Одержимость (ЛП)

Я снял футболку.
— Куда мне…
— Просто бросай на пол. Мы постираем всё, что у тебя есть. Завтра ты сможешь позвонить своей семье, чтобы они принесли больше одежды. Тебе понадобится три комплекта. Стирка здесь каждую ночь, но прямо сейчас снимай всё, одень эту рубашку, а свою одежду ты получишь утром, когда проснёшься.
Моё сердце колотилось, когда я расстегнул кнопку на джинсах. Уронив взгляд на пол, я стянул штаны. Тысячи жуков копошились под моей кожей, когда я ощущал его взгляд на своей груди. Не глядя на него, снял пирсинг с тела и положил в тот же пакет с серёжками.
Дверь в ванную приоткрылась и я напрягся.
— Ты готов? — произнес мужской голос сквозь открытую дверь.
— Ага, заходи, — медбрат — я посмотрел на его бэйдж — Эван слегка кивнул мне, когда зашёл другой мужчина.
Пока двое мужчин подходили ко мне, бледно-бежевые стены и грязно серые полы словно сужались вокруг меня. Я сделал шаг назад, коснувшись икрами туалета.
— Всё в порядке… Я здесь для того, чтобы помочь с осмотром кожи, — он улыбнулся, пытаясь подбодрить меня, но от этого у меня скрутило живот. — У каждого поступающего сюда пациента мы осматриваем кожу, записываем татуировки и отличительные знаки, это поможет узнать, поменяется ли что-нибудь, пока ты здесь.
Эван взял большое полотенце со шкафчика рядом с раковиной и протянул мне.
— Сними белье и прикройся полотенцем.
Мой взгляд метнулся к другому мужчине, тот доставал ручку и блокнот из кармана. Я чувствовал себя как в ловушке, и с каждым вздохом, каждой частичкой воздуха становилось всё тяжелее дышать. Он начал записывать, вслух подсчитывая мои татуировки и шрамы. Мои пальцы сжимали полотенце, держа его перед собой, будто последняя часть моего достоинства упала на пол вместе с боксерами.
***
— Не хочешь сначала заехать домой? — спросил Киран с заднего сиденья маминой машины. Лиам одолжил её, чтобы забрать меня из больницы.
Мне потребовалось время, чтобы ответить, так как разумом я всё ещё был в психушке.
— Нет, я хочу увидеть её.
Меня должны были отпустить во вторник, но задержали, утверждая, что необходимо провести ещё несколько дней наблюдений. Три недели. Три гребанные недели без неё, без жизни.
— Может быть, вы встретитесь у нас?
— Киран дело говорит. Может, ты его послушаешь, Декс. — Лиам ненадолго отвлёкся от дороги и посмотрел на меня.
За последние три недели он состарился, не сильно, но было видно, как стресс из-за меня повлиял на него. Морщины в уголках глаз дополняли тёмные круги. Губы были сухими, щёки впалыми. Взгляд Лиама снова сфокусировался на дороге.
— У меня всё хорошо. Мне лучше.
Это, по крайней мере, было правдой. Психиатр нашел действительно работающую комбинацию новых лекарств. Мои галлюцинации почти прекратились, и впервые без Пэйдж я не слышал голоса уже четыре дня. Лечение меня истощало, но оно не подавляло. Последнюю неделю в больнице я рисовал настоящие картины, не просто всё дерьмо из головы, а настоящие наброски её лица, рук, Пэйдж в чистом виде. Может, они и забрали моё достоинство, но у меня осталось вдохновение, творческий мозг — моя душа.
— Я знаю, но ты не думаешь, что будет лучше, если место будет знакомым? — рука Кирана опустилась мне на плечо, когда он придвинулся к переднему сиденью. — Я уверен, она не будет возражать.
Мои братья считали меня очень хрупким, но они не знали, что я уже был сломан до этого. Во время лечения я впадал в бездонную тьму, чего больше всего боялся: я лучше умру, прежде чем снова попаду туда. Я столкнулся с монстром в своём сердце, дьяволом в голове, и они улыбались мне, резали меня, опускали меня на самое дно. Я почти сдался… почти.
***
— Ты можешь рассказать, что это значит, Деклан? — доктор Барра указал на мой альбом.
Слова на страницах загорались и исчезали, оставляя после себя пару голубых глаз. Призраки путали мои мысли, лгали мне, говорили вещи, в которые я не хотел верить.
