Братство меча. Компиляция. Книги 1-3 (СИ)
— Мареев Станислав Олегович, — отчеканила Шурка, с насмешкой взглянув на парня. — Слышал про такого?
— Представь себе, даже видел, — отозвался Глеб, задумчиво изучая мутно-зеленую воду реки. — И не очень впечатлился, если честно. А ты-то как с ним ухитрилась пересечься?
— Поначалу по работе. А потом грех было не воспользоваться удобным случаем.
— По работе? — эти слова применительно к ликвидаторам вызывали у «гладиаторца» лишь одну ассоциацию. — Так «Император» тоже пытается к ним клинья подбить? И как успехи?
— А при чем тут вообще «Император»? — картинно приподняла брови Шурка. — Это мое личное сотрудничество и мой личный интерес. Кстати, можешь поздравить — перед тобой секретарь московской комиссии по чрезвычайным ситуациям, и этот секретарь исключительно из личной приязни желает предупредить, что сия чрезвычайная комиссия чрезвычайно активно копает твою подноготную.
— Только мою?
— Не только. Еще ее почему-то резко заинтересовал Джонни, правда, не наш, а какой-то другой, несмотря на полностью совпадающие паспортные данные. И еще… — Шурка ухмыльнулась. — Еще, насколько я знаю, они разослали официальные запросы во все клиники пластической хирургии в Туле и близлежащих регионах. Предмет интереса — эльф женского пола ориентировочного возраста от пятнадцати до двадцати одного года.
— Вот на последнем фронте им вряд ли что-то светит, — хмыкнул «гладиаторец».
— Ну да, — согласилась Шурка. — Они тоже пришли к такому выводу, когда из Кимовска группа вернулась с рассказами о ваших похождениях в городе и в иных мирах, поскольку никакая пластическая операция магических способностей все-таки добавить не в состоянии. В общем, Стас буквально жаждет поговорить с вами тремя и желательно в обход Ивана. Как он там выразился? Если уж вмешательства все равно не избежать, хотелось бы его хотя бы контролировать.
— А тебя он прислал на переговоры? — уточнил Глеб.
— Нет. Он вообще не в курсе, что я с кем-то из вас знакома. Так что тут я по собственной инициативе — мало ли, вдруг случилось чудо, и тебе Ивановский способ ведения дел наконец-то надоел? — Девушка внимательно взглянула на собеседника. — Слушай, Комолов, а если откровенно, как ты вообще до такой жизни докатился?
— Ну, наверное, примерно так же, как и ты до шпионажа в пользу Ивана, — предположил парень.
— Я? До шпионажа? — Шурка расхохоталась. — Не смеши мои кроссовки. Это правильнее было бы назвать сплавом побочного продукта. Не на мемуары же мне получаемую информацию копить? А так хоть какой-то дополнительный доход.
— Зачем же ты тогда с ликвидаторами связалась, если не из-за информации? — удивился Глеб.
— А вот это уже мое личное дело, — отрезала девушка. — В общем, основную мысль ты понял. Если передумаешь, звони — я тебе мобильник Стаса надиктую.
— Я подумаю, — пообещал Глеб, уже наверняка зная, что думать не будет. Связываться с ликвидаторами, в особенности через голову Князя, у него ни малейшего желания не было. — Шур, а среди той побочной информации, которой ты не хочешь засорять мемуары, не проскакивала мыслишка, разъяснившая бы, по какой конкретной причине вся эта каша заварилась?
— Они сами точно не знают, — пожала плечами Шурка. — Наверняка известно, что озеленяющий взрыв произошел в той шарашке, что на Красноармейском проспекте торчала. Шарашка относилась к тому же ведомству, что и Стас с компанией, но что именно могло рвануть, неизвестно. Единственная зацепка, которую они раскручивают, это информация о том, что незадолго до аварии их тульские коллеги приволокли из параллельного мира какую-то здоровую дуру, которую они предпочли не протоколировать в отчетах. Координаты мира они как раз и пытались выяснить в Кимовске.
— А зачем было в такую даль тащиться? — удивился Глеб.
— Это ты у меня спрашиваешь? Понятия не имею. В общем, насколько я поняла, попытка не удалась. А самое грустное, что все это исключительно теоретические выкладки, поскольку шарашка благополучно улетучилась и проверить на практике ничего не возможно, о чем вся комиссия по чрезвычайным ситуациям хором скорбит, когда их соглядатаи от нашей родной администрации не слышат.
