Тьма (СИ)
— Даже не верится.
— Что, моя радость?
Дина потёрлась носиком о моё плечо.
— Не верится, что мы вырвались из Константинополя. Боже, Господи Всемилостивый, неужели этот ужас закончился?
Хмыкаю.
— Господу виднее. Пути Его неисповедимы.
Да, мы вырвались. Наверное. В рамках мер безопасности мы готовили рейс специального самолёта. Под строжайшим секретом. А полетели просто на рейсовом дирижабле, в качестве Анатолия и Татьяны Николаевых. Брата и сестры. Мария Первая сделала всё, чтобы с нашей головы и волос не упал.
Парадокс в том, что убивать нас с Диной невыгодно сейчас ни одной из сторон. Но Мария-Мать бдит. Что ж, у неё был прекрасный учитель — Михаил Великий.
Появление лунного космодесанта, вероятно, окончательно переломило ситуацию. Дальше у заговорщиков всё просто посыпалось.
Се ля ви.
Я сдал пост и забрал жену из этого ада. Уж лучше на похороны, чем оставаться там.
Загудели винты и через пару минут дирижабль оторвался от стартового стола, а затем, развернувшись по ветру, отошел и от причальной мачты.
Впереди Берлин. Но, нам не туда. Нам в Ганновер. А там до Детмольда недалеко. Интересно, вертолёт, конвертоплан или просто автомобильный кортеж? Этого не знал даже я. Мария Первая перестраховывалась и этого не знал никто, кроме неё. Да и она сама пока не знала. Она примет решение в последние четверть часа.
Диана словно прочитала мои мысли.
— Принцесса Липпе. Никогда о себе так не думала. Забавно.
Киваю.
— Скажи спасибо, что я не наследный принц, а то бы и с этим были у нас чудовищные проблемы.
— Я понимаю. Но, забавно.
— Держись.
* * *
НОРДИЧЕСКИЙ СОЮЗ. ГЕРМАНИЯ. КНЯЖЕСТВО ЛИППЕ. ДЕТМОЛЬД. САД ЗАМКА. 3 сентября 2015 года.
Похороны — это всегда гнетуще и печально. В том числе и напоминанием о том, что всё в мире проходяще и Бытие наше бренно.
Конечно, понаехали всякие родственники, в том числе и те, которых я и не знал толком. Впрочем, я нынешний из Липпе даже прадеда лично не знал. Только его отца. Не говоря уже о здешней моей матери и её матери Марфе Силантьевне, супруге нового правящего князя Липпе. Вроде самые родные, а вроде как и никто. Но, я уже привык к таким парадоксам. Им сейчас, как собственно и всегда не до меня. Сказано: «Любимый правнук», ну, значит, так и есть, с меня и довольно.
Мы гуляли по саду с Ба. С Марией Первой.
— Я рада, что вы смогли приехать. Это было важно.
— Я завсегда, но были обстоятельства.
— Понимаю. Но, всё же, спасибо, что вы с Дианой прилетели.
Киваю.
На мне китель подпоручика Лейб-Гвардии Марии Второй и крест Kriegsverdienstkreuz — «За военные заслуги» княжества Липпе. Понятно, что никаких военных заслуг, тем более перед германским княжеством, у меня не было. Но, эта награда давно уже, фактически, превратилась в Династический Орден Липпе.
Смешно. Награда, учреждённая в 1914 году за отличия в войне против нас, теперь сверкает на моей груди. Но совместная война против Британии и Штатов, как-то изменила восприятие. Тем более, что «моя дочь» стала Кайзерин Великогерманского Рейха. Сложно всё в истории.
И в жизни.
— Ваше Императорское Величество, можно вопрос?
— Для вас в неофициальной обстановке просто Мария Александровна. Хоть генетически я ваша внучка, но я всё же старше вас.
Не говоря уж о том, что моё нынешнее тело не совсем тело Михаила Великого, хотя и очень похоже.
Склоняю голову.
— Благодарю. Мария Александровна, но, всё же, что вы собираетесь делать с этой стихией? Думаю, что вы понимаете о чём я. Это опасная стихия. Толпы будут хотеть всё больше и больше. Элиты тоже постараются расширить свои права. Придётся идти на определённые уступки. Хотим мы этого или нет.
