Невозвращенец. Дилогия (СИ)
— Я все понял, Кен. Спасибо, я не подведу, ты меня знаешь. Только один вопрос. Тело Олега нашли?
— Нет. Эксперты считают, что оно просто испарилось при взрыве судна. Чему ты улыбаешься?
— Во время одной из наших бесед, Олег как-то сказал: «Нет тела — нет дела». Я почему-то уверен, что мы о нем еще услышим, и не раз. Я не верю, что он мог так глупо погибнуть. Останки его челноков нашли?
— Нет. Ты думаешь…
— Нет, я знаю!
Том второй
Пролог
Не снимая маскировки, я врубил двигатели на полную мощность и уже через полчаса набрал необходимую для прыжка скорость. Короткая команда ИскИну, и я уже в гипере. Пять дней полета, и я выйду в Системе контролируемой Империей Аратан, свяжусь с полковником из СБР и начнутся мои «хождения по мукам».
Как же всё-таки отличается полет через червоточину и в гиперпространстве, теперь я понимаю джоре, когда они выделили первые два слоя гиперпространства под внутрисистемные перемещения. И невольно возникает уважение и гордость за людей и не совсем людей, которые смогли развить и преумножить практику таких полетов не только в своих Системах, но и между Звездами, и даже между Секторами. Управляя своими кораблями почти в ручном режиме, сутками не покидая пилотские ложементы, эти герои-первопроходцы избороздили совсем немаленький сектор галактики. А пилоты Дальней Разведки, эти парни и девчонки уходят в свой Поиск на годы, с мизерным шансом вернуться, зато с огромным энтузиазмом. Я бы, наверное, так не смог. Вот и сейчас, Илья до такой степени меня в последнее время избаловал, что, кое-как высидев в ложементе пару суток я уже больше не могу, да и толку-то тут от меня, мой новый ИскИн, я назвал его Адмирал Бен Боу, ничуть не хуже Ильи справляется с управлением крейсером в гиперпространстве, я просто превратился в бесплатное приложение к ложементу. Особо заняться мне нечем, только учить Базы, ну или заняться наведением порядка на судне, точнее в его трюмах. С Базами нарисовалась небольшая напряженка, все что у меня было я уже изучил и усвоил, да и были они не в самых высоких рангах, это когда я их брал, то думал, что пятый-шестой ранг это уже предел, а оказывается надо было брать в девятом-десятом, хотя это уже академический уровень и особо эти знания я применять не смогу, голая теория. С Базами джоре все тоже не «ахти», максимальный уровень на имеющихся у меня кристаллах, четвёртый, а изучаются и усваиваются они немного быстрее чем Базы Содружества, так что и тут все совсем не радужно. Надо будет озаботиться и через полковника немного потрясти закрома СБР на предмет интересных кристаллов. Хотя, с обычной нейросетью Содружества все эти кристаллы с Базами джоре элементарно невозможно изучить, даже при наличии считывателя, а значит попросив подобные Базы, я считай во всеуслышание заявлю, что у меня стоит именно такая нейросеть. А с другой стороны, у меня целая куча всяких разных артефактов, если имперцы доберутся до Темной Системы, то наверняка поймут, что корабли выпотрошены, а значит и факт наличия у меня такой нейросети вполне объясним. Так что ничего страшного.
