Сбежавшая попаданка, Вернуть невесту дракона (СИ)

— Получается, что так, — кивнув, подтвердил мэтр Эвлин, — Но твое вновь-рождение отличается от других. Ты из другого мира и был задействован моер, что странно…Однако я полагаю, что дракон в любом случае смог бы сразу тебя выследить, если бы ты добровольно не отказалась от него и не расписалась кровью…
— Выследить? — встрепенулась я. Он что, борзая?
Тело вмиг напряглось, а фантазия представила, как сейчас разрушится наружная стена поместья. В дыре появится золотая голова ящера и он, недобро хмыкнув, скажет: «Далеко собралась, деточка?» А потом шагнув вперед, предстанет перед нами во всей своей чешуйчато-громадной красе.
— Когда дэсея вылупляется из яйца и встречается с нареченным ей драконом, между ними в тот же миг возникает особая связь. Для ее усиления избранную направляют в первородный огонь. А затем следует этап окончательного закрепления. Эммм…процедура консумации брачного союза. Но так как вы с сиятельным ничего из этого не успели, то нам не о чем беспокоиться. Если, конечно, ты не захочешь…
— Не захочу, что? — встревоженно спросила я.
— Я лишь хочу сказать, что ты всегда можешь изменить свое решение, Эля. Пожелать вернуться к наследнику Золотых драконов, в связи с полученной информацией. Подумай хорошенько, дитя. Должно быть, не зря наши владыки связали вас с сиятельным.
— Эвлин, прекрати немедленно. Драконы безжалостны и себялюбивы. Все, на что они способны - это запереть свою вторую половину в дальней комнате своего холодного замка и обречь несчастную на бесконечные дни слез и одиночества. — с горечью в голосе сказала хозяйка дома.
— Дорогая моя, ты не права… Ты судишь, исходя лишь из нескольких случаев. Но мы не можем утверждать подобное обо всех. Это будет похоже на клевету. Многие драконы в нашей истории известны своей преданностью и безграничной любовью к дэсеям. Например, Валсиней никогда не…
— Даже не пытайся меня переубедить, Эвлин! Даже не пытайся! Нет.
— Мэтра Синтия, — я робко вмешалась в их диалог, — Извините, но я немного не понимаю. Если верить вашим словам, то драконы ужасные мужья, от которых стоит держаться подальше. Но раз так, то почему вы сказали, что девушки в этом мире мечтают стать их избранницами? — это же явные несостыковки в сюжете.
— Ах, милая, все дело в старых сказках об удивительной любви дракона к своей избраннице, о подвигах в ее честь, о героизме ради спасения возлюбленной. А также немалый вес придают все те блага, которые переходят к дэсее. По давним традициям дракон принимает под своё крыло не только невесту, но и всю её семью, обеспечивая их всем необходимым до конца своих дней. Любая девочка, будь она из ихинов или оринов (в местном обществе не было дворян и простолюдинов, их заменяли ихины и орины) будет грезить о браке с драконом. К тому же дэсея может вновь-родиться лишь у потомка сильного рода. Обнищавшие и потерявшие силу не способны вливать в яйцо достаточно эмоций.
— Но все же, если ты захочешь вернуться к потомку Золотых драконов, Эля, — стараясь не смотреть на жену, проговорил волшебник, — Позволь заметить одну важную деталь. В наш мир уже проникали иномиряне, но ни один чужак не смог выжить в первородном огне. Многие из иномирцев ступали в него, но еще никто не выходил обратно.
Как пояснил маг, попаданцев просили зайти в огонь вовсе не в силу варварских наклонностей местного бомонда. А потому что в некоем очень уважаемом и стародревнем трактате говорилось об обязательной проверке появившихся гостей из других вселенных таким вот нестандартным способом. Поэтому, недолго думая и вряд ли сожалея, вновь прибывших на Иллот без зазрения совести отправляли на огненное свидание.
И вот тут возникала дилемма.
С одной стороны, перед глазами проступала соблазнительная возможность повторного поцелуя с сиятельным. Правда, бонусом к романтической опции предлагалась пугающая экзекуция - отправка в огонь.
Поцеловались? Что ж, теперь ступай греть косточки.
