Жена некроманта (СИ)
— Ничего серьезного, обычное рядовое расследование. Не беспокойтесь, принцесса. Я вернусь через три-четыре дня.
Поднявшись со скамьи, лорд Эдвард протянул мне руку, предлагая проводить в дом, но я отказалась. Следя за тем, как фигура дознавателя удаляется к конюшне, я вдруг поняла, что он ничего не рассказал о своем ученике. Впрочем, это неудивительно — Филипп Лавин не был членом семьи, и скоро должен покинуть дом. А кстати, он останется или поедет с Эдвардом?
Как выяснилось за ужином, Филипп остался. Ковыряя вилкой сыр, он пояснил:
— Я буду работать на кладбище. Мне еще нужно… Немного практики.
— Вы будете поднимать мертвецов? — ахнула Присцилла, прикрыв ладошкой рот. Девица вырядилась в желтое платье, которое ей совершенно не шло, а лишь подчеркивало бледность кожи и морковный оттенок волос. Филипп смутился.
— Да, это часть моей профессии. Но мне нужно добиться полного контроля — уметь не только поднимать умертвия, но и разговаривать с ними, более того — понимать, и видеть их глазами. Это очень сложно, и у меня пока плохо получается.
— Я уверена, что вы скромничаете, Филипп, — жеманно произнесла леди Глэдис.
Я пораженно открыла рот, наблюдая за потерявшей совесть дамочкой. Мало того, что Глэдис облачилась в розовое платье с рюшами, имеющее такой глубокий вырез, что все столичные модницы умерли бы от зависти, она еще ухитрялась облизывать ложку с соусом так, что бедный Филипп закашлялся.
— Уймись, Глэдис, — проворчала леди Мойра, уныло смотря в тарелку с кашей. — Эту еду и так есть невозможно, так еще и ты вызываешь рвоту своими ужимками.
Мысленно поблагодарив бабулю, я хихикнула, чем вызвала неодобрение всех присутствующих. Покраснев от гнева, Присцилла вздернула подбородок и надменно спросила:
— Скажите, леди Виринея, вы и вправду маг Земли?
— Да, — подтвердила я. Леди Мойра тут же скривилась, словно увидела насекомое.
— Нет чтоб как положено, за некроманта…
Проигнорировав высказывания старушки, я молча продолжила есть. Но рыжая Присцилла не унималась:
— Значит, вы можете вырастить цветы? Знаете, во дворе замка так пусто…
— Еще чего, — взвилась леди Мойра. — Это поместье Баллардов, самых могущественных некромантов! Оно не менялось сотню лет! Никаких цветов!
— Мама… — попыталась возразить леди Глэдис, но была благополучно заткнута свекровью.
— Какая я тебе мама, вертихвостка! Думаешь, я не вижу, как ты на моего второго сына смотришь?
Леди Глэдис притворно ахнула, приложив пальцы к губам, а вот Присцилла изо всех сил пыталась скрыть злорадную улыбку. Из всех сидящих за столом неуютно стало только мне и Филиппу — юноша уткнулся в тарелку, отведя глаза, а леди Мойра продолжила:
— И не надейся, дрянь! Ничего твоего тут нет! Кастер сглупил, женившись на тебе, но второй раз я такой ошибки сыну совершить не дам!
Воцарилось молчание. Машинально продолжив есть, я запила перепелку рахновым вином, а Глэдис поспешила откланяться:
— Пожалуй, я пойду, прилягу. Хорошего вечера.
Шурша юбками, она удалилась.
— Иди-иди, — крикнула ей вслед свекровь, и покосилась на красную Присциллу. — А ты чего? Есть что сказать?
— Нет, леди Мойра, — выдавила Присцилла, сверкая глазами. Было видно, что девчонка еле сдерживалась, чтобы не выпалить какую-нибудь гадость.
Остаток ужина протекал в гробовом молчании, а я задумалась: почему леди Мойру так слушаются? Ведь по сути она — просто больная старая женщина. Глэдис и Присцилла живут тут на законных правах, и притеснять или выгонять их она не может. Это под силу только Энтони… или мне.
— Благодарю за ужин, — я отодвинула тарелку в сторону. — Я немного устала и хочу отдохнуть.
Удаляясь из столовой, я краем уха услышала, как леди Мойра пробормотала что-то об избалованных особах. Чувствую, мне придется нелегко. Поднявшись в покои, я устало плюхнулась на кровать, ощущая упадок сил. Наверное, сказывается магия Смерти — Рогорн буквально пропитан ею, а для мага Земли важна природа, которая просто чахнет вблизи с некромантами.
