мне делать? — взвыла Полли и вдруг рухнула на колени. — Леди Виринея! Пожалуйста, я ничего не сделала!
— Успокойся, — успокаивала травницу Мелли, помогая ей подняться с пола. — Никто пока тебя ни в чем не обвиняет.
Сделав вид, что не заметила эту оговорку «пока», я нахмурилась. Получается, кто-то украл семена из сумки Полли и подсунул их Мойре, желая подставить травницу. И еще так некстати — Эдвард уехал, и допросить обитателей замка невозможно. Интересно…
Кое-как выпроводив травницу, и пообещав ей защиту, я устало опустилась на кровать. Мелли взволнованно забегала по комнате.
— Рини, нам нужно раскрыть это дело.
— Ты слышала, что тебе сказал Энтони? Финн тебя убьет.
— Ай, — отмахнулась подруга. Подозреваю, если бы Финн был сейчас рядом, Мелли отреагировала бы совсем иначе. — Нам нужен мотив.
— Мотив?
— Да, мотив, — возбужденно заговорила Амеллин. — У кого был повод убить Мойру? Кто ее так сильно ненавидел?
— Да все, — пожала я плечами. Мелли поперхнулась.
— В смысле? Это же бабушка Энтони…
— Главная сплетница.
— Пожилая леди…
— Старая ведьма.
— Уважаемый некромант…
— Склочная притворщица.
— Рини!
— Что? — спросила я с невинным видом.
— Прекрати оскорблять свою родню, — возмутилась Мелли. — Почему ты говоришь, что все ее терпеть не могли?
— Ну, их отношения с Глэдис ты сама видела утром, — усмехнулась я. — Присцилла тоже недалеко ушла — падчерица, да еще и с жутким характером. Полли наверняка устала от капризов и брани старушки, слугам тоже конкретно доставалось. Единственный, кто вне подозрений — Энтони.
— А ты?
— Ты в своем уме? Я, конечно, тоже не в восторге от бабули, но не стала бы травить ее семенами.
— Хоть на этом спасибо, — язвительно заметила Амеллин. — В общем, список довольно обширен. Ладно, я попробую поговорить с обитателями замка. На тебе леди Глэдис и леди Мойра. Уж извини, со мной они вряд ли будут откровенны. Все-таки я одаренная.
— Это точно, — согласилась я, и вытаращила глаза: — Стоп, что это значит? Ты собираешься заняться расследованием?
— Ну да, — недоуменно посмотрела на меня Мелли. — А что здесь такого?
— Но Финн сказал…
— Финна здесь нет, — беспечно ответила подруга. — Так что забудь. И потом, разве тебе не хочется утереть нос Энтони, найдя вора и того, кто покусился на жизнь леди Мойры?
Мелли была права — мне очень хотелось. Вот прямо очень, до зубовного скрежета и колик в животе. Поразмыслив минутку, я махнула рукой и сказала:
— Все равно ведь не отстанешь… С кем там мне надо поговорить?
Глава 5
Леди Мойра изображала из себя глубоко умирающую женщину. Грудь ее бурно вздымалась, глаза метали молнии, а у постели с виноватыми лицами выстроились слуги. Судя по обстановке, в комнате происходила публичная порка.
— Леди Мойра, я бы хотела поговорить с вами наедине, — решительно объявила я.
Мгновенно раздались облегченные выдохи прислуги. Не дожидаясь разрешения старой леди, служанки гуськом потянулись на выход, не скрывая радости.