Тьма (СИ)
— Холодно у вас сегодня.
Они стояли на вертолётной площадке полярной станции. Евгения Эсперовна вдохнула воздух.
— Да, у нас разгар лета сейчас в Антарктиде. Почти плюс. Ладно, Игнат Афанасьевич, хвастайтесь вашим хозяйством.
— Ну, Евгения Эсперовна, попробуем показать кое-что любопытное. Мы тут тоже не лаптем, как говорится… Есть любопытный материальчик, хотелось бы обменяться мнениями. Прошу, коллега.
— Коллега, всегда к вашим услугам…
Вестей с орбиты пока не было. Диана улетела. Внуки на Острове. Царица тоже улетела. Аяна с детьми (кому бы оставила их Диана в таком спешном сборе на орбиту?), в общем, полёт в космос был внезапным и незапланированным. Маша приняла решение. Дина «повисла на хвост». Решения сумбурные (особенно второе), но, часто в жизни именно сумбурные решения влияют на ход истории.
Сама Евгения Эсперовна была бы сейчас на Острове с внуком и внучкой, но любимая доченька не поставила её в известность о своём отъезде на орбиту. Ну, с доченькой она разберётся, а пока нужно решить вопросы на станции, зря что ли она прибыла через половину планеты?
* * *
МЕЖПЛАНЕТНОЕ ПРОСТРАНСТВО. КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ «БЛАГОСЛОВЕННАЯ». 1 марта 2018 года.
— Вышли на расчетную траекторию. Параметры в норме.
Самойлов кивнул.
— Принято.
Сближение с «Икаром» проходило штатно. Были нюансы, но они решались в ручном и автоматическом режиме. А где не случаются нюансы?
Ну, мы долетели, невзирая на то, что астрономия, физика и математика — точные науки.
Наш обновленный экипаж сдружился. В принципе, все друг друга знали и так, но одно дело Центр подготовки космонавтов, а другое многомесячный полет в одной общей кубышке.
Братец мой закрутил роман с Марфой. Она согласилась на отношения. Слово за слово. Я не возражал. Мне проблем в жизни и так хватает. А, что? Младший Великий Князь Александр Тирруский — видный кавалер, при титуле и при деньгах. Пусть не член Русской Императорской Фамилии, но из наших. Я зову его братом, и он меня. Брату не жалко и уступить.
— Есть добро на стыковку. Телеметрия в пределах.
Снова Самойлов кивнул.
— Принято. Не промахнись.
— Рот закрой, командир. Не до тебя сейчас.
Стыковка была на мне. Самойлов контролировал и страховал, осуществляя общий надзор. Что ж, меня этому много времени учили. Справлялся с конями, справлюсь и со звездолётом. Не впервой.
Непросто пристыковать огромную махину «Благословенной» к стыковочным узлам города, но мы справимся. Потом наши места займет сменный экипаж и звездолёт отгонят на профилактику в доки Луны. По-хорошему, нас тут вообще не должно было быть. Идея дурацкая. Ради картинки. Но, Империи был нужен триумф. И Маша не захотела его отдавать селеноидам.
— Сближение. Триста метров.
— Принято.
Самойлов полностью дублировал мои действия. Но, как и на воздушных кораблях, задача второго пилота вести корабль, а командира — осуществлять контроль и общее руководство боем. Боя у нас, разумеется, не было. Но, это как ещё посмотреть.
— Двести.
— Принято.
Представляю, сейчас миллиарды зрителей, которые сидят у экранов и жуют всякую воздушную кукурузу, ставя ставки на разобьёмся мы сейчас или нет.
— «Благословенная». Идёт прямая трансляция на всех каналах Земли и Луны.
Ну, вот, как я и говорил.
Самойлов буркнул в эфир.
— ЦУП, это очень радостная новость. И ободряющая.
— Мягкой стыковки.
— Спасибо.
Вот куда они лезут? В такой момент?
— Сто метров.
— Принято.
— Телеметрия в норме.
— Принято.
Им бы поговорить, а у меня звездолёт на шее.
— Отклонение. Корректировка курса. Стабилизация. Маневровые отработали штатно. Курс в норме.
— Принято.
«Икар» надвигался на нас всем своим размером. Мы были не краше. Это вам не ДТП на дороге. Огромный город и гигантский звездолёт. Будь проклята политика. Какого чёрта? У нас должна была быть просто стыковка с челноком, мы бы отбыли на Луну и всё. Ремонтом и прочим занимались бы технические службы. Но, Маше захотелось триумфа и картинки.
— Пятьдесят метров.
— Принято.
— Двадцать…
— Принято.
— Подход.
— Принято.
— Есть контакт стыковочных узлов.
— Принято.
Даже не представляю, как это выглядит со стороны. Орбитальный город и звездолёт в одной сцепке.
— Подготовка к открытию шлюзов.
— Принято.
Мы сейчас как следует помылись и приоделись. После прибытия заправщика мы были красивые и благоухающие. Даже нас иногда показывали землянам и селеноидам. Красивых, хоть на бал. Хоть на Бали. Шутка. Сегодня мы оделись в чистое. Это для понимания ситуации.
Полчаса ушло на переключение, отключение и синхронизацию систем корабля и города.
— Мы прибыли, командир.
— Принято. Благодарю за службу.
— Честь в Служении на благо Отчизны, командир.
Мы кивнули друг другу.
— Командир, это была Честь для меня.
Кивок.
— И для меня это была Честь.
И вот мы у врат шлюза.
Врата отъехали. Зазвучал вальс «На прекрасном голубом Дунае».
Первым, разумеется, выплыл командир. Ему на шею тут же бросилась его жена, обсыпая поцелуями и всхлипывая. К моему удивлению, на меня бросилась Диана. Я и не знал, что она на орбите.
Она не говорила ни слова. Просто целовала. Не стесняясь ни толпы, ни камер. Целовала задыхаясь.
Я едва смог выговорить:
— Всё… хорошо… родная… я вернулся…
Минут пять сладкой волшебной пытки на глазах у всех.
Императрица отплыла от Самойлова и ждала прерывания наших поцелуйчиков.
Наконец, Диана отплыла в сторону, уступая место Государыне.
— Привет, братик.
— Привет, сестрёнка.
Мы обнялись.
— Как всё прошло?
— Было весело.
— Наслышана. Я рада, что ты вернулся.
— Спасибо. И за миссию «Одиссей» спасибо.
Миссией «Одиссей» называлось это безумное предприятие по нашему спасению. Экипаж заправщика мог вполне повторить судьбу Одиссея, но только не вернуться никогда.
— Не благодари. Никогда и ни за что. Запомни это. Я не святая. Так сложилось. Это трон.
— Всё равно, спасибо, сестрёнка.
— Ладно, брат, тебя жена заждалась. Потом поговорим.
И Диана вновь оказалась в моих объятиях.
— Как там Катя? Как Мишка?
Имя сыну мы выбрали по космической связи. Не один сеанс споров, но жена настояла, что сын будет назван в честь отца.
— На Земле. На Острове. Ждут тебя.
Украдкой моргнул слёзы. Дочь я не видел кучу месяцев. Сына не видел никогда.
Домой.
— Ну, тогда, полетели?
Кивок.
— Полетели, любимый.
— Полетели, любимая.
КОНЕЦ КНИГИ.
МОСКВА. 2024 ГОД.