Дорогой интриг (СИ)

Да-да, бал-маскарад, который я ждала с таким предвкушением, проходил мимо меня. Я осталась у себя и смотрела на чужое веселье через чисто вымытое стекло. Мне было горько, обидно и жалко себя до слез. Впрочем, с ними я справилась еще час назад, а сейчас просто сидела и равнодушно глядела на миллиарды светящихся бабочек, порхавших между деревьями, сидевших на газонах и на аккуратно подстриженных кустарниках.
Можно было найти место, откуда праздник был виден лучше, но не хотелось попасться на глаза кому-нибудь из придворных, потому что гуляли и во дворце, и в парке. До меня долетели звуки музыки и смех, когда подкралась к лестнице, а после я быстро вернулась к себе и уже не высовывала носа.
О нет! Я осталась в своих комнатах вовсе не из-за угроз принцессы, и наряд квинигеры доставили в срок. Я даже успела его примерить и повертеться перед зеркалом, любуясь струящейся мерцающей тканью и пошивом, напоминавшим доспехи. И изящный шлем с маской я тоже примерила и похихикала, представляя, как мы выпорхнем воинственной стайкой, узнаваемой в своем образе, но совершенно безликой. Повертела в руках маленький кинжал, ножны которого были украшены россыпью драгоценных камней – он должен был дополнять наш образ, как и маленький круглый щит с гербом ее светлости, закрепленный на левом бедре. Однако…
Трагедия произошла незадолго до того, как я должна была начать готовиться к выходу. Тальма примчалась ко мне с широко распахнутыми глазами и выпалила:
— Нас обокрали!
— Что? — не поняла я.
— Украли! — заголосила служанка. — Все платья украли!!!
Подскочив с кушетки, на которой лежала с книгой после недолгой прогулки, я помчалась к гардеробной и застыла на месте, пораженная, будто громом. Там было пусто. Почти. Исчез не только костюм квинигеры, но и мое бальное платье, пошитое к этому дню еще в столице. Кроме того пропали все платья, которые я надевала для прогулок, для верховой езды, вечерние платья, наряд для пикника, даже утреннее платье! Передо мной висело лишь то, что можно было надеть для нахождения в покоях. И всё. ВСЁ!!!
— О, Хэлл, — сдавленно выдохнула я.
Стараясь держать себя в руках, я бросилась к ее светлости и обрушила на нее свою трагедию едва ли не с порога. Герцогиня с минуту ошарашено смотрела на меня, после поднялась на ноги и устремилась к своей племяннице. Их крики долетали до половины ее светлости, но никакого результата они не принесли. Вернувшись, моя госпожа уселась к зеркалу и произнесла почти равнодушно:
— Моего платья я дать вам не могу, дабы избежать насмешек о милостыне, потому вы останетесь в своих комнатах, если ваши платья не найдутся. Однако я не оставлю этого дела просто так.
— О чем вы? — спросила я.
— Ступайте к себе, баронесса, — раздражение все-таки прорвалось в голосе герцогини. — Раз уж вы такая растяпа, то и посидите в тишине, а заодно подумайте, как такое могло произойти с вами.
И вот это уже окончательно выбило почву у меня из-под ног. До своих комнат я шла с прямой спиной и каменным выражением на лице, и уже скрывшись за дверью, дала себе волю. Тальмы в покоях не было, она пыталась хоть что-то разузнать, кто входил в крыло к фрейлинам ее светлости. А между делом успела добраться и до графа Доло, которому рассказала о происшествии. Он навестил меня, но что мог поделать его сиятельство? Чего у него не было про запас, так это дамского платья. Потому, поцеловав меня и обещав завтра прогулку в Даммен, чтобы заказать новые наряды, он ушел, а я осталась страдать в одиночестве.
Самым обидным было то, что я так пока и не сумела отомстить Селии за ее грубость и оскорбления. Король за последние дни, прошедшие с нашей игры в спилл в его покоях, не попался ни разу. Неделя до новой игры еще не миновала, а остальные игры проходили в покоях предприимчивой герцогини Аританской. Ее светлость, оказавшись в тот памятный вечер без большей части своих гостей, быстро собралась с мыслями и объявила мне, сияя жизнерадостной улыбкой, что она позаботилась о своей любимой фрейлине, и теперь мне не надо уходить от нее, потому что моя покровительница решила ввести спилл в перечень своих развлечений. Я оскалилась в ответ, иначе мою натянутую улыбку было не назвать, но покорилась, потому что герцогиня «позаботилась обо мне».
 
