Отражение первое: Андерсы? Эвансы? Поттеры? (СИ)
Чарльз укоризненно посмотрел на своего любимого потомка и исчез, но буквально через секунду вернулся обратно с воплем, не меньшим чем был от двух котов.
- СИРИУС БЛЕК!
- Блин. ДЕД, ЗАТКНИСЬ! - закричал Адриан в ответ, а потом тише добавил. - Ты всю школу разбудишь. Не фиг им знать, что Сириус жив и в школе.
- Это же такое прекрасное событие. Я должен сообщить Вальпурге. Она будет на седьмом небе от счастья, - проинформировал всех Чарльз и исчез.
- Извините, а кто-нибудь в курсе, у портрета может крыша поехать? - задумчиво разглядывая картину, спросил Демиан.
- Куда поехать? - не поняла Милли.
- Какая крыша? - недоуменно переспросил Грег.
- Он имел в виду, может ли портрет сойти с ума? - перевел Адриан, потом оглядел всех и уточнил. - Так может?
- Честно? Не встречал таких ситуаций, - усмехнулся Снейп.
- Значит, это первый, - подвел итог Демиан.
- Сволочь он, этот ваш дед, - Панси упала в кресло. - Жуть, как хочется спать.
- А я и пошел дальше спать, - Адриан направился к лестнице. - В Хогсмид только в час дня поведут. Вот и можно до двенадцати спать. А дед у меня еще получит за это. Давно, блин, приколов не делал. Вот и упражнялся бы на гриффиндорцах, - ворчал он, поднимаясь по лестнице, - нашел манеру. Как что, так мы страдаем. Вот объясняй ему каждый раз, где надо устраивать свои дурацкие шуточки. Плоские они, - Адриан скрылся из вида. Слизеринцы постепенно стали выходит из ступора.
- Ни фига себе выдал, - Винс смотрел на верх лестницы, потом повернулся к Демиану. - Дем, а он ничего не отчебучит в ближайшее время?
-Не уверен, - протянул тот в ответ. - Но гриффам заранее сочувствую.
Мужчины переглянулись и ретировались из гостиной, оставляя ребят одних. А слизеринцы немного поговорив, отправились досыпать. А в Большом зале полным ходом шло обсуждение, что же такое орало в подземельях. Директор мило улыбался, не зная, какое потрясение ожидает его во время обеда. Сегодняшний день будет интересен на события. Никто не обратил внимания на завхоза, который оглядел Большой зал, затем долгим взглядом посмотрел на директора. Взгляд был колючим, тяжелым.
В двенадцать часов в Большом зале устроили нечто похожее на чаепитие. Дамблдор придумал. Ему вдруг пришло в голову, что в субботу это даже интересное мероприятие. С чего вдруг? Никто, конечно, не противился. Кушать-то всегда хочется. Сам виновник сего действия сидел на своем законном месте. Странным было место МакГонагалл, которая, почему-то, впервые в своей жизни сидела не рядом с директором в конце стола, со стороны своего факультета.
Седьмой курс Слизерина появился в середине данного чаепития. Злой, не выспавшийся и прямо-таки желающий что-нибудь кому-нибудь сделать не очень хорошее. Они молча прошествовали к своему столу. Гриффиндорцы не удержались. А зря.
- Кто это у вас так в штаны наложил сегодня утром? Наверное, на люстре сидел от страха? - полетело в слизеринцев. Адриан медленно встал, также медленно повернулся и размеренным шагом двинулся в сторону гриффиндорского стола. Друзья не успели среагировать на его действия, когда же Драко и Демиан, переглянувшись, кинулись за ним, он уже успел вылить графин с соком Финнигану на голову и тянулся за вторым. Демина оттащил брата от стола гриффов.
- Мистер Андерс, минус пятьдесят очков со Слизерина, - воскликнул, наконец, вышедший из ступора директор. Адриан, не говоря ни слова, высвободился из объятий брата и повернулся к Дамблдору. Выражение лица юноши не читалось. Он долго смотрел прямо в глаза директору. Затем повернулся и пошел из Большого зала, бросив фразу, которая многих поставила в тупик:
- За все надо платить, и за прошлое тоже.
В дверях Адриана перехватил Северус и развернул обратно в сторону стола.
- Успокойся и сядь за стол, - прошептал он. Адриан снова молча прошел к своему столу и сел между Панси и Драко. Настроение у него было убийственное.
- Мистер Андерс, после чаепития прошу вас зайти ко мне в кабинет, - произнес директор. Гриффиндорцы довольно хмыкнули.
