Невозвращенец. Дилогия (СИ)

Часа через два, я уже достаточно уставший и перематерившийся, еле волочил ноги, изнывал от жары и жажды. Местное светило было немного меньше Солнца, но светило намного ярче, каким-то белым цветом, да и своего тепла оно дарило планете заметно больше чем наше Солнышко. Не знаю какое здесь сейчас время года, но если это не лето, то я готов благодарить всех богов, что не попал сюда в летний зной, а то я бы имел все шансы изжариться живьем. Наверное, стоит заметить, что мои надежды на уменьшение разлома с понижением высоты совсем не оправдались, хотя по моим прикидкам я уже и спустился, как минимум, на пару сотен метров, ни глубина, ни конфигурация каньона не изменилась ни на грамм, что наводило на мысли об его искусственном происхождении. Хотя я даже не мог себе представить, что за сила могла прочертить в скале подобный шрам. Да и почти идеальная тропинка по самому краю разлома тоже наводила на некоторые мысли, ну не бывает в природе подобного, не бывает и все тут. Возникает мысль, что я иду вовсе не по карнизу, а по проторенной дороге, которая была предназначена для какого-то механизма, который и пропахал, идущий рядом с ней каньон, тем самым отгородив часть плато, от его основной части. Ну прям как в земной легенде про Ляха, Руса и Змея, вот только отвалов что-то не видно.
С трудом обходя очередную каменюку, скатившуюся со склона и каким-то чудом удержавшуюся на узком карнизе я чуть не заорал от радости, да и признаться было от чего, в паре десятков метров впереди, через каньон лежало поваленное дерево. Я не знаю, что заставило рухнуть этого исполина, но произошло это совсем недавно, листва только-только начала вянуть, возможно какие-то корни еще цеплялись на почву и пытались напоить ствол и крону, но этих крох влаги уже не хватало. Почти бегом преодолев разделяющее меня и упавшее дерево метры, я понял, что не все так и хорошо, как показалось сначала. Тридцатиметровый ствол упирается в каменную стену слева от меня, вот только добраться до него сложно, потому как располагается он на почти пятиметровой высоте, а все пространство между карнизом и стволом оказалось забито переплетенными ветвями и обломками большей части ствола. Толстые ветви более-менее выдержали удар об скалу и теперь подпирают собой ствол подобно колоннам, при этом торча во все стороны и создавая непреодолимый заслон. Речи о каком-то там способе преодоления этого завала не идет, даже будь у меня топор, да что там топор, тут бензопила и та спасует. Но покидать столь многообещающий вариант перебраться на ту сторону мне очень не хочется. Да, конечно, может быть через сотню метров я встречу более удобный путь, ладно, не будем мелочиться, и в паре километров меня ждет самый настоящий железобетонный мост, но… А вдруг там дальше ничего нет, а если этот разлом протянулся на десятки километров и это упавшее дерево, мой единственный шанс попасть на ту сторону. А если я окажусь прав в своих предположениях и каньон на самом деле искусственный и опоясывает холм, под которым находится таинственный комплекс? А сколько я протяну без еды и воды? Вот то-то и оно! Конечно в вопросе рубки дерева и сучков меч не чета топору, но ничего лучше у меня нет, да и не надо мне превращать этот завал из ветвей в Пикадили, достаточно прорубить себе более-менее сносный путь до основного ствола и соорудить на подходящей ветке что-то вроде ступенек из ветвей по-тоньше. Как говорится «глаза боятся, а руки делают», вот и я следуя старой поговорке принялся за дело. Первый же мой богатырский замах чуть не стоил мне, если не жизни, то ног точно. Меч как сквозь масло прошел через ветку толщиной с руку и воткнулся в скалу. «Ну ничего себе, ножичек»! Дальше я уже орудовал мечем с большей осторожностью, но не с меньшим успехом. Почти час у меня ушло на то, чтобы добраться до основного ствола и подходящей ветки, упершейся в землю. Теперь предстоит самое ответственное и трудное занятие, соорудить из ветки лестницу и забраться по ней на ствол, дальше будет полегче, по крайней мере неповрежденные ветви не создают непреодолимой преграды, да и роль страховки выполнят неплохо.
 
Эпопея с преодолением горного каньона для меня закончилась уже тогда, когда местное солнце стояло в зените. Обливаясь потом, с дрожащими, от напряжения, руками и ногами, я наконец перебрался через пропасть. Чувствовал я себя преотвратительно, потрескавшиеся от жажды губы, опухший язык, кожа на лице покрылась волдырями, которые нещадно болели, все руки были покрыты мелкими и не очень, царапинами и ссадинами, да еще и разъедаемые потом, совсем не добавляли оптимизма. Кое-как проковыляв сотню метров до ближайших деревьев я без сил рухнул на землю. Что-то перестает мне нравиться мое приключение, как-то не так я себе представлял «попаданчество».