Она одним махом лишила меня общения с новыми единомышленниками, потому что они остались в желтой гостиной, вновь освобожденной от нашествия самозванцев. Никаких отговорок герцогиня слышать не желала. Еще бы! Ей нужна была популярность, и она была у ее светлости, пока ее навещал король, а приходил он больше ко мне, чем к своей тетке, а значит, мне полагалось заманивать публику в покои своей покровительницы.
Впрочем, в эти дни Его Величество не появился ни разу. Возможно, он был занят в преддверии праздника, а может Ее Высочество сумела добиться того, чтобы венценосный брат прекратил со мной общение. И на конных прогулках мы не встречались, хотя я каталась вечером всего раз, больше занималась с бароном Гардом. Так что государь оставался вне пределов моей досягаемости, если не считать Большой завтрак, но там мы не могли перемолвиться даже словом.
А сегодня я и вовсе осталась в своих покоях… Как же я ненавидела Селию! И как отчаянно страдала, что она недостижима для меня. Мне так хотелось сказать ей прямо в глаза, что я думаю об этой несдержанной и неумной женщине! Отхлестать ее, но словесно, не опускаясь до той низости, до какой опустилась она! И если она думает, что унизив меня и украв платья, сумела что-то доказать, то только то, что в королевской семье совершенно не умеют воспитывать женщин.
— Если бы у них была возможность проявлять себя не только посредством интриг, но в деле, близком им по духу, то из принцесс выходили бы достойные люди, — буркнула я и вскочила с подоконника, обуреваемая негодованием и возмущением.
Эти чувства совершенно уничтожили мои страдания, и я деловито огляделась. Быть может, у меня найдется под рукой что-то, из чего можно состряпать костюм? Шальная мысль, пришедшая мне в голову, никак не хотела исчезать. Беда лишь в том, что ничего стоящего в голову мне не приходило. Устав бегать по гостиной, я упала на диван и увидела Тальму, стоявшую на пороге. Служанка пристально смотрела на меня, должно быть, думая, что мне нужна ее помощь. Пождав губы, я оценила нашу схожесть в фигуре и росте, но тут же и отмахнулась. Платья Тальмы точно не годились для королевского бала. И я снова погрузилась в размышления.
— Ах, кабы не все эти ужасные правила! — воскликнула я через некоторое время. — Я бы и в мужской костюм могла бы одеться, но ведь это же скандал!
Протяжно вздохнув, я устремилась к своей гардеробной, вытащила оттуда оставшиеся платья, оглядела их и фыркнула. Слишком просто…
— Хоть в ночной сорочке иди, — хмыкнула я и тут же откинула эту мысль, это слишком даже для меня.
Да и кем бы я была? Какой образ можно создать из того, что у меня есть? Квинигерой мне не быть так уж точно. И я хмыкнула. Мне вдруг вспомнился герцог Ришем и его сравнение меня с энкелис. Правда, крыльев мне взять негде, да и платья… Хотя… Я вновь посмотрела на свои платья уже более придирчивым взглядом. Одно было белоснежным, с завышенной талией и прямым кроем. В нем не было изящества исчезнувших платьев, и все-таки…
— Тальма! — крикнула я.
— Я здесь, ваша милость, — живо откликнулась служанка.
— Беги в оранжерею, нарви цветов и сплети мне венок, — приказала я, но тут же мотнула головой: — Нет, сбегай на берег озера, там нарви простых цветов, и вот из них мы и сплетем венок.
 
— Ох, ваша милость, — прижала Тальма ладонь к груди. — Чего это вы задумали?
— Пойти на бал, конечно же, — недобро усмехнулась я и рявкнула: — Живо!
— О-ой, — протянула служанка, но поклонилась и бросилась исполнять приказание.
Я не стала терять времени зря. Теперь у меня было немало дел, и пусть мой образ вовсе не соответствует требованиям, но я, пожалуй, буду светиться не драгоценностями, а улыбкой. И я уже не говорю о моих волосах, которые теперь я прятать не собиралась.