- Сомневаюсь, - на весь зал произнес Адриан.
- Мистер Андерс, вы будет отстранены от занятий, - сверкнул глазами Дамблдор.
- Сомневаюсь, - также односложно ответил на это Адриан.
- Немедленно в мой кабинет! - Дамблдор встал из-за стола.
- Вы ведь так ничего и не поняли, директор. Совсем ничего, - начал говорить Адриан, не поворачиваясь к директору. - Удивительно, вы такой светлый могучий маг, но так и не разобрались ни в чем. Вы оказались слепы. Именно ваша слепота приведет вас к поражению. Вы ведь так и не поняли. И я сомневаюсь, что когда-нибудь поймете теперь сами, пока вас не ткнут носом в очевидное. Вы, в своей борьбе за власть, перестали быть человеком. Скиньте уже свою маску. В этой школе только доблестные гриффиндорцы никак не поймут, кто же вы на самом деле. А я слишком хорошо знаю, кто вы, добрый дедушка. Но за все приходится платить. И пришло ваше время платить по счетам. По всем.
В зале стояла мертвая тишина. Профессора в шоке смотрели в спину юноши. Все было сказано совершенно бесстрастным тоном.
- Мистер Андерс, вы отстранены от занятий и немедленно поднимитесь в мой кабинет, - сквозь зубы произнес Дамблдор, сверкая глазами из-под очков.
- И снова та же ошибка, - выдал спокойным голосом Адриан, затем встал и посмотрел на директора. - Неужели так сложно понять, что вы уже проиграли?
И именно в этот момент в зал вошел Люциус Малфой. Он, постукивая своей тростью, гордо держа голову, прошел к преподавательскому столу. На секунду на лице Дамблдора появилась растерянность. Директор перевел взгляд на юношу, и ему захотелось поежиться. В глазах юноши горело злорадное удовлетворение, словно возвращение Малфоя-старшего было его заслугой. Дамблдор и представить себе не мог, как оказался прав в своих ощущениях. Малфой сел рядом со Снейпом и Томом, который пришел в зал одновременно с зельеваром. Ни один не блистал знаками отличия после драки, ни первой, ночной, ни второй, разгоревшейся утром между тем же Сириусом и Томом. Снейп, поглощая очередное зелье, тихо давался диву, как это четыре взрослых мужика, не вспомнили, что он маги. Пытаясь разнять дерущихся Тома и Сириуса, Северус и Люциус получили свою порцию синяков. Вообщем, к одиннадцати часам все разногласия, претензии и так далее и тому подобное были разрешены, мир заключен и прошлое забыто. Теперь перед ними встала задача, как найти Ремуса Люпина.
Сейчас троица - Северус, Люциус и Том - с удовольствием наблюдали за метаморфозами на лице Дамблдора. Тому все-таки не удалось скрыть не своей растерянности, ни страха, последовавшего за этим. Правда, их сильно обеспокоило выступление Адриана. Но то ли это был очередной план слизеринцев, то ли юношу уже все достало.
- Сколько нужно еще бросить камней в огород, чтобы его владелец начал отстреливать соседей? - задумчиво прошептал Том. Люциус и Северус недоуменно посмотрели на него. Том повернулся к ним и пояснил. - Он на грани.
- Что он может выкинуть? - взглянув на юношу, прошептал Люциус.
- Мистер Андерс, я жду, - грозно глядя на студента, произнес Дамблдор.
- Со всеми вопросами о моем обучении, отстранении и так далее вам следует решать с министром магии Корнелиусом Фаджем, - усмехнулся Адриан. Кто-то в зале подавился. Слизеринский стол разразился хохотом. Гермиона до этой секунды нервно теребила манжет мантии, но после этих слов улыбнулась. Он переиграл директора. Это было ясно всем. Фадж не допустит никаких действий против Андерсов.
- Минус тысяча очков со Слизерина, - Дамблдор не мог все оставить так, но сейчас нельзя было ничего сделать. Ему надо кое с кем связаться, срочно. - Я свяжусь с вашими родителями и министром магии, чтобы решить вопрос о вашем дальнейшем пребывании в стенах этой школы.
Слизеринцы сидели, усмехаясь. Гриффиндорцы, собравшиеся позлорадствовать по поводу потери очков врагами, не знали, как реагировать. Слизеринцы не расстроились, у них было очень странное выражение лица, словно все шло по им одним известному плану. А это настораживало. Дамблдор покинул Большой зал. Адриан пожал плечами.