Охоться на меня, дорогая (ЛП)

Я меняю курс и направляюсь к скалам. Каждый шаг осторожен и просчитан, поскольку я стараюсь действовать как можно тише.
Но как только я подхожу к скальному образованию, надо мной нависает тень. Мое сердце замирает, когда я смотрю вверх и вижу, как один из них сидит на вершине скалы и смотрит на меня сверху вниз.
— Привет, Малышка.
Я испуганно вскрикиваю, когда чуть не поскальзываюсь на опавших листьях. Они разлетаются по земле, когда я пытаюсь остановиться. К счастью, я вовремя спохватываюсь и снова меняю направление.
Фигура позади меня злобно смеется, его голос эхом разносится по лесу. Я проклинаю себя за то, что не была более осторожна, за то, что не обращала более пристального внимания на свое окружение.
Я вижу впереди одну из их теней и сворачиваю в другом направлении, мое дыхание тяжелое, сердце колотится. Каждый звук кажется усиленным в тишине леса, и я чувствую на себе их взгляды, их присутствие скрывается прямо за пределами моего поля зрения.
Я снова останавливаюсь, пытаясь понять, где я нахожусь. Внезапно чья-то рука разворачивает меня, а затем сжимается вокруг моего горла, прижимая к дереву за моей спиной.
— Прелестная малышка, тебе уже весело? Ты от этого становишься влажной? — рычит на меня голос.
Он прав, это заводит меня, и когда он сильно хватает мою киску через штаны, я не могу сдержать стон.
Он сжимает сильнее, и мое тело пульсирует в ответ.
— Я собираюсь трахнуть тебя так сильно, Малышка. — Его голос — низкий, модулированный стон.
Как бы сильно я этого ни хотела, я не собираюсь так легко сдаваться. Я резко поворачиваюсь всем телом в сторону и связанными руками отбрасываю его запястье в сторону. Я потрясена тем, что это работает, но я без колебаний снова пускаюсь в бега.
Я пробираюсь сквозь деревья, а их голоса продолжают насмехаться надо мной с разных сторон. Я меняю курс каждый раз, когда появляются их силуэты.
Я продолжаю двигаться, все мое тело горит. Потребность сейчас пульсирует во мне, когда я бегу.
Огибая очередное дерево, я натыкаюсь на что-то твердое. Ощущение рук, внезапно обнимающих меня, срывает крик с моих губ.
Фигура стонет, и я слышу знакомый модулированный голос.
— Вот и все, Малышка, поплачь для меня.
Я сопротивляюсь, как могу, в его объятиях, пока он не отпускает меня. Я разворачиваюсь и снова бегу в противоположном направлении, только чтобы броситься прямо в объятия другого.
Еще один испуганный звук исходит от меня, когда меня поднимают и ведут назад, пока я не оказываюсь зажатой между ними.
— Ну, ну, Малышка, куда, по-твоему, ты направляешься? — Он насмехается, его голос сочится весельем. — Веселье только начинается.
Глава 26
Алекс
Адреналин прокачивается через меня, и я тяжело дышу. На данный момент я не уверена, связано ли это с бегом или просто с ними.
Я почти горжусь собой за то, что могу сказать, что тот, кто передо мной, — это Дэр, а тот, кто позади меня, — Тру. Я начинаю улавливать подсказки, Дэр немного выше и тот, кто берет на себя ответственность во всех ситуациях, в то время как Тру более дикий, немного более нервный и менее контролируемый в своих действиях.
Типичная динамика отношений старшего и младшего братьев.
Тру, обхватывающий мое горло рукой в перчатке сзади, вырывает меня из моих мыслей. Дэр ослабляет свои объятия вокруг меня, поднося ладони к передней части моей одежды и яростно разрывая рубашку и пиджак, пуговицы теперь валяются на лесной подстилке. Он сбрасывает материал с моих плеч, но мои связанные руки мешают ему снять их полностью.
Но это привлекает мое внимание к моим собственным рукам, которые на этот раз связаны передо мной.
Приняв раздвоенное решение, я вскидываю руки к его лицу.
Мои пальцы просто касаются силикона его маски, прежде чем Тру хватает меня за запястья другой рукой и притягивает обратно к моей груди.
— Я вижу, что ты все еще не в состоянии контролировать эти руки, — смеется его голос у меня в ухе.
— Очевидно, она также не хочет использовать свои руки, — приходит ответ от Дэра.