 
«Она не настоящая, она забыла и ушла»
«Ты — ничто, она — ничто»
«Ты придумал её»
Нет.
«Она — навсегда»
«Она ненавидит тебя»
— Деклан, расскажи мне о Пэйдж, — голос доктора дразнил дьявола в моей голове.
Челюсть заболела, когда я стиснул зубы, пытаясь вспомнить, увидеть сквозь дым, и пламя, и туман. Костяшки напряглись, когда я сжал кулаки.
— Она ненавидит меня.
***
Я проиграл себе в прошлом, в своих воспоминаниях реальность, в которой так долго жил без неё. Проведя руками по волосам, я повернулся к Кирану.
— Я не потеряю её снова. То место… я почти позволил дерьму из своей головы поглотить единственное хорошее последнее воспоминание. Мне плевать где, просто я должен увидеть её, и если поехать к ней будет быстрее, значит, туда я и еду. — Наши взгляды встретились, и он кивнул.
— Хорошо, — сказал Лиам. — Доктор назначил на завтра несколько встреч. Первая встреча — согласование лекарств. Она отвезет тебя? В девять утра.
— Я уверен, что отвезет. — Я не разговаривал с ней три недели. Не хотел, чтобы она слышала мой голос, всю ту грязь, что сочилась с моих губ. Я не хотел, чтобы она видела моего внутреннего зверя.
— Она приходила в салон каждый день с тех пор, как тебя должны были выпустить, — Лиам нахмурился. — Мне кажется, она думает, что ты прячешься от неё. Она начала плакать, когда я позвонил ей сегодня и сказал, что мы поехали за тобой.
Мой желудок сжался.
— Она плакала?
Киран прочистил горло.
— Я понимаю, ты думал, что лучше было держать её подальше, но…
— Но она слетела с катушек, — Лиам снова посмотрел на меня. — Приготовь извинения, Декс, ей они понадобятся, — он стрельнул однобокой улыбкой и снова вернул внимание на дорогу.
— Я собираюсь попросить её жить со мной.
Машина резко остановилась. Я посмотрел на красный свет, затем на Лиама. Его тёмные зрачки были обращены ко мне.
— Что?
Киран наклонился вперёд.
— Ни за что, Деклан, тебе нужно позаботиться о…
— Я хочу, чтобы она была со мной. Мы были порознь слишком долго. Эта квартира так же и моя, я плачу половину, как и Лиам. Мне лучше. У меня есть доктор, который знает, чёрт возьми, что он делает. Я — грёбанный человек и уже устал от такого обращения, будто в любую минуту могу развалиться.
Взгляд Лиама смягчился.
— Они уже сломали меня, Лиам, и я знаю… — моё горло сжалось. — Я знаю, что ты видел. Тебе разрешили увидеть меня в самые худшие моменты, но увидеть это — не значит жить с этим. Я никогда туда снова не вернусь. Пэйдж — последняя часть, она так же необходима. Без неё лечение ни черта не значит.
Мы остановились на неоживленной улице, и машин больше не было.
— То, что я видел в больнице… — Лиам покачал головой, пытаясь стереть воспоминания. — Ты хороший, Деклан, всегда был. Ты упорно работаешь, создаешь вещи, которые никто не сможет сделать, и ты просто охренительный, когда делаешь татуировки. Если тебе это нужно, если это сделает тебя счастливым — это твой дом, Декс, делай, как хочешь.
Сзади нас просигналила машина, и Лиам отпустил тормоз и двинулся вперёд.
— Спасибо, — я позволил себе улыбнуться, когда он кивнул.
Киран выдохнул и откинулся обратно на сиденье.
— Ты думаешь, она согласится? — спросил он.
— Понятия не имею.
Но я надеялся.
Моя рука, тянувшаяся к дверному звонку, дрожала. Около десяти минут назад я написал Пэйдж, что мы почти у её дома. Я смотрел в сторону отъезжающего Лиама, когда входная дверь открылась. Её запах заполнил мои лёгкие, когда я сделал вдох, и звук резкого вдоха вернул мой взгляд к её распахнутым глазам. Её щеки были розовыми, нижняя губа зажата между зубами. Волосы Пейдж были мокрыми, и светлые пряди рассыпались по плечам. Моё дыхание выходило маленькими облачками на холодном воздухе, пока я пытался что-нибудь сказать.