Помещицы из будущего (СИ)
- Обойдется Потоцкая. Ишь, губу раскатала! - отрезала я, и Аглая Игнатьевна изумленно замолчала. – Разберемся и с деньгами, и с землями!
- Что случилось с вами, Лизонька? – всхлипнула нянюшка. – Совсем на себя не похожи! Чужие сделались, несговорчивые!
- А ты не подумала, что мы без земель делать будем? – процедила Таня, раздражаясь от этих разговоров. – Что нам останется? Дом и огород? Нет уж, увольте!
- Да что же вы с ними делать станете?! – бедная старушка находилась в полном шоке от наших речей. – Волков да сусликов разводить?!
- Надо будет, будем разводить, - мне надоели эти препирательства. – Все. Дело решенное. А теперь завтракать. Обед скоро, а во рту еще и крошки не было!
Нянюшка горько вздохнула, но послушно пошла в столовую.
После завтрака мы поднялись к себе, перебрали гардероб и, найдя самые старые платья, переоделись. В них было куда удобнее заниматься дальнейшей инспекцией хозяйства.
После недолгого дождика природа словно взбодрилась. Приподнялись цветы, расстилающиеся под заборами разноцветным ковром, а с ними и густая травка. Запели звонкими голосами лесные птахи, и в ярких лучах солнца на умытой листве засверкали бриллиантами дождевые капли.
Завидев нас, дворня заметно напряглась. Видимо, повторное наше появление выглядело очень подозрительно. Мы их раздражали тем, что совали носы в каждую дырку, а это говорило о том, что придется работать.
Собрав мужиков возле птичника, я принялась раздавать им ценные указания, чем вызвала у них практически суеверный ужас.
- Итак, мы должны обустроить курятник таким образом, чтобы куры стали лучше нестись и были здоровыми, - я заложила руки за спину и пошла прохаживаться мимо темного строения. – Что я вижу? В птичнике нет окон, а это нехорошо! Птице нужен свет, как и нам с вами! Поэтому вы должны прорубить в стенах окна.
- Где ж их взять? – испуганно спросил один из работников. – Жили куры без окон и еще проживут… Не барышни, чай…
Среди мужиков послышался смех, но я резко подняла руку, и они замолчали.
- Окна можно снять с флигеля, который стоит пустой. На их место приколотите доски, чтобы дыры взгляд не смущали. Здесь они сейчас важнее. Солому на крыше заменить на свежую. Понятно?
- И еще, - подруга поманила их пальчиком к небольшой дыре, из которой куры выходили на улицу. – Нужно построить загон, чтобы они не бегали по двору и тем более, чтобы я их не видела на огороде!
Оставив работников переваривать все наши распоряжения, мы полезли в куриный «дом», чтобы, так сказать, рассмотреть каждую мелочь.
- Ужас какой! – возмущалась Таня, закрыв нос пальчиками. – Здесь хоть и убрали, а все равно вонь стоит! Срочно вентиляцию нужно делать!
- Сделаем, Софья Алексеевна, не волнуйтесь, - я покачала головой, глядя на малюсенькое окошко, покрытое толстым слоем грязи. – Бедная птица…
- Да здесь и обогрева нет! Как же они зимой?! – не переставала возмущаться Таня, проверяя поилки и гнезда. – Вот что я тебе скажу, здесь без ежовых рукавиц не обойтись!
После птичника мы пошли в конюшню, чтобы проверить наличие или отсутствие транспортного средства. Ведь нужно же было как-то добираться на базар.
Оно было. Старая, облезлая коляска с залатанным откидным верхом и потрескавшимися сидениями.
- Вот это роскошь… - протянула Таня, обходя сие великолепие. – Надеюсь, это не развалится по дороге?
- Не развалится, - раздался мужской голос, и из полумрака вышел высокий худой мужчина лет пятидесяти. – Я ее ремонтирую постоянно. Что делать если батюшка ваш, упокой Господь его душу, продал все подчистую!
- Нам на базар поутру надо, - я пыталась разглядеть лошадок в стойлах. Интересно, сколько их здесь?
- Надо, значит надо, - пожал плечами мужик. – Отвезу я вас на базар. А за каким добром едете? Коляска много не выдержит, там ремни на ладан дышат.
