Плутовка против некроманта. ( Не) желанная для ректора (СИ)

Барсик! Эва!
— Ой, — я ладонью зажала рот. — Барсик сказала срочно перемещаться к Эве. Она отправила весточку, что рожает.
— Та-а-ак!
Новость о скором рождении ребенка подействовала отрезвляюще. Ректор вскочил с кровати и бросился в гардеробную. Я вскочила следом, пока никто не передумал.
— Ну, я тогда пошла.
До двери оставалось всего три шага, когда я услышала.
— Ты идешь со мной.
— Спасибо, не хочу.
К семейству Рройс действительно не хотелось. Особенно после того, как я спалила их дом. Думаю мое появление не желательно.
— Эль! — некромант подошел тихо, слишком тихо. Интересно, как у него это получается? Он обнял за плечи и поцеловал в макушку. Мозг требовал бежать, но тело было во власти сильного мужчины.
Сопротивляться было бессмысленно. Я знала, что перемещаться придётся, хочу я этого или нет. Придумать план побега нет времени.
— Что встали как вкопанные? Нам спешить надо, а они стоят, обнимаются. Отложите до лучших времен.
Барсик влетел в приоткрытую дверь.
— Пи! — По интонации Дымок был на стороне фамильяра.
— Полностью с тобой согласен, — подтвердил мою догадку кот.
— Завидуйте молча, — сообщил ректор, и, развернув к себе, приказал, — возьми кота и мышь на руки.
Я повиновалась. Некромант подвел к зеркалу, протянул руку и, прижав к себе, произнёс.
— Destinauit* Эва.
* * *
— Виктория будет требовать сладкое на ночь. Не давайте. Потом не усыпишь.
— Хорошо, — некромант следовал за хозяином дома, который переставлял предметы с места на место.
— Даниил может плакать перед сном. Привык к материнским рукам. Нянь не принимает. — Зачем-то, взяв в руки подушку с розовыми рюшками, он передал ее ректору. — Могут возникнуть трудности.
— Справлюсь.
И как он планирует справляться с детьми? Для такого нужны женщины. Специально обученные женщины.
— Мы отпустили прислугу. Еще рано. Черт! Надеюсь, Элис справиться, иначе я…
— Успокойся! Все будет хорошо. Ты же знаешь.
Я стояла как вкопанная, с корзиной, наполненной фруктами и маленькой синей подушкой, которые мне всучил Кристиан со словами: «Добро пожаловать! Ничего не поджигай, пожалуйста».
Приветствие не очень приятное, но замечание справедливое.
— Кристиан!
Мы оглянулись на вошедшую Эву. В ее платье вцепилась маленькая белокурая красавица с необычной внешностью, унаследованной от отца и матери.
— Я все взял!
Хозяин дома посмотрел на все, что находилось в его руках, недоуменно выпучил глаза, и с укоризной переключил внимание на некроманта. Тот, вместо ответа указал на сумку, что лежала на софе.
Кристиан расслабил руки, отчего все удерживаемое рухнуло на пол. Я дернулась от шума. Но только я.
— А-а-а… — Эва согнулась пополам, и снова я дернулась. Кристиан бросился к жене, а Гекат, взял сумку, в которую по дороге к хозяевам дома забросил какие-то склянки. А еще у меня забрали подушку, которую я обнимала, и корзину. Первая пошла в сумку, вторую некромант поставил на пол.
— Пи. — Дымок запрыгнул в сумку.
— Да, я тоже с вами — сообщил Барсик.
— Да, кот плешивый, ты точно идешь! — Кристиан поднял на руки дочку, поцеловал ее в шейку и передал ректору. — А вот крыса…
— Это мышь, — сквозь зубы процедила Эва, которая тяжело дышала. Я видела однажды, как женщина рожала. Думаю, тогда и решила, что детей у меня не будет. Зачем проходить через эти муки. После приказа некроманта мне пришлось отказаться от зелий, предотвращающих регулы, что уже мука. Большему я подвергать себя не намерена.
— Как скажешь, ведьмочка!
— Гекат, милый! — Хозяева дома уже направились в сторону выхода, когда Эва обратилась к ректору с широкой искренней улыбкой. — Если сгорит еще один дом, я найду твое слабое место и подарю тебе это на свадьбу.
Ректор рассмеялся.
— Эва на моей свадьбе уже будет мое слабое место. — Затем он подошел к женщине и поцеловал ее в лоб. — мужайся. Я жду хороших вестей.