По всему видать, что организм решил отдохнуть и это была моя последняя связная мысль, после которой я отключился. Вроде бы несколько раз я приходил в себя, не знаю, не помню, так смутные воспоминания, очнулся я оттого, что мне на лицо капала вода. Мелкий дождь привел меня в чувства, я лежал на голой земле и наслаждался, лесная прохлада и влага падающая с небес вселяли чувство оптимизма, жизнь уже не казалась такой страшной, а будущее выглядело довольно радужно. Главное я жив, относительно здоров, а впереди меня ждут необыкновенные приключения.
Еще почти целые сутки я провел на опушке леса, все это время мелкий, моросящий дождь снабжал меня водой, я даже умудрился наполнить опустевшую флягу и подстрелить какую-то животину, отдаленно напоминающую нашего зайца, вот только торчащие клыки выдавали в нем хищника, ну да ничего, хорошо прожаренный, он пошел на ура. Так что, когда дождь закончился, я вполне был готов продолжить путешествие, раны к тому времени успели подзажить, спасибо аптечке, организм почти восстановился, а сидеть на одном месте и дальше, нет никакого смысла. Укладываясь на очередную ночевку, я твердо решил, «все, завтра с утра иду дальше».
К утру, как по заказу развеялось и выглянуло солнце, промокшая за почти полутора суток земля, начала быстро высыхать, температура стремительно повышалась, но мне в тени леса было не жарко, а очень даже комфортно. Немного подумав, я решил, что если здесь даже зайцы с клыками, то стоит быть особо осторожным, поэтому карабин я из рук не выпускал. И как оказалось совсем даже не зря.
Я легко шел по лесу, под ногами мягко пружинил мох, кое-где островками росла трава. Мои ступни по самые щиколотки то утопали в этой мягкой, губчатой массе, то приминали тонкие листики травы. Постепенно мой шаг становился все легче и легче, я словно летел над землей, я стал подобен ветру такой же невидимый, стремительный. Казалось, с каждой секундой я становлюсь все сильнее, выносливей, быстрее. Именно эта быстрота и спасла меня. Не успел я миновать очередного лесного исполина, тихо шуршащего своими зелеными иголками, как сзади раздался слабый шорох, а потом удар тяжелого тела об землю. Я резко остановился и оглянулся. Буквально в трех-четырех метрах позади меня ворочался какой-то зверь, размером с амурского тигра, но окрасом напоминающего леопарда. Скорее всего, он прыгнул с одной из ветвей, метя на мою шею, но немного не рассчитал моей скорости и поэтому промазал. Длинные клыки выдавали в нем очередного хищника. Животное присело на задние лапы, с оскаленной морды падала густая, тягучая слюна, а в глубине желтых глаз тлела ярость и злоба. Теперь я смог разглядеть, что это животное скорее напоминало ягуара, короткие и мощные лапы, массивное тело, пятисантиметровые клыки и когти, вполне способные заменить кинжалы.
— Киса, может разойдемся? Я тебе ничего не сделал, да и ты мне тоже. Мир?
Вопреки моим ожиданиям человеческий голос не произвел на животину никакого эффекта. Вместо того чтобы отступить хищник прыгнул, прыгнул прямо с места, метя на мое горло.
Бах, бах, бах, тяжелые пули карабина сначала остановили, а потом отбросили тяжелое тело прямо в воздухе. Мои руки тряслись, а ноги дрожали от прилива адреналина, постояв еще пару секунд я медленно опустился на землю, ноги уже не держали, а пот заливал глаза. Трясущимися руками я достал магазин и дозарядил его. Постепенно эмоции начали возвращаться на место, а гормональный баланс восстанавливаться, я вновь обрел способность мыслить логически. Ни один зверь не станет нападать на неизвестное существо, особенно если оно крупнее его, а то, что я побольше этого зверя теперь уже видно вполне отчетливо, первоначально, наверное, от страха и неожиданности, я посчитал его гораздо крупнее, а значит это животное уже знакомо с человеком и привыкло смотреть на него как на добычу. Из этого можно сделать два ввода, во-первых, здесь есть люди, ну или по крайней мере существа очень на них похожие, а во-вторых, эти люди не представляют для хищника особой опасности и являются его законной добычей. Окончательно придя в себя, я наконец-то смог рассмотреть свою добычу более внимательно. В длину зверь был метра полтора, может чуть больше, мощные лапы, массивный череп, грязно-желтая шкура, покрытая черными пятнами, чем-то похожими на «розу ветров», кончики лап и хвоста «обуты» в черные же носки, вокруг глазниц тоже черные ореолы, вдоль хребта проходит ярко-красная полоса, клыки нижней и верхней челюсти работают как ножницы, они предназначены не рвать, а перекусывать. Разглядывая этого красавца, я никак не мог решить, что с ним делать, бросить так, или все же снять шкуру, тем более кое какой опыт в этом деле имелся. Наконец все же решил забрать свою законную добычу, о мясе я не задумывался, если мясо «зайца» с голодухи пошло на ура, то теперь я очень сомневался, что смогу есть еще и это. Поэтому решил прихватить только шкуру, правда сняв ее по всем правилам охоты на опасных хищников, то есть вместе с головой и хвостом.