Отражение первое: Андерсы? Эвансы? Поттеры? (СИ)
- Ты не поняла, Герми. Если это так, то Гарри Поттер не полукровка, и его мать не маглорожденная ведьма, а самая что ни на есть чистокровная. Чистокровней не бывает.
- Я не понимаю.
- Герми, куда делась твоя логика?
- Отдыхает, наверное.
- Оно и видно.
- Если Лили Эванс - это Лили Андерс, то тетя Гарри тоже Андерс.
- Луна, ты меня совсем запутала.
- Мерлин, Гермиона, включи мозги. Это же ясно как день.
- Что ясно?
- Мерлин, помоги мне! Гермиона, это значит, что Демиан Андерс - кузен Гарри, тот самый кузен, а его родители - это тетя и дядя.
- Луна, это не возможно. Дурсли ненавидели Гарри.
- Герми, что-то же случилось, что они все исчезли. А после этого объявилась семья Андерс, воскресшая из небытия.
- Андерсы появились только через год после исчезновения Гарри
- Герми, где твои мозги, честное слово. Ну, подумай ты хорошенько, умоляю.
- Я все равно не понимаю, с чего ты взяла...
- Гермиона Джейн Грейнджер, ты тупишь! Вспомни, как барс подошел к профессору Люпину.
- А это здесь причем?
- Да потому что барс - это Адриан Андерс, а тигр, между прочим, Драко Малфой.
- Луна, ты сошла с ума.
- Ты глаза их видела? Спутать такие глаза невозможно. В субботу в Хогсмиде гриффиндорцев спасли слизеринцы. Ты посчитала, сколько было кошек?
- Десять.
- А сколько человек учится на седьмом курсе Слизерина?
- Десять..., - Гермиона замерла в шоке. Картинка стала складываться сама собой. Вот Люпин зарывается руками и лицом в шерсть барса. Его глаза сияют счастьем. - Боже мой!
- Ну, слава Мерлину! Я уж думала, никогда не дойдет.
- Это просто...
- Я понимаю, слов нет.
- Как ты успела столько заметить?
- У всех свои секреты. Просто вы не видите очень многих очевидных вещей.
- Ты догадалась, что Адриан - это Гарри, уже давно, - удивленно глядя на Луну, произнесла Гермиона.
- Нет, не очень. Я подозревала, что он в школе. На Адриана я подумала, когда появилось письмо.
- И ты молчала столько времени?
- Ты была не готова узнать правду.
- И что теперь?
- Посмотрим, что будет. Не будем торопиться. Он может сам к тебе подойти, также как и к профессору Люпину.
- Хорошо.
Наступила пятница. К двум часам зал был полон желающими присутствовать на суде. Дамблдор тоже прибыл, якобы поддержать своих подчиненных, а на самом деле удостоверится в их заключении в Азкабан.
- Введите подозреваемых, - прозвучал голос секретаря суда, которым сейчас был Перси Уизли. Министр занял свое место. Ввели Люпина и Снейпа. Их посадили на кресла и пристегнули, блокировав магию.
- Слушается дело Ремуса Люпина и Северуса Снейпа. Просим обвинителя озвучить обвинения.
- Северус Снейп и Ремус Люпин обвиняются в пособничестве Тому-кого-нельзя-назвать, - начала Амелия Боунс.
- А нельзя все называть своими именами? Так трудно назвать его Волдемортом? - перебил ее Фадж, невинно хлопая глазками. Зал ахнул. Директор, не веря, уставился на министра.
- А? - обвинитель запнулась и забыла, что хотела произнести дальше.
- Профессор Снейп, у вас ведь нет метки? - Фадж искренне улыбаясь, посмотрел на мастера зелий.
- Нет, - произнес Снейп.
- Да, кстати, а почему нет адвоката у подозреваемых? - Фадж перевел взгляд на членов суда. Вот это был поворот. Дамблдор никак не мог осознать, что происходит. А происходило что-то совершенно обратное тому, что планировалось им. Не должно было быть никаких адвокатов.
- Сэр, у них нет адвокатов..., - Амелия вздернула подбородок, но ее прервал холодный женский голос.
- Извините, министр, мы опоздали.
- О, леди Андерс, леди Малфой. Я рад вас видеть, - Фадж расплылся в идиотской улыбке. Анна чуть не расхохоталась в голос: «Корнелиус, не переигрывай». - Вы, как я понимаю, намерены защитить наших профессоров?
- Несомненно.
- Это не возможно, - вскрикнула Амелия. - Адвокатом может выступать только лицо, имеющее юридическое образование.
- Вам показать наши дипломы? - Анна брезгливо скривила губы. Снейп и Люпин переглянулись. - Какой вас интересует, маггловский или магический?
- У вас есть и тот и другой? - Фадж улыбнулся двум женщинам.
- Да, можете не сомневаться.
- Тогда приступим. Начинайте, Амелия, - Фадж махнул рукой. Суд явно превращался в фарс. - Так, на счет метки мы выяснили, этот вопрос можно опустить.
- Но, господин министр..., - начала Амелия.
- Я не вижу смысла продолжать говорить об этом, если нет метки, то нет и проблемы, - высказал Фадж. - У профессора Люпина ее тоже нет, авроры проверяли. Никаких чар не наложено. Не вижу в чем тут проблема.
- Господин министр, - Анна обратилась к Фаджу.
- Да, леди Андерс?
- Я не понимаю, что здесь делает мистер Люпин.
- В каком смысле?
- Господин министр, мистер Люпин был лучшим другом Джеймса Поттера, он, безусловно, очень привязан к сыну четы Поттеров. Неужели кому-то, действительно, могло прийти в голову, что этот человек, - Нарцисса Малфой выделила последнее слово, - будет работать с Волдемортом.
Зал в очередной раз ахнул. Да, что же такое происходит. Малфои не служат Тому-кого-нельзя-называть? Такие мысли мелькали в головах у присутствующих.
- Вы правы, леди Малфой. Это абсурд, - просиял Фадж. - Прошу суд проголовать о невиновности мистера Ремуса Люпина, - члены суда растерялись. Министр смотрел прямо на них, и что-то такое было в его глазах, что все единогласно проголосовали о невиновности. - Освободите мистера Люпина.
- Хорошо. Севреус Снейп был упивающимся и сидел в Азкабане после первой войны с...
- Амелия! У Северуса Снейпа нет метки, а это означает, что в Азкабане шесть месяцев сидел невинный человек. Неужели вы думаете, что правосудие не ошибается? Вам напомнить случай с лордом Блеком? - голос министра стал жестким и холодным. Правда длилась такая метаморфоза всего лишь минуту. - Я считаю все обвинения обычным наветом злопыхателей. Вот мое решение. Освободить мистера Люпина и мистера Снейпа в зале суда. Принести публичные извинения. Выплатить компенсации в размере полумилиона галеонов каждому за проведенное время в камере и доставленные неудобства. Дело закрыто. До свидания, - Фадж встал со своего места и направился под ошарашенными взглядами к двери. - Леди Малфой, леди Андерс, не выпьете со мной чаю. Ах, да. Совсем забыл. Профессор Снейп и профессор Люпин восстановлены на работе в школе магии и волшебства Хогвартс. Лорд Малфой и лорд Де Вера останутся в школе еще на некоторое время в качестве наблюдателей и заместителей Северуса Снейпа и Ремуса Люпина. Теперь все. Всего хорошо. Леди, - пропуская перед собой Анну и Нарциссу, произнес Фадж. Дверь за ними закрылась.
- Корнелиус, мы же собирались все сделать по-другому, - рассмеявшись, произнесла Анна.
- Мне не хотелось там сидеть. Это же действительно фарс, не более. Дамблдор совсем потерял разум.
- Да, это было воистину бесподобно, - Нарцисса усмехнулась. - Вы прекрасный актер, министр.
- Можно просто Корнелиус. Нас ждет чай и пирожные, дамы.
Люпин и Снейп стояли в зале слегка очумелые от подобных выкрутасов судьбы. В принципе, они отделались легким испугом. Не применения вератусерума, ни предварительного расследования не было, а под конец появление в качестве адвокатов двух людей протсо добило обоих.
- Мистер Люпин, мистер Снейп, пройдемте. Нам необходимо оформить бумаги. Сегодня же на ваши счета будут перечислены прилагающиеся вам деньги. В Дырявом котле для вас заказан номер за счет Министерства. Сегодня вечером, 8 часов, министр приглашает вас на ужин в Ла Скала мистера Монтелли.
Оба профессора не успевали удивляться всему происходящему. И только один человек находился сразу в двух состояниях - он был зол и растерян одновременно. Директор Хогвартса Альбус Дамблдор только что потерпел полное фиаско, и от кого? Сумасшедшего министра, который должен был бы без суда и следствия отправить их в Азкабан, а он без того же суда и следствия их освободил, сняв все обвинения, так еще и обелил Снейпа так, что теперь тот стал очень даже респектабельным гражданином. Но больше всего его поразили 500000 галеонов, выплачиваемых Люпину, оборотню. Казалось, что в суде все забыли об этом маленьком факте. Дамблдор поднялся со своего места и направился к выходу, обдумывая свой следующий ход. Этот бой он проиграл, но война еще не проиграна.