Когда некромант развернулся ко мне, на лице не было и намека на улыбку. Пожалуй, впервые на лице мужчины я видела ужас. Нет, не впервые. Первый раз, такое выражение лица было в воспоминаниях детства. Тогда, обнимая умирающую мать, на лице отца застыла полостное выражение лица.
 
— Она умир…
— Ш-ш-ш, — Гекат приложил палец к губам и многозначительно посмотрел на малышку на руках. Я прикусила язык. — Твой папа сказал, чтобы я не давал тебе сладкого. Но думаю, от одного кусочка яблочного пирога, проблем не будет, правда?
Девочка согласно кивнула и обняла мужчину за шею. Маленькие ручки вокруг большой шеи. Это смотрелось так необычно и… мило.
— Ты странно на меня смотришь.
Я вздрогнула от неожиданности.
— Потому что Вы выглядите странно.
— И что во мне странного?
Странный вопрос, учитывая, что он заспанный, растрепанный, с маленьким ребенком на руках и странно улыбается. А еще в глазах такая нежность, что появилось ощущение трепыхание крыльев маленьких птичек, где-то ниже груди.
— Все.
Мужчина двинулся в мою сторону. Птички начали размахивать крыльями с удвоенным усердием. Он подошел вплотную и склонился. Стоило бы отойти, но я не смогла, столь завораживающим был взгляд серых глаз.
— Запомни это, — прошептал мужчина, — запомни это чувство. — А затем он поцеловал в лоб и развернувшись, зашагал в сторону столовой. — И, малышка, сходи к маленькому Даниилу, он ворочается.
— Что? — когда мужчина отошел, дышать стало легче, но ровно до тех пор, пока до затуманенного разума дошло сказанное. — Я?
Отвечать мне никто не собирался. Широкая спина, с малышкой на руках скрылась за углом. Где-то наверху раздался плач.
И что мне делать?
* * *
Даниил был очень похож на свою старшую сестру. Такие же золотые волосы и немного раскосые глаза. Дети взяли лучшее от родителей. Но в отличие от Виктории, что сидела на руках ректора и послушно ожидала внимания, этот ребенок плакал. Непросто плакал, а надрывал горло в попытке привлечь к себе внимание.
— Успокойся, успокойся.
Глупо было рассчитывать на то, что ребенок успокоится от похлопывания по животу. Я планировала по плечу, но плечико оказалось слишком маленьким.
— Эль, возьми ребенка на руки. Я сейчас отнесу Вику в комнату и подойду.
— Сами берите, — сквозь зубы процедила я, но руки к ребенку протянула.
Цвет кожи с «чай с молоком» с неимоверной скоростью приобретал оттенок помидора. Маленькие, крикливые, никому не нужные существа. Держать детей меня никто не учил, а вот с мечом я справлялась неплохо. Но противное дитя, продолжало реветь.
— Эль, что ты делаешь?
— Держу ребенка.
Некромант усмехнулся и двинулся в мою сторону. Смотреть на него не могла, так как руки налились свинцом. Я боялась уронить ношу. Не хватало еще покалечить ребенка Эвы и Кристиана. Достаточно того, что я им дом подожгла.
— Детей так не держат, малышка.
— Заберите и держите как хотите.
Руки готовы были отвалиться. Даниил продолжал надрывать голос, при этом извиваясь.
— Кристиан сказал, что паренек привычен к материнским рукам. Тебе будет проще успокоить его.
Мужчина перехватил мою правую руку, удерживая второй рукой ребенка, и согнул в локте. Туда он и переместил извивающееся дитя. Хрупкое тело прижималось к груди, продолжая плакать. Вот только кричал он как-то тише. Левую руку, ректор тоже согнул, но ею перехватил тело малыша так, что он оказался в моих объятиях. Держать подобным образом было намного удобнее и легче.
— Вот так, — некромант развернул меня к себе спиной и обхватил за руки. Таким образом, и я и Даниил оказались в мужских объятиях. Затем ректор просто начал раскачивать мои руки. — Вот так.
Ребенок начал успокаиваться. Теперь дом оглашали лишь редкие всхлипы.
— Умничка!
Кому адресовалась фраза, мне или ребенку, не знала, но благодарно улыбнулась. Вот только ректорские руки неожиданно исчезли, лишь легонько коснувшись талии.