Кивок.
— Согласна. Реформы действительно назрели и перезрели. Я надеялась, что Маша сможет, но пока она в госпитале, кто-то должен стать символом перемен. Вовка — это само собой, но пока у него нет той харизмы и популярности. Он просто подросток. Да, сформирован Совет Правителя, а Вовка объявлен Правителем на время немощи Императрицы. Но, даже молодёжь его воспринимает настороженно, что уж говорить о прочих. Был бы он настоящим Императором — это одно, а так он просто «исполняющий обязанности». Так получилось, что стихия вынесла на гребень волны вас. Волна, конечно, спадёт, но пока мы должны воспользоваться случаем и ситуацией. Я говорю открыто, как вы видите.
Ну, открыто она никогда не говорит, но, примем, как базу для обсуждения. Мне же не шестнадцать лет.
Осторожно спрашиваю:
— Нас пишут?
Смех. Демонстрируется браслет на руке.
— Нет, конечно, можете говорить свободно.
— Моя Госпожа, я бы не был в этом так уверен. Общество не просто так устало от всемогущества Охранки.
Улыбка.
— А вы определённо умны, Михаил Александрович. Гарантий, конечно, нет никаких. Даже я не гарантирована от того, что меня не пишут. Охранка сильна, тут слов нет. Глубинное государство, знаете ли. Не факт, что на нас сейчас не упадёт внезапно сошедший с орбиты спутник. Но, я приняла определённые меры, чтобы этого не случилось и нас не писали. Итак?
— Итак? Общественный запрос на перемены. Миллионы вышли на улицы…
— Десятки миллионов.
Киваю.
— Тут вам виднее. У меня нет точных данных. Так вот, подданные Империи, люди Терры, да и всей Земли-Луны, хотят перемен. Даже в какой-нибудь паршивой Бразилии. Как не смешно это звучит, самым спокойным регионом Земли сейчас является Луна. Там всё самое передовое, там работают социальные лифты, там можно сделать карьеру, учиться и добиться. Даже если это просто Селенский университет на Земле. И чем больше мы осваиваем космос, тем более костным становится общество на нашей планете. Основная масса мозгов и инициатив просто улетучится на Луну, на орбиту, на Марс в конце концов. А общество на Земле станет абсолютно непроходимо костным. Просто железобетонным.
— Я это знаю. Потому и дозволила создать Селенский университет в Империи. На Земле. И учредить ряд лунных структур в Терре. Надеялась, что ростки обновления смогут просочиться и в земную почву. Даже сквозь железобетон. Но, судя по всему, я недооценила глубину и запущенность проблем.
Усмехаюсь.
— Слишком много бравурных отчётов и реляций?
Кивок.
— Вот, вы меня понимаете. Да, это так. Всё слишком благостно было по отчётам, а потом всё покатилось под откос.
— Знакомо.
— Да, такое случается. Примерно раз в сто лет. Вот и у нас случилось. Накопились проблемы.
— Но, вы же, по факту, остаётесь Императрицей Терры и Луны. Почти везде на постах и должностях ваши люди. Вряд ли Мария Вторая что-то принципиально успела изменить. Про Вовку и говорить нечего.
— Это так и не так. Любое повеление тонет в согласованиях и прочих отписках. Огромный бюрократический аппарат не желает перемен. Никаких. Их проще убить, чем изменить.
Улыбаюсь.
— А это вариант.
Мария на полном серьезе ответила:
— До этого тоже может дойти. Да.
— И для этого нужен я?
— В том числе. Вы им ничего не должны, никак с ними не связаны, у вас, конечно, есть определённый интерес, в том числе и в клане Ухтомских, но тут как раз напор снизу, а не закостенелость сверху. Империя требует перемен. И это не только толпа скандирует на площадях. Но, перемены должны быть контролируемы. И, порой, нужно бить по пальцам.
— Тащить за ноги по ступенькам?
— Да. Давить танками и расстреливать из лазеров космических спутников. Такова жизнь. Империя не любит слюнтяев.
Вздыхаю.
— Да, я вас понимаю.
— Вы, в этом теле, молоды и проживёте, если Бог даст, много-много лет с нашей современной медициной. Рядом прекрасная жена. Ваши будущие дети, внуки и правнуки.
Усмехаюсь: