Одержимость (ЛП)
Она взяла меня за руку, её кости казались такими хрупкими. Я держала её руку, будто она была из ценного стекла, в надежде, что часть моего тепла перейдет к ней.
— Так приятно вернуться. Здесь всё по-прежнему, — сказала я, отпуская её руку и оглядываясь по сторонам.
— Это хорошо? — она рассмеялась, и Деклан улыбнулся.
— На самом деле, да. — Мое горло сжалось, пока она смотрела на меня, улыбка отражалась в её глазах. Она всегда принимала меня с распростертыми объятиями, в отличие от моих родителей.
Мой разговор с Кларком, скорее всего, уже был передан им. Возможно, они позвонят мне завтра, так что мне не придется им звонить. Моя улыбка потускнела.
— Все хорошо? — прошептал Деклан, и его дыхание с ароматом мяты вернуло меня в более счастливое место.
— Просто чувствую ностальгию.
Он поцеловал меня в висок, и я заметила, что его мама наблюдала за нами.
— С тобой Деклан всегда улыбался, — сказала она.
— Я счастливчик, что она со мной. — Он потянул мою руку. — Всегда им был.
— Ужин в духовке, располагайтесь, а потом помогите мне накрыть на стол. Я хочу услышать, как ты прожила все эти годы.
Она кивнула и развернулась, чтобы уйти на кухню.
— Я приду, миссис О’Коннелл.
— Просто Ирен, милая, ты знаешь это, — сказала она через плечо.
Я захихикала, может, она и состарилась больше, чем должна была, но совсем не изменилась.
— Я же говорил, что она всегда тебя любила.
Деклан притянул меня к груди и накрыл мой рот своим. Он целовал меня, пока каждый узелок стресса в моих плечах не развязался. Его руки были на моей пояснице, а пальцы двинулись вдоль позвоночника, пока не зарылись в волосы.
Я отстранилась, прежде чем застонать ему в рот.
— Как ты это делаешь?
— Целуюсь? — он выгнул брови и усмехнулся.
Я стукнула по его груди.
— Нет, — я покачала головой и рассмеялась. — Ты целуешь меня, и я забываю обо всем.
— Ты нервничаешь, я чувствую это.
— Что стало с твоей мамой, Деклан? Она выглядит на десять лет старше, чем должна.
Он отошел на шаг и сцепил наши руки.
— Она была замужем за алкоголиком, страдала после его смерти и, вдобавок, ничего нам никогда не говорит. Она, наконец, призналась Лиаму пару недель назад, что у неё какие-то проблемы с сердцем. Поэтому Киран не переезжает, он помогает ей по дому. Она не всё может делать, — радужки Деклана потемнели, зрачки сузились, и он слегка прищурился, от чего морщинки вокруг его глаз стали глубже. Он слышал их, это выражение лица появлялось, когда в его голове появлялись голоса. Казалось, вина являлась его сильнейшим спусковым крючком.
— Эй, вы все делаете много для своей мамы.
Ему потребовалось мгновение, чтобы ответить, пