Не верь мне. Часть 2 (ЛП)
Демьян звонил два раза. Первый раз я не услышала, на второй еда не пропустила. Узнав о том, где я, он тут же приехал ко мне, всучивая мне в руки картонный стаканчик.
— Выпей.
Горячая жидкость растеклась по внутренностям, даря тепло не только температурой, но и крепкостью. Это был кофе с алкоголем. На языке чувствовался молочный привкус.
— Это ликёр, — пояснил, приобнимая меня и приближая к себе. — Я думаю, это будет подейственнее аптечных нейролептиков.
Единственно, что я могла, это уткнуться ему в плечо, вдыхая его запах. Как дурман, он успокаивал меня не хуже спиртного напитка. Дем ничего не говорил, лишь был рядом, обнимая и поглаживая мои волосы.
От едва громкого звука я очнулась, выныривая из сна. Видимо, алкоголь подействовал на меня лучше, чем ожидалось, потому что я уснула и не заметила, как Демьян переместил меня в свою машину.
— Дем, нет, зачем…
— Они сообщат, — перебил он меня. — Врач сообщил, что пока прогресса нет никакого, нам лучше поехать домой и ждать оттуда, чем мозолить глаза сотрудникам. И я с ним согласен. Тебе надо поспать дома, — говоря это, он не отрывался от дороги, выруливая в свой двор.
Только оттого, что мне вообще не хотелось спорить, я промолчала, позволяя ему править ситуацией. Мы поднялись в квартиру, где творился тот же беспорядок, оставленный ещё с того вечера. Застыла на пороге, поражённая реальностью, накатившей на меня ледяной волной.
— Проходи, — кинул мне, не подозревая, что твориться у меня внутри.
Это было вчера или позавчера? Когда?
Внутренности сжало до мизерных размеров. А в голове, усердно стуча по вискам, била только одна мысль: надо ему сказать. Ему надо было выложить сейчас. Вот только язык онемевая даже не поворачивался.
Сильные руки обхватили меня, приподнимая над землёй и перенося в другое место. Я ахнула, глядя на Демьяна. По всей видимости он воспринял моё оцепенение по-своему, ошибочно посчитав, что это от недавнего шока. Ни слова не говоря, он принялся стягивать с меня одежду и здесь не было ни намёка на флирт или заигрывание. Он просто переодевал меня, давая мне переварить своё молчание и не вмешиваясь в него. Схватив его за плечи, приблизилась, махнув головой и отказываясь надевать футболку.
— Я хочу в душ, — вышло сипло и глухо. Сама себя ненавидела за трусость и слабость. Проклятая робость, когда отнёс меня в ванну и, собирался, было уйти, но я остановила его. Притянула, утыкаясь в шею и вдыхая его вновь.
Я грязная. Мне нужно было отмыться от следа чужого порока.
— Миша, — начал Демьян, но я его перебила.
— Возьми меня, — бормотала. — Пожалуйста.
До побеления костяшек стискивала его футболку, давая понять, что мне нужен он. Не просто утешение или проявление нежности. Нет.
Повторной просьбы не требовалось. Я попросила, он дал, беря со всей жёсткостью и напором, на который был способен.
Телефонный звонок ворвался в полудрёму, вырывая меня из неё. Звонили из больницы, сообщая, что маме стало лучше и я могу её навестить. Я сделала глубокий вдох чувствуя облегчение. Потягиваясь, ощущала, как саднит в интимных местах, напоминая, как совсем недавно мы забывались с Демьяном в душе, и, после, в кровати. Закусывая губу, огляделась, в поиске упомянутого. Постель с его стороны была пуста, а простыни успели остыть. Накинув футболку, отправилась на его поиски, решая поговорить о минувшей ситуации, которая жгла нутро, оставаясь не оговорённой с ним. Зайдя на кухню, обнаружила его там, сидящим за столом и не сводящим глаз со своего телефона. Меньше секунды мне потребовалось на осмысление и оценки ситуации. Я похолодела.
Он знает.
Комната буквально была пропитана его тихой яростью, вынуждая меня остановиться. Не подходить к нему, тёмный стальной взгляд, впившийся в экран сотового, давал мне знать о том, что он на грани.
Он в бешенстве.
— Дем, я…
— Скажи мне, что это монтаж, — каждое слово с расстановкой, словно ему тяжело давалось разговаривать. Челюсть была плотно сжата, а на скулах играли желваки.
— Демьян, пожалуйста, дай объясни…
— Скажи, что это грёбанный монтаж, — перебил меня, рывком вставая с места и двигаясь ко мне. Он прижал меня к стенке, обхватывая рукой шею.
И тут мне стало поистине страшно. У него был безумный взгляд, тёмный и пугающий. Давящий. Несмотря на то, что он никогда не делал мне больно, сейчас я сомневалась в том, что здесь он сможет себя остановить. Всё в нём кричало о агрессии, которую готов был вот-вот выплеснуть. На мне.
— Скажи, — цедил сквозь зубы, не сводя с меня глаз. Впиваясь взглядом и выискивая ответ на моём лице. Сильнее сжал горло, не заботясь о моём дискомфорте, потому что понял. — Ты спала с Игнатом?
Я задыхалась под его натиском, дрожа от страха и ужаса.
— Скажи, — крикнул, свободной рукой ударив по стене. Рядом с моей головой. Хватка усилилась, ограничивая мне воздух.
— Дем.
— Скажи мне, сука! — еще один удар с рыком. Он видел отчаяние на моём лице, но ему требовалось подтверждение из моих уст.
— Я не знаю, — выдавила сипло, не двигаясь и позволяя ему держать меня так. Не замечала, как слёзы струились по щекам, расплывая его образ. Не хватало кислорода. Но и не только из-за давки. От его взгляда. То, что было в нём.
Он отпустил. Резко убирал руку, будто обжёгшись. Отступил от меня, позволяя осесть на пол. Я кашляла, ощущая, как дерёт горло. Дрожь становилась всё сильнее.
— Пошла отсюда, — это прозвучало как удар хлыста.
— Дем, пожалуйста, — хрипло воззвала, вставая. Он не смотрел на меня, повернувшись спиной и отходя. Каждая мышца была напряжена.
— Я. Сказал. Пошла. Вон. Отсюда, — сквозь зубы по слогам проговаривал, вцепившись в столешницу. — Клянусь, Миша, если ты сейчас же не уберёшься, я применю силу.
Он сделает это, если понадобиться. Не смотря на всё, что было, я верила ему. Закрыв ладонью рот, всё же не удержала всхлипа, бросившись опрометью в спальню. Вслед мне раздался звон бьющейся посуды, что подстегнуло действовать быстрее. Неуклюже собравшись, поспешила в коридор, но остановилась у кухни, где всё в том же положении оставался Демьян.
— Дем, я прошу…
— Пошла вон! — вскричал, швырнув чайник на пол, который с громким треском тут же разлетелся. Вздрогнула, отступив назад и кинувшись к выходу. Пару секунд на то, чтобы надеть обувь, и я выбегаю из его квартиры, словно за мной гоняться демоны. И уже не сдерживая всхлипы, бегу без оглядки, размыто глядя на дорогу и несколько раз спотыкаясь. Тяжело дышать, грудь сдавливает стальными тисками при воспоминании о последнем взгляде, который бросил мне.
Полный отвращения и… Боли. Возможно, это была не его боль, а моя, которую испытывала сейчас. Или мне показалось.
Кто-то пытался меня остановить, спрашивая в порядке ли я, но я продолжала бежать. Задыхалась. В груди нещадно жгло, но я не могла остановиться, сосредотачиваясь на физической боли, ибо моральная убивала меня сильнее. Я отчаянно бежала, не думая о том, что скоро могу свалиться. Больница была недалеко, поэтому я могла обойтись без такси, чтобы быстро добежать до неё. И в холодном коридоре смогла остановиться, чтобы отдышаться. Мне нужно было привести себя в порядок, прежде чем показаться матери на глаза. Зайдя в туалет, я без удивления посмотрела на бледное и взъерошенное отражение. Дикие глаза. Слишком опухшие.
Ополоснувшись ледяной водой, вышла, следуя к кабинету, откуда выходил знакомый врач.
Взглянув на меня, он остановился. Я бы даже сказала замер. Подойдя ближе, едва улыбнулась, собираясь спросить о местонахождении нужной мне палаты. Однако что-то не вязалось. Слова застряли в горле, так и оставшись не высказанными, потому что в этот раз доктор, всё-таки, снял свою маску безразличия, посмотрев на меня. С жалостью.
Полчаса назад мамы не стало.
Глава 30
Не знаю, сколько времени я провела в больнице, после осмотра тела.
Тела.
Дрожь ужаса прошлась по коже от воспоминания. Безжизненное бледное лицо выгравировалось в моей памяти, оставив больной отпечаток в груди. Настолько ощутимый, что приходилось сглатывать воздух через рот. Дышала всё чаще, чтобы предотвратить истерику. Отец сообщил, что через несколько часов будет рядом, вот только сейчас я была совершенно одна.