А с другой - участи курочки-гриль можно было избежать. Следовало лишь проявить стойкость характера и раз и навсегда отказаться от столь манящего контакта с губами синеглазого. Побыла пару часов дэсеей и хватит с меня. Роль простой горожанки дарила надежду прожить более долгую жизнь и вступить не в обжигающий огонь, а в преклонные года.
 
После пары минут довольно поверхностных размышлений выяснилось, что я совершенно не романтичная натура. И предпочитаю второй вариант развития событий. Уж очень хочется узнать, подойдет ли моему лицу седина и мимические морщинки.
Голова от всей полученной информации шла кругом, но я все же решилась задать Бурегунам волнующий меня вопрос:
— Подскажите, пожалуйста, а если я на все сто процентов уверена, что не желаю возвращаться в поместье дракона и испытывать удачу с огнем, то вас не затруднит мне помочь после всего того, о чем я вам только что рассказала?
— Мы сделаем все от нас зависящее, милая Эля! — горячо заверила хозяйка поместья, тут же вызвав активность моих слезных желез.
Ещё никто и никогда на родной Земле не проявлял к моей скромной персоне такого искреннего участия.
Несомненно, я была многим обязана некоему С.Элл., который каждый год присылал в пансион деньги, а на восемнадцатилетние обеспечил жильем и купил квартиру, полностью оформив ее на мое имя.
Но еще ни разу с самого детства нам с ним не доводилось встречаться. Он не писал писем, не звонил и, видимо, не имел никакого желания появляться в жизни сироты.
Я понятия не имела кто он. Дальний родственник, инопланетянин-альтруист или фея-крестная со шрамом?
Директриса как-то упомянула в одном разговоре, что это вроде бы мой очень дальний родственник. Задавать уточняющие вопросы она никогда не позволяла. И мне не оставалось ничего другого, кроме как верить ее словам. А также быть бесконечно благодарной таинственному Элл. за финансовую поддержку.
— В связи с твоим выбором, Эля. — произнес маг, — Мы с женой хотели бы тебе кое-что предложить. Мы считаем, что, ради твоей безопасности, будет лучше, если мы скроем твое иномирное происхождение. Ты с нами согласна?
— Да. Конечно. Я тоже склоняюсь к этому решению.
— Славно. Тогда позволь для начала рассказать тебе еще немного о нашей семье. Мы с моей женой уже более двадцати лет уединенно живем в этом поместье. Ильма, дочь Вастина из соседнего городка, приходит к нам раз или два в неделю, чтобы помочь по хозяйству. Гости бывают в нашем доме крайне редко. Несколько раз в месяц мы сами выбираемся в ближайший город, посещаем местные праздники или устраиваем прогулки в лесу Ормин. Весной там стоит чудесный аромат липерий.
Вполне вероятно, у тебя возникнет вопрос, отчего мы с Синтией живем столь отдаленно от общества. На это имеется несколько причин. Одна из них заключается в своего рода экспериментальном характере моей магии. Эмоция, которую я избрал еще в детстве, редко встречается у магов нашего мира. Ее чаще выбирают колдуньи, мечтающие стать целительницами. Считается, что эта эмоция не способна подарить власть и могущество, а потому мало кто использует ее при проявлении силы. Но я никогда не стремился ни к власти, ни тем более к могуществу, — он добродушно улыбнулся. — Однако я не ведал, что эмоция, которую я вливаю в свою магию, способна временами оживлять предметы. У целителей все происходит немного иначе при распределении сил, оттого, смею верить, они с подобными проблемами не сталкивались. А у меня порой случались довольно масштабные…кхм… оживления…. Что не всегда радовало окружающих.
— Это все лишь потому, что ты очень сильный маг, мой дорогой, — с лаской и гордостью заявила Синтия, а затем, нарочито вздохнув, обратилась ко мне с фразой, — Мой муж либо вгоняет всех в сон, либо оживляет все, что попадется ему под руку. А ты потом бегай по дому за скачущей шваброй и пытайся надоумить ее не играть с тобой в прятки, а начать убираться.
— Многие предметы я почти сразу возвращаю в их первоначальное состояние, — в качестве оправдания тут же произнес колдун, — И швабра, между прочим, давно уже не скачет.