— В одном я могу твоего Стаса порадовать, — сообщил «гладиаторец». — Шарашка не улетучилась. То есть, улетучилась, но не совсем, и теперь мотается по городу, как ей заблагорассудится. Если хочешь, можешь подбодрить Мареева со ссылкой на источник, пожелавший остаться неизвестным. Правда, не уверен, что посещение этой шарашки будет очень хорошей идеей… — добавил парень, припомнив блудничество и исполинский силуэт Тысячеглазого.
— А информация проверенная? — деловито спросила Шурка, разом насторожившись.
— Более чем. Я его своими глазами видел два раза — сначала посреди леса, как раз в районе Красноармейского проспекта, а второй — на Осиновой Горе, откуда оно на моих глазах и улетучилось. В первый раз мы даже внутрь заходили — погром там зверский, и такое впечатление, что с момента этого погрома несколько лет уже прошло.
— А принцип и логика перемещения не известны? — с надеждой уточнила девушка. — Даже наметок никаких?
Глеб покачал головой, решив не упоминать, что Инари в последний раз ухитрилась определить местоположение здания каким-то своим способом. Полученная от ликвидаторов информация и так была им полностью компенсирована.
В лагерь парень вернулся в одиночестве. Шурка, сославшись на кучу дел и нежелание видеть лишний раз Княжескую физиономию, улетучилась. Кот, обихаживаемый соскучившейся за два дня Ленкой, посмотрел на Глеба, как на врага народа. «Гладиаторец» сделал каменную физиономию и сосредоточился на выскребании из котелка остатков уже остывшей каши, попутно пытаясь свести воедино все имеющиеся на данный момент сведения о происшествии двухнедельной давности. Все еще скудные, конечно, сведения, но уже хоть что-то. Во всяком случае, главное их подозрение подтверждалось — все неприятности начались с блуждающего НИИ. Вот что именно за дрянь и откуда приволокли туда ликвидаторы, это, конечно, вопрос куда более интересный. У Глеба, правда, имелись смутные подозрения, что его видения касательно гробницы на болотах, несмотря на скептицизм ведьмачки, могут иметь какое-то отношение к причинам аварии, но дальше подозрений дело пока не шло. Парень не мог даже точно сказать, что именно искали ликвидаторы в гробнице, и где она находилась — были ли это болота Алагири или какого-нибудь другого Пограничного мира. Проверить это можно было бы, совершив повторный визит в Алагирь, но без участия Инари эта вылазка все равно не представлялась возможной. А Инари как сквозь землю провалилась.
«Да за это время десять институтов сверху донизу обыскать можно было», — раздосадовано подумал «гладиаторец», снова плетясь к ручью на отработку Кафа. Он был прав во всем, кроме одного — ведьмачка даже и не думала заниматься поисками и обысками блуждающего НИИ. В настоящий момент она находилась в Черном Лесу на той самой поляне, через которую не далее как вчера попадали в Пограничный мир ликвидаторы, и очень внимательно слушала Николая Вахлюева…
Глава 13. Загадки бродячего института
Нет, изначально-то Землю Грифонов Инари покидала с самыми благими намерениями. Выйдя из лагеря, она направилась к Осиновой Горе, не слишком надеясь встретить бродячее здание там, но рассчитывая хотя бы взять его след. Предчувствия ведьмачки полностью подтвердились: площадь, на которую в прошлый раз выбросил ее маятник, по-прежнему была пуста, а разбуженная каверна четко указывала направление на «Княжеград». Инари тяжело вздохнула. Похоже было, что история похождений института выходит на второй виток.
«Может, оно вообще только так и может перемещаться?» — без особой надежды на собственную правоту предположила ведьмачка, чувствуя, как к глухому раздражению от неудачи начинает примешиваться иное неприятное ощущение, хорошо ей знакомое. Слабое пока что жжение в спине могло означать только одно — грядет очередной приступ. Как всегда не вовремя и что-то слишком уж быстро после предыдущего. Инари вытащила из нагрудного кармана пузырьки с аспирином и анальгином, задумчиво взвесила их на ладони и снова убрала обратно. Все-таки окончательного доверия к человеческим таблеткам у нее не было, так что ведьмачка решила использовать их лишь в совсем уж крайнем случае. Теперь оставалось еще решить, каким способом добираться до предполагаемого места нахождения блудного института.