Перевернувшись на бок, я потрогала правое плечо, украшенное меткой Смерти. Черный ворон распростер свои крылья, склонив голову — Морт, личное умертвие моего мужа. О Боги, и почему он так поступил со мной? Сбежал в другое поместье, бросив меня одну на съедение родственникам.
Весь день меня съедала тоска, которая сейчас превратилась в глухое раздражение. Да, я была неправа, сознательно скрывая от Энтони, что я и есть его невеста-принцесса. И возможно, чуточку переборщила, когда требовала от него отказаться от помолвки. И, наверное, могла бы признаться до того, как Энтони узнал все от моего брата.
Но разве это идет в сравнение с тем, как поступал сам жених! Ни одного теплого слова с того дня, как открылась страшная правда. Энтони даже на свадьбе вел себя холодно и отстраненно, разговаривая сквозь зубы. А свадебный поцелуй! Будто он целовал рыбину. Про первую брачную ночь я вообще молчу — ее я провела в экипаже, где-то на границе Восточных земель.
Спрыгнув с кровати, я достала из сумочки магический кристалл для связи. Разговор с Эммой — вот что сейчас поможет поднять настроение, благо, у фрейлины был свой личный кристалл, и мы могли связаться в любое время.
Желтое сияние озарило комнату, и через минуту над камнем появилось недовольное личико подруги.
— Рини, — ахнула она. — Я хотела сама связаться, но подумала, что только помешаю. Где ты? В Рогорне? Как там? Тебе все нравится? Вы нашли общий язык с лордом Баллардом?
— Эмма, тише, — я досадливо поморщилась, а затем пересказала фрейлине события последних двух дней. С каждым новым словом лицо Эммы вытягивалось, а под конец она возмущенно заявила:
— Но он не может так обращаться с тобой! Ты — принцесса!
— Уже нет.
— Его законная супруга! В конце концов, ты та, кого выбрала магия Смерти.
— С этим не поспоришь, — согласилась я. — Давай не будем об этом. Расскажи лучше новости из дворца.
— Рассказывать-то и нечего, — пробурчала Эмма. — Мы готовимся к отбору. От этих кандидаток уже голова кружится.
Вспомнив, что скоро мой братец станет чьим-то мужем, я просияла. Каспиану уже двадцать пять, и по законам он должен найти себе жену, прежде чем станет королем Дефронии.
— Подожди, а почему отбором занимаешься ты? — воскликнула я. Обычно это делают родные или придворные маги.
— Так тебя нет, — развела руками Эмма. — И принц счел нужным свалить это на мои, заметь, хрупкие плечи. Якобы это мое наказание за то, что помогла тебе с побегом в академию.
— Извини, — покаянно пробормотала я.
Отбор невест для принца — дело хлопотное и тошнотворное, поскольку кандидатки готовы порвать друг друга на мелкие кусочки, и каждая считает себя лучше всех.
— Да ладно, — отмахнулась подруга. — Хоть повеселюсь немного.
Желтый кристалл начал мигать, и я с досадой поняла, что забыла зарядить его. Через мгновение он погас, а изображение Эммы исчезло. Закатив глаза от недовольства, я отправилась в купальню, в который раз пожалев, что рядом нет служанок.
Комната, примыкающая к покоям и оборудованная под купальню, оказалась большой. В центре, прямо в полу, располагалось широкое углубление, отделанное мрамором. Едва я поднесла руку к одному из кристаллов, как углубление начало наполняться чистой и теплой водой. Осторожно спустившись вниз, я осмотрела ряд баночек, выставленных в шеренгу, и довольно улыбнулась: видимо, к появлению в замке хозяйки все же подготовились.
Солнце уже садилось, когда я, благоухающая ароматом цветов, удобно расположилась в кровати, предварительно натянув ночную рубашку. Правила предписывали замужним дамам носить длинные сорочки, однако мне подобное казалось возмутительным — кого я должна стесняться в собственной спальне? поэтому все мои рубашки были обрезаны выше колен. Приготовившись ко сну, я сомкнула веки и сладко потянулась. Сейчас хорошенько высплюсь в мягкой, чистой кровати, а завтра…
Тихий шорох заставил меня открыть глаза. Затаив дыхание, я услышала чьи-то шаги. Мягок ступая, неизвестный прошел мимо моей комнаты, затем скрипнула дверь. Недоумевая, я села на кровати. Сон как рукой сняло. По словам Полли, правое крыло третьего этажа было отдано в мое распоряжение, и все комнаты здесь были только для хозяев. Спальня, кабинет, гостиная и детская. Кому и что понадобилось в такое время в одной из этих комнат?