 
Он ненадолго наклоняется к своей ноге, прежде чем вернуться с другим куском веревки. Он обвязывает один конец веревки вокруг моих запястий, прежде чем дважды обернуть ее вокруг моей шеи, а затем привязывает другой конец обратно к моим запястьям.
Он тянет мои руки вперед, и в этот самый момент я понимаю, что именно он сделал. Чем дальше отодвигаются мои руки, тем сильнее сжимается кольцо вокруг моей шеи.
Веревка вот-вот перекроет мне воздух, когда он заговаривает снова.
— Я знаю, как сильно ты любишь, когда тебя душат, Малышка. Однако постарайся предоставить это нам и держи свои руки при себе.
Воздух врывается обратно в мои легкие, когда он снова отпускает меня, и я прижимаю руки обратно к груди. Смысл ясен: если я захочу снова поднести руки к его лицу, я бы задушила себя, чтобы сделать это.
Он наклоняет голову, а затем кивает, как будто удовлетворенный.
— Итак, на чем я остановился, Малышка, прежде чем ты грубо прервала?
Тру хихикает позади меня, грохот вибрирует у меня за спиной.
Я вижу блеск ножа, отраженный в свете луны, за мгновение до того, как он начинает разрезать материал моей одежды. Вскоре одежда свободно свисает с моих рук, а бюстгальтер, который был на мне, теперь валяется на лесной подстилке.
Мое сердце забилось еще быстрее, когда он поднес руки к моей теперь обнаженной груди, держа нож в опасной близости от одного из моих сосков. Но он не режет меня, вместо этого он берет оба соска пальцами в перчатках и начинает сжимать, надавливая до тех пор, пока это не переходит границы боли, и я вскрикиваю, когда мой клитор пульсирует в ответ.
Тру использует свою теперь свободную руку, чтобы расстегнуть пуговицу и молнию на моих брюках и засунуть в них руку. Два его пальца сильно и быстро проникают в мою киску.
На его руке нет кожаной перчатки, я сразу чувствую разницу. Я пытаюсь повернуть голову, я не уверена, собиралась ли я оглянуться на него или вниз, на его руку, но его другая рука все еще на моем горле и контролирует мое движение.
Давление на мои соски усиливается, когда Дэр начинает переплетать пальцы. Сочетание удовольствия и боли, бурлящее внутри меня, вырывает из меня стоны и хныканье.
— Пожалуйста… — Я выдыхаю, несмотря на то, что рука Тру сжимается сильнее. Все мое тело выгибается так сильно, как я могу, чтобы вложить груди в руки Дэра, в то же время, когда я подставляю свою киску под пальцы Тру.
Дэр снова подходит ближе ко мне, оказывая еще большее давление на мои соски.
— Пожалуйста, что, Малышка?
Я не могу ничего сделать, кроме как застонать в ответ, когда рука Тру сжимается достаточно сильно, чтобы лишить меня голоса, а его ладонь крепко трется о мой клитор. Моя киска сжимается под его пальцами, когда я подхожу ближе к краю.
Я почти на месте, мой оргазм в пределах досягаемости, когда Тру говорит снова:
— Я знаю, чего она хочет. — Его пальцы исчезают, и я хнычу от разочарования, но затем он засовывает их глубоко мне в рот. — Соси, — рычит он мне в ухо, ослабляя хватку на моем горле.
Я делаю, как мне приказано, мой рот смыкается вокруг его обнаженных пальцев. Мой рот наполняется собственным вкусом, но под ним скрывается его вкус, и это делает меня еще влажнее.
Он стонет, когда я снова насаживаюсь на них, и бормочет проклятия из-под своей маски. Он вытаскивает пальцы из моего рта, и внезапно обе его руки движутся вместе с ним, когда он опускается и срывает мои штаны до самых ног.
Дэр отпускает мои соски, и прилив крови к ним заставляет их сильно пульсировать, когда он внезапно поднимает меня сзади за ноги и, пройдя мимо Тру, прижимает спиной к ближайшему дереву. Кора впивается в мою голую спину, царапая и натягивая кожу, пока я не понимаю, что это не только возобновило порезы, которые они мне уже нанесли, но и создает новые.
Он прижимается своей грудью к моей, чтобы он мог использовать свои руки, чтобы высвободить свой член из штанов, а затем он глубоко проникает в мою киску. В его действиях есть что-то дикое, как будто он вышел за пределы контроля.