Вот так вот, мечтая о том как буду резвиться в закромах СБР я и проводил свое время, постепенно весь груз стал приобретать вид аккуратно загруженного имущества, а не сваленного в кучу хлама. Останки медоборудования ушли к себе подомному, части реакторов тоже, та же судьба постигла и модули гипердвигателей, разгонных и маневровых двигателей. В общем я нашел чем себя занять. Наконец дошла очередь и до всевозможных дронов и дроидов. Особенно меня заинтересовали дроиды с кораблей неизвестного Флота, как оказалось в их конструкции были использованы очень интересные решения, интересные мне как инженеру-конструктору, думаю, что и спецов Империи они очень сильно заинтересуют. Жаль конечно, что нам не удалось найти ни одного исправного дроида принадлежащего чужим, хотя за такую прорву лет, что прошла с момента того боя это и немудрено, тем более, что ни на одном из неизвестных кораблей я так и не нашел ничего похожего на стазис. Я как раз занимался с одним очень интересным образцом, пытался понять его назначение и способ передвижения, когда на меня накатила легкая тошнота, а зрение слегка расфокусировалось и мой вестибулярный аппарат на несколько мгновений вышел из строя. Вполне знакомые ощущения при выходе из гиперпространства. Не успел я осознать что именно произошло, как по кораблю разнесся сигнал боевой тревоги. Почти одновременно с этим ИскИн начал передавать мне на нейросеть информацию об окружающем нас пространстве. Из гипера нас выкинуло на краю какой-то Системы, аккурат между двух военных Флотов, причем несколько кораблей с одной из противоборствующих сторон уже открыли по нам огонь. Дистанция для космического боя оказалась мизерная и ни о каких маневрах речь не идет, так что единственное что я успел сделать это отдать своему скафандру команду перейти в режим максимальной защищенности, как защитные поля «Мародера» оказались пробиты, а сам он начал разваливаться от многочисленных попаданий. Адмирал еще успел нанести ответный удар, но о его результатах я так и не узнал. Плазменный смерч накрыл меня с головой, элементы скафандра начали выходить из строя один за другим, вспыхнуло и погасло индивидуальное защитное поле, в доли мгновения исчерпав все свои возможности. Последнее что я запомнил, это как вспыхнул странным светом перстень у меня на пальце, один из тех что я снял с пальца, одного из пятерки нелюдей, еще в подземном комплексе на неизвестной планете, где впервые очнулся в этом Мире. А потом полог темноты и боли накрыл меня и мое сознание куда-то улетело.
В себя я приходил значительно дольше и намного болезненней. В какие-то моменты времени я даже жалел, что не сгорел в огне плазменного выстрела. Хотя, мне кажется, что я приходил в сознание несколько раз, но все эти прошедшие разы заканчивались очень неприятно и достаточно однообразно, дикая, ни с чем не сравнимая боль и я, то ли теряю сознание, то ли просто-на-просто умираю. Вот и сейчас происходит что-то подобное, но в этот раз я хотя бы могу более-менее внятно рассуждать, хотя большого толка с этого нет. Очередная волна боли накрывает меня, и я опять погружаюсь в спасительную тьму. Не знаю, но перед тем как потерять сознание, мне показалось, что кто-тот пытается поддержать меня, но в то же самое время и не дает соскользнуть в беспамятство, поэтому я и не отреагировал на эту поддержку. Сейчас для меня намного комфортнее вот это самое состояние отрешенности и бесчувственности. Я почему-то уверен, что Ирина справится со своей ролью ангела-хранителя, а все те дополнительные нейроузлы, что она старательно, даже с какой-то одержимостью, выращивала у меня в голове, вытянут меня из этого омута убивающей меня раз за разом боли. Главное, что я все еще жив, а значит можно надеяться, что все будет хорошо и я выкарабкаюсь и из этой передряги.
Я прекрасно знаю, что человек может потерять сознание от боли, но я никогда не слыхал, чтобы от боли человек приходил в себя. Со мной же произошло именно это. Конечно я прекрасно понимаю, что все мои ощущения сугубо субъективны, но я думаю, что теперь я имею представление, что ощущает кролик, когда его заглатывает удав. Меня как будто что-то проталкивает по длинной трубе, постоянно сокращаясь и несильно сдавливая. Вокруг царит полная темнота и тишина, даже Ирина и та не отвечает на все мои вызовы.
Струи слепящего яркого света обрушились на мое сознание со всех сторон. Все что окружало меня исчезло в один момент. Огромный удав сдавил мое тело в своих кольцах, немилосердно мял, выкручивал руки, ломал суставы, изгибал и норовил сломать позвоночник. Я хрипел, пытался вырваться и дико жалел, что со мной нет моих клинков, или простого охотничьего ножа, все было напрасно. Со всех сторон сдавившие меня силы были многократно сильнее меня. Задыхающийся, изломанный, почти обессиленный я мог сделать только одно — не потерять сознание. Почему-то я абсолютно уверен, что только находясь в здравом уме я смогу выжить, только находясь в сознании я смогу выжить. Как сквозь стену донёсся слабый голос Ирины: