Один раз – не вампир. Книга 4 (СИ)

Остальные четверо кажется завидовали старшему товарищу, и судя по разговорам, как раз за то, что тот сумел плюнуть на мнение окружающих и поддерживает дружбу с простолюдинкой. И даже строит планы на свадьбу в не сильно отдаленном будущем. Ещё незрелые принцы делили места под крышей фургона, конкурируя за щелки и дырки в ткани тента, через которые можно было смотреть вокруг.
И самое фиговое, что они увлекались и качали лёгкий тент. Я отдал вожжи Жарре, забрался в фургон, открыл замаскированный клапан и заглянул в тайник. На меня уставились десять глаз, и я шикнул:
— Так! Быстро все успокоились! Лежать смирно и разговаривать очень тихим шёпотом.
Затем мне пришло кое-что в голову и я добавил:
— А лучше спите. Да, спите! Всем спать!
И эти подростки действительно уснули, повинуясь моему приказу. Или лучше сказать моему недавно обретенному умению вампира. Умению усыплять.
А это умение очень полезное, хотя для боя и не годится. Если человек возбужден, то не поддастся такому приказу. А вот уставший, полусонный или хотя бы расслабленный очень даже. Эти же принцы, как я понимаю, не спали большую часть ночи. Ну вот пусть теперь и спят, по крайней мере пока мы не выедем из города.
  
Глава 18
 
Я вернулся к улыбающейся магичке, которая поняла что я сделал, и забрал вожжи. А девушка потянулась, а затем вдруг внезапно спросила:
— А эти твои подружки, они кто?
— Просто девушки, — пожал плечами я, не желая рассказывать моим подругам друг про друга.
— Да не просто, — развела руками Жарра. — У них очень странные ауры. Я бы даже сказала — поразительные.
Я вопросительно посмотрел на спутницу, припоминая, что подробно видеть ауры могут только очень сильные маги. Обычный колдун подробно видит только какие-то фрагменты, по которым может, к примеру, рассмотреть болезнь. Хотя чего я туплю, Жарра очень сильная магичка, и похоже прочитала на Аласи и Онилу очень сложное заклинание, в результате чего и рассмотрела их ауры в подробностях.
А девушка добавила:
— Точнее, у них одна аура на двоих. А такого не бывает. Никогда.
— Поясни, — попросил я.
— Не знаю как попроще… — усмехнулась магичка. — Я наколдовала видение ауры и просто увидела. У тебя, к примеру, аура молодого мужчины с изрядными способностями. Ну это из того, что я могу определить. Так-то я не великая специалистка по аурам. Я больше боевыми заклинаниями всегда занималась. А у этих девушек одна аура на двоих. И когда они двигаются, она всё время меняется.
— То есть их легко разоблачить? — насторожился я.
— Нет, — усмехнулась девушка. — Подробно видеть ауры может очень мало кто. Всего несколько архимагов у людей и может пара десятков у эфили. Ну и дайлиали, конечно. Встретить любого из упомянутых, у твоих подружек шансы минимальны.
— Ну тебя вот встретили, — усмехнулся я.
Жарра промолчала и только вздохнула. А я решил дальше эту тему не развивать, поняв, что она вспомнила, что могла вырасти в очень сильного и уважаемого архимага. Повисла неловкая пауза на несколько секунд, после чего магичка произнесла:
— Первое следствие, которое пришло мне в голову… Их вообще невозможно найти магическим поиском по ауре. Они же не стоят всегда в одной позе относительно друг друга. Аура меняется. И… Дим, кто они? Не поделишься?
— Всего-навсего дочки бога шаньшаньцев, — усмехнулся я, решив не скрывать от подруги и боевого товарища эту тайну.
— И что? — не поняла Жарра. — Ты же не можешь верить во всякую религиозную чушь. Мало ли кого жрецы назовут дочками.
— Они ещё воплощения каких-то великих сил.
— Даже так? — в глазах моей спутницы мелькнул жгучий интерес. — Ну и подружки у тебя! Но ты точно не ошибся?
— Мне так сказала про них одна эфили.
— Эфили. Ты встречал эфили? — удивление Жарры нарастало как снежный ком.
Я кивнул, понимая её удивление. Одна из двух рас, созданных когда-то из людей, этих самых людей недолюбливает. И виноваты в этом именно люди, точнее церковники, решившие несколько сотен лет назад объявить войну крайне скептически относящимся к вере в Пресветлого голубокожим красавчикам.
 
