Отражение первое: Андерсы? Эвансы? Поттеры? (СИ)

- Извините, что так вывалил на вас все, просто поговорить не с кем.
- Не извиняйся, Невилл. Захочешь поговорить, позови. Меня здесь все знают. Скажи, что ищешь сэра Чарльза и назови место встречи, я там буду, - ободряюще улыбнулся Чарльз.
- Спасибо, сэр Чарльз.
- Не унывай, Невилл. Все еще наладится, вот увидишь, - Чарльз принял окончательное решение помочь юноше. - Я не прощаюсь с тобой. Увидимся.
- До свидания, - улыбнулся Невилл. На душе стало легче, он смог признаться себе и кому-то еще в своих страхах и желаниях. Успокоенный, он пошел в гриффиндорскую башню.
Гермиона с досадой захлопнула за собой двери своей комнаты.
- Как же они меня все достали, - раздраженно бросила девушка.
- Кто тебя достал, милая? - раздалось в комнате. Гермиона резко обернулась. На картине, где была изображена дама, которая никогда не разговаривала с ней, была еще одна дама, в наряде шестнадцатого века, очень красивая, со светлыми волосами.
- Простите, не знала, что к леди Фортенгилл кто-то приходит, - произнесла Гермиона.
- А ко мне до сих пор никто и не приходил, - ответила дама. - Это мой первый гость за триста с лишним лет, и самый дорогой. Разреши тебе представить леди Атрею.
Гермиона, не поняв сама почему, вдруг сделала книксен. Обе дамы улыбнулись и одобрительно покачали головами.
- Меня зовут Гермиона Грейнджер, я староста Гриффиндора.
- Совсем как ты, Клара, - произнесла леди Атрея.
- Вы были старостой Гриффиндора? Когда? - удивилась Гермиона.
- С 1556 по 1558 года. В то же время, когда Атрея была старостой Слизерина, улыбнулась леди Фортенгилл.
- Старостой Слизерина? Но вы же общаетесь, как лучшие подруги, - недоуменно произнесла Гермиона.
- А мы и были лучшими подругами, - рассмеялась леди Атрея.
- Вы учились на враждующих факультетах и дружили?
- Да, как же все запущено, - тихо произнесла леди Атрея, внимательно смотря на девушку.
- Почему вы так говорите? - поинтересовалась Гермиона.
- Что ты думаешь о Слизерине? - вместо ответа спросила леди Атрея.
- Не знаю. Теперь не знаю. Я запуталась, - тихо ответила Гермиона.
- Почему?
- Все так изменилось.
- С чем это связано?
- Я думаю, что все стало меняться после исчезновения моего друга - Гарри Поттера. Я много думала об этом и сейчас не понимаю, почему его жизнь сложилась так.
Леди Атрея внимательно смотрела на девушку. Гермиона Грейнджер ей нравилась.
- И что же такого изменилось?
- Гарри был негласным лидером факультета. Сейчас его место занял мой второй друг - Рон Уизли, но…
- Что, Гермиона?
- Просто, у меня ощущение, что мы поменялись со Слизерином местами, - выпалила на одном дыхании староста Гриффиндора.
- Да, девочке надо выговориться, - леди Фортенгилл взглянула на свою подругу.
- Устраивайся поудобнее, Гермиона. Думаю, у нас будет длинный разговор. Тебе надо выговориться, - тепло улыбнулась леди Атрея. Гермиона села в кресло, предварительно повернув его в сторону портрета.
- И так, девочка, что тебя мучает? - спросила леди Фортенгилл.
- Я, Рон и Гарри дружим с первого курса, - после длительного молчания начала Гермиона. - Нас в школе даже звали Золотым трио…
Гермиона говорила и говорила: об их учебе, дружбе, жизни Гарри, о своих чувствах и сомнениях.
- А потом нам сообщили, что Гарри исчез. Дом, в котором он жил вместе со своими родственниками-магглами, оказался пуст. И до сих пор ничего не известно, - закончила Гермиона свой рассказ.
- Да, вот это история, - вздохнула леди Фортенгилл, но при этом она обратила внимание, что для Атреи история не стала откровением, словно ее подруга давно знала, о чем говорила девушка
- Я считаю, что Рон своим поведением предал все традиции факультета, - тихо произнесла девушка, уткнув голову в колени.
- Не переживай так, Гермиона, - сочувственно произнесла леди Атрея. - Все наладится.
- Не думаю, - тихо ответила девушка. - Сейчас я с удовольствием бы подружилась с тем же Малфоем.
- Хмм, а может тебе и стоит так поступить?
- Я для него грязнокровка. И этим все сказано.
