Правила эксплуатации или как вернуться домой (СИ)

А ведь меня могли не просто оставить в укромном уголке с неясными целями, не причинив вреда, кроме душевного. Сегодня мне буквально повезло. Но будет ли вести так и дальше?
Те часы неведения и одиночества отдавались в душе ужасом и отчаянием. Именно они и отразились в дурном сне, который заставил вздрогнуть и проснуться.
Шумно дыша, осмотрелась и испуганно замерла, осознав, что меня кто-то держит. Ну… как держит?
Обнимает.
Увидев на своей талии очевидно мужскую руку, я аккуратно обернулась, чтобы с затаенным дыханием увидеть на соседней подушке спокойно спящего Володьку, который по-прежнему лежал поверх одеяла в своем человечьем обличье.
Удивленно моргнув, тихо вздохнула и почти с сожалением увидела, как демон, потревоженный моим движением, просыпается. Заметив, что я на него смотрю, он растерянно осмотрелся и то, что уснул рядом со мной, сталось для Володи таким же сюрпризом, как и для меня. Вот только если для меня — приятным. То с версией Володьки все сложнее.
— Кажется, я вчера сильно вымотался и сам не понял, как уснул, — словно оправдываясь, заметил он немного хрипло после сна.
— Видимо, — согласилась я, осторожно улыбнувшись.
Уже более ясным взглядом он заметил свою руку поперек моего живота и смутился окончательно, что показалось мне не столько обидным, сколько очаровательным. Во всяком случае, смущенный румянец, который проявлялся только в его человеческой ипостаси, делал Володьку не настолько грозным, каким он привык казаться.
— Я должен был уйти и не мешать тебя спать. Извини, если стеснил…
— Володь, — остановила я мужчину, окончательно повернувшись к нему лицом. — Кровать, которую ты мне выделил, в ширину больше моей горницы, в которой мы прежде с тобой спокойно умещались. Ты меня не тревожил. Я проснулась по другой причине, — другим тоном обронила я и замолкла.
— Дурной сон? — догадался демон. Я коротко кивнула, боясь поднять взгляд на мужчину. — Хочешь рассказать? — я покачала головой и горько усмехнулась.
— Просто плохой сон. Ничего необычного. И рассказывать не о чем, — попыталась я убедить то ли себя, то ли его.
— Будь так, как говоришь, ты бы не выглядела такой несчастной, — не согласился Володя, так же повернувшись ко мне лицом. — Расскажи.
— Я… я хочу домой, — прошептала я. — Мне здесь не место. Я не готова к таким испытаниям.
— Тебе страшно здесь? Неужели во Мраке так плохо, в сравнении с верхним миром? На тебя там охотятся черные маги, медведи и прочая живность, помнишь? Еще всякие вурдолаки, болотники. Ты не думала, что сейчас в тебе говорит твоя связь с источником?
— До вчерашнего дня я просто тосковала по дому. Но после похищения, когда даже непонятно почему, кто и за что меня похитил, я будто снова оказалась в том дне, когда исчезла мама, а деревенские разнесли наш дом. Я сидела среди разрухи, с выбитыми дверями и окнами, и плакала от злости и обиды. Но мне не было страшно, — посмотрела я на него слезящимися глазами и вновь стыдливо отвела взгляд. — Я чувствовала поддержку Велеса, Липы… даже земли, что понимаю только сейчас. А еще я понимала мотивы деревенских. Злилась, но понимала, что иначе они не могли. Не приучены. В верхнем мире все понятно и логично. Даже мотивация черных — логична. Сегодня же меня украли просто так. Я даже не уверена, что меня хотели напугать, потому что намеренно не запугивали, больно не сделали, если не считать нытья про несчастное детство и этот дурацкий горшок. Даже курточку постелили, чтобы я не застудилась! Ну что это за похищение такое?! — возмутилась я, словно вот сейчас Володя скажет мне, что это традиция у демонов такая, или что-то в этом роде. Что-то, что поможет понять причину произошедшего. — Я спрашивала у матушки, даже у Нималлара, но они заверили, что им ни угроз, ни требований не поступало от похитителя. Тогда к чему все это было?
— Тебя пугает неизвестность? — задал Володя очередной вопрос.