Теперь те живут только на небольшом континенте на юго-востоке от нашего, и гостей не жалуют. Хотя есть несколько купцов среди людей, которым не запрещено плавать на один остров, специально выделенный для торговли.
И хотя никаких попыток напасть на них уже давно не предпринималось, в первую очередь потому, что у эфили много очень сильных магов, но тесных межрасовых контактов так и не возникло. Потому что память у эфили хорошая. По крайней мере они хорошо помнят, как их вынудили покинуть земли, которые теперь называются Проклятыми. Причём я подозреваю, что если бы голубокожие тогда пожелали воевать, то легко отбили бы любые атаки людей. Но не пожелали. Кровопролитию они предпочли отступление на свой материк.
А люди получили Проклятые земли. Точнее, покинутые эфили земли снова стали населены нежитью, как и было до того, как голубокожие их «вылечили».
Мы всё так же ехали по пустым из-за очень раннего времени улицам, а Жарра помолчав несколько минут, начала говорить:
— Да, получается что эти девушки просто уникальные. Обычно воплощения великих сил очень себе на уме. Живут своими парами вдали от людей, владеют невероятно сильной магией, и гостей не жалуют. А шаньшаньцы, выходит, научились как-то мириться с одной такой парой, перерождающейся поколение за поколением.
— Изучала этот вопрос? — заинтересовался я. — Мне вот интересно, что за силы такие.
— Знаешь, сильно не интересовалась, но слушала курс лекций. Как возникла наша вселенная. Теории, конечно. И самое интересное, что наши учёные почерпнули основные мысли из вашего мира. Большой взрыв, расширяющаяся Вселенная, и так далее. Знаком с этим?
Я кивнул, а магичка, явно довольная тем, что кому-то интересны глубоко теоретические вещи, которые она изучала в университете, продолжила:
— Но у нас дополнили вашу теорию тем, что в нашем… хм… измерении или параллельной вселенной… Если упростить, то у нас из первозданного хаоса возникло несколько особых сил. Всегда парами, противостоящими друг другу. И именно они дали нашему миру магию. Но магия была очень неустойчивой. То одна была сильнее, то другая. Пары сил бесконечно боролись, и в магии царил полнейший хаос. А дайлиали в свое время научились эти пары сил примирять. Они выбирали из своей расы особых представителей и делали их воплощениями этих сил. И силам это понравилось, не воевать постоянно.
— Они разумные? Эти силы, — спросил я.
— Неизвестно. Если и разумные, то очень чуждые нам. Но равновесие может быть… пусть будет удобным, и неразумным силам. Вот для примера. Солнце пытается схлопнуться из-за огромной массы, и одновременно расшириться из-за давления собственной энергии. И две силы находятся в равновесии. Им это удобно. Победи одна, и Солнце или сожмётся, или взорвётся.
— Понял, — улыбнулся я.
— Ну хорошо. Вернёмся к нашим противостоящим парам магических сил. Дайлиали научились их примирять и получили стабильный магический мир. Вот только одна беда. Сами они ничего с избранными парами из представителей своего народа поделать не могли. Те постоянно обретали невероятное могущество и… у них всё время возникали войны. Нет, дайлиали уничтожали воплощения сил, когда те шли вразнос, но и боролись за них, пытаясь привлечь на службу разным правителям. Дайлиали становилось всё меньше и меньше. В постоянных войнах население снизилось с миллиардов до миллионов. Но в какой-то момент они нашли решение.
Я с интересом слушал, а воодушевленная Жарра рассказывала, вообще почти перестав обращать внимание на город вокруг:
— Это основная причина, зачем они перенесли в наш мир людей. Из них в первую очередь стали выбирать пары воплощений этих великих магических сил. А люди… у людей нет возможности существенно воспользоваться силами. Нам далеко до великих магов дайлиали. И силам тоже понравилась стабильность. Настолько, что они сами стали искать себе воплощения. Когда умирает одна пара, связанные с ними силы ищут новую. И как правило выбирая из детей, живущих поблизости и максимально похожих на прежние воплощения.