 
- Ты в этом уверена, милая? - спросила леди Атрея. Гермиона взглянула на портрет, вздохнула.
- Не отчаивайся. Мы что-нибудь придумаем, - твердо произнесла леди Фортенгилл. - Тебе пора на обед.
- Уже?
- Да, милая. Мы очень долго говорили. Иди.
Гермиона попрощалась с дамами и пошла в Большой зал. Войдя в зал, она увидела слизеринцев, сидящих за своим столом. Демиан Андерс крепил письмо к черной сове. Слизеринцы о чем-то увлеченно беседовали между собой и не обращали никакого внимания на остальных. За гриффиндорским столом седьмого курса еще не было, за исключением Невилла. Гермиона подошла и села напротив него. Через пять минут в зал ввалилась толпа гриффиндорцев седьмого и шестого курса. Увидев слизеринцев, Рон скривился.
- Неужели наши слизни решили почтить нас своим вниманием? - и откуда взялось столько сарказма в рыжем. Не успел никто отреагировать на такое поведение Рона, как в Большом зале раздался гневный голос Гермионы Грейнджер:
- РОНАЛЬД УИЗЛИ! ПРЕКРАТИ ВЕСТИ СЕБЯ КАК КРЕТИН!
Зал в полном изумлении уставился на разгневанную девушку. Глаза пылали огнем, выражение лица не предвещало ничего хорошего. И если бы Рон Уизли был бы хоть немного поумнее, он никогда не сказал того, что выдал в тот момент:
- Гермиона, Гарри меня бы поддержал. Это же слизеринцы.
- НИКОГДА! СЛЫШИШЬ, НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ УПОМИНАЙ ИМЕНИ ГАРРИ. У ТЕБЯ НЕТ ТАКОГО ПРАВА. ТЫ ПРЕДАЛ ЕГО ДРУЖБУ И ТРАДИЦИИ НАШЕГО ФАКУЛЬТЕТА!
Преподаватели с изумлением смотрели на развернувшееся перед ними действо. В зале звучали только голоса Рона и Гермиона. Остальные хранили молчание, наблюдая за развитием событием.
- Герми, что ты такое говоришь?
- Я согласна со всем, что тогда сказали Адриан и Демиан Андерсы, - гневно высказалась Гермиона.
- С каких пор ты называешь этих по именам? - краска гнева разлилась по щекам Рона.
- С этой самой минуты. И более того, я согласно со всем, что высказывали Панси Паркинсон и Драко Малфой.
Гриффиндорцы сидели с открытыми от шока ртами. Слизеринцы были более сдержаны, но у них шок был не меньше, что уж говорить о преподавателях. Хотя надо сказать, что два преподавателя про себя веселились от души - Северус Снейп и Ремус Люпин. Но ни у первого, ни у второго на лице не проявилось ни одна эмоция.
- Да, как ты можешь? Вот Гарри…
- Она права, - прозвучало в Большом зале голос Невилла Лонгботтома. Юноша поднялся из-за стола и встал рядом с девушкой.
- Что? - Рон с недоумением смотрел на смиренного всегда однокурсника.
- Я сказал, что Гермиона права, - повторил Невилл. - Ты эксплуатируешь имя Гарри. Мне жаль, что он сейчас не видит тебя. Ты извратил свою дружбу с ним. Гарри бы сейчас в тебе разочаровался.
Невилл подал руку Гермионе. В полной тишине они покинули Большой зал. Рон смотрел на двери, в которые вышла пара. Туда же задумчиво смотрели семикурсники Слизерина.
- У кого-то мозги вернулись на место, - задумчиво произнесла Панси.
- Что это было, вообще? - растерянно спросил Винсент.
- Раскол! - оглядев друзей, ответил Драко. - Эти двое только что стали изгоями своего факультета.
Слизеринцы переглянулись. Зал взорвался шепотками, все обсуждали случившееся. Но понятно было одно - Гриффиндор только что раскололся.
Глава 30. Встреча в верхах
Темноволосый мужчина стоял в своем кабинете у окна,
задумчиво разглядывая пейзаж. В руках у него было нераспечатанное письмо с вензелями рода Андерсов: Темный единорог со змеей на шее. Встряхнувшись, мужчина подошел к рабочему столу и сел, откинувшись на спинку кресла.
«Ретроспектива. Собрание упивающихся»
Это был очередной вызов для упивающихся. Он сидел на своем троне и лениво рассматривал прибывающих. Сегодня он собирался получить ответы от Малфоя. «Интересно, что же смог узнать Малфой, если вообще что-то смог», - усмехнулся про себя Волдеморт.