- А что же делать? – я растерялась. – Нам много чего нужно купить…
- Телегу возьмем, - он ткнул пальцем в темный угол. – Вот же она.
Так это совсем другое дело!
- А сколько времени на рынок ехать? – Таня снова по привычке прищурила глаза.
- На рассвете надоть выезжать, - ответил конюх, поглядывая на нас с удивлением. – До петухов.
- Готовь коляску и телегу. Завтра едем, - распорядилась я, и мы вышли на улицу. У меня в голове вертелась самая главная мысль, которую я и озвучила подруге: - Софья Алексеевна, а деньги у нас где?
- Деньги? – подруга растерянно хлопнула глазами. – Нет, ну они-то должны где-то быть…
- Должны, вот только есть ли у нас доступ к ним? – я повернула голову в сторону дома, машинально упирая руки в бока. – Пошли-ка нянюшку встряхнем. Она уж точно знает, где наши денежки.
- Истину глаголете, Елизавета Алексеевна, - на лице моей Тани не дрогнул ни один мускул. – А если, не приведи Господь, денежки у этого подлеца Николая Григорьевича, то я не побрезгую и к нему наведаться…
Глава 14
Аглая Игнатьевна смотрела так, будто у нас на голове выросли рога, а вокруг витало облачко серы. Хотя так смотрели все, с кем мы уже успели вступить в контакт.
- Деньги? – она растерянно развела руками. – В кабинете батюшки вашего покойного. В ящике стола, а ключ туточки… - нянюшка порылась за пазухой и показала нам ключ на шнурке. – Берегу как зеницу ока. Как только Николай Григорьевич ассигнации обменял, сразу деньги и привез вам. Приказал строжайше экономить. Мы уж сколько так живем… Он старается, следит за нашими расходами, чтобы на дольше их хватило.
- Давайте-ка теперь его нам, – Таня протянула руку ладошкой кверху. – Нам на покупки деньги нужны.
- На какие такие покупки? – Аглая Игнатьевна испуганно сжала ключ в сухоньком кулачке. – По миру нас пустить хотите? Да ладно нас, мы люди подневольные! Так сами ведь пропадете!
- Мы хотим купить рассаду и картофель на посадку, - упрямо произнесла подруга. – Нянюшка, в конце концов, это наши деньги.
- Рассаду? Картофель? – Аглая Игнатьевна от изумления даже ключ из кулачка выпустила. – Вы о чем говорите, голубки? Картофель, где ж сыскать?
- Сыщем. Огород сажать будем, - я постаралась набраться терпения, чтобы не вспылить и еще сильнее не напугать бедную женщину. – Иначе как мы зиму жить будем? На репе и свекле? А последние деньги тратить на базарах?
- Да вы не понимаете, о чем говорите! – старушка, наверное, думала, что у нас основательно повредился разум после падения. – Не растет ничего у нас! Никак не растет! Что за блажь вам в голову пришла?! Барышням об этом даже думать не надобно! Ваше дело чай пить, да решать, за кого замуж выйти, пока не поздно!
- Ключ, – Таня нахмурилась, и нянюшка, причитая, сняла шнурок с шеи.
- Берите барышни, только знайте, я - против! Что Николай Григорьевич скажет?
- Ничего он не скажет, - проворчала подруга, надевая ключ на шею. – Нам теперь его помощь не понадобится.
Теперь оставалось разобраться, где находится кабинет. Чтобы своими вопросами не вызвать подозрения у Аглаи Игнатьевны, я сказала:
- Пойдемте с нами, нянюшка. Покажете, в каком ящике деньги лежат.
Старушка медленно поднялась и, не переставая причитать, засеменила к дверям.
Кабинет выглядел довольно презентабельно. Он был оклеен штофными обоями, на которых тускло поблескивало какое-то оружие, а темная массивная мебель явно стоила немалых денег. На письменном столе стояли бронзовые статуэтки, а камин был выложен красивыми изразцами. Мне сразу вспомнились строчки из «Евгения Онегина», которые я тихо и продекламировала:
- Почтенный замок был построен,
Как замки строиться должны:
Отменно прочен и спокоен
Во вкусе умной старины.
Везде высокие покои,
В гостиной штофные обои
Царей портреты на стенах,
И печи в пестрых изразцах…