— Я провела час в ожидании, связанная и слепая, не зная, что меня ждет, пока Морф не объявился и не внес немного ясности. Но даже с его пояснениями лучше не стало, потому что он помочь мне не мог и намекнул, что немногие решатся вступить на земли, которые он охраняет. Я была одна, брошена и одинока, и не знала, сколько еще это продлится. Никогда прежде так страшно и тоскливо не было, — шмыгнула я носом. — В верхнем мире я всегда словно ощущала связь: с землей, Велесом, мамой… даже духами. Здесь я не чувствую ничего. Если бы не мама или… ты… во Мраке было бы совсем худо.
 
— «Я»? — удивился Володька.
— С тобой спокойнее. От того, что мы познакомились в верхнем мире, тебя легче воспринимать за… своего, — негромко призналась я, стыдливо пряча взгляд. — Но осознаю, что я для тебя обуза, и ты не в восторге от моей компании, — заверила я, чтобы он не подумал, что хочу злоупотреблять его добротой и терпением.
— Я не говорил, что ты для меня обуза.
— Вообще-то говорил, — насупилась я. — Когда сказал, что надеешься поскорее отправить меня в верхний мир.
Мужчина замолк, словно пытался что-то вспомнить, а затем устало прикрыл глаза.
— Да, я все понимаю, — заверила я, натянуто улыбнувшись и надеясь за показной веселостью спрятать непонятно откуда взявшуюся тоску, учитывая, что мы с ним хотим одного и того же: чтобы я покинула Мрак. — И совсем не обижаюсь. Сколько бы я ни кичилась, а реакцию Юрчика на нашу встречу помню и вынуждена признать, что для вашего брата знакомство со мной было не настолько приятным, как мне хотелось бы думать.
— Ну, если нам доведется встретиться в будущем, обещаю не прыгать с обрыва, — поддел меня Володька и негромко засмеялся.
— То — был не обрыв, — обиделась я. — Всего лишь балкон. Я проверяла, — возмутилась я.
— На счастье Юраша, — согласился Володя и получил от меня несильный тычок в плечо, что, даже в его человечьем обличие, вызвало только смех. — А если серьезно, мне жаль, что тебе пришлось пережить вчера это глупое похищение. Обещаю, что я найду виновных и узнаю причину. Веришь? — заглянул он мне в глаза и протянул руку, чтобы убрать с моего лица локон волос, который упал после моей жалкой попытки избить демона.
От неожиданности накрыла его ладонь своей, ощутив, как мужчина напрягся. Сама же так и замерла, не зная, что хотела сделать: отвести его руку или наоборот прижаться к его ладони. Вышло так, что желание прижаться перевесило.
— Тебе верю, — кивнула я, сжимая его пальцы под пристальным и слегка изумленным взглядом глаз цвета янтаря и слегка заторможено осознавая, что его лицо приближается. Медленно, словно давал возможность одуматься, отстраниться, остановить. А я подалась вперед, в следующее мгновение ощутив чужие губы на своих, и тихо вздохнула, прикрыв глаза и позволив обнять одной рукой за плечи, а второй гладить щеку.
И был бы это момент чудесным, если бы не:
— Мы вам не мешаем? — неловко прокашлявшись, спросили у нас.
 Глава 13. Волозар 
— Нет, уже действительно не смешно… — мрачно вздохнул я, раздраженно прикрыв глаза. Почему каждый раз, когда я пытаюсь поцеловать эту девчонку, вечно кто-то мешается? Это проклятье какое или пресловутый закон подлости?
— Мама? Па… В смысле, Владыка? — дрогнувшим и испуганным голосом вопросила Дарина, переводя взгляд с Нималлара на Людмилу, которые стояли в раскрытых дверях из комнаты. — Девочки? — с еще большим изумлением подняла Дарина брови, увидев за спинами своих родителей новоиспеченных подруг, которые нервно топтались, подпрыгивали и вытягивали шеи, чтобы лучше рассмотреть происходящее в комнате. — Ладно вы, но… А вы-то, тут что делаете? — обратилась она к Оракулу, Тимаралу и Тимирше с возмущением и непониманием, садясь в постели, показывая всем, что полностью одета под покрывалом.
Что, впрочем, уже ничего не изменит.
И я пока не знаю, как к данной вести относиться. Меня обыграли: тонко, подло, но талантливо. Впрочем, можно было бы ожидать чего-то иного от Владыки?
— Ох, Даринушка, — потерянным голосом всхлипнула Людмила, которая прекрасно понимала, что дальше будет. Это понимали все, кроме Дарины. Пока что. Но скоро пройдет и это, если учитывать совершенно довольный блеск в глазах Владыки, который даже не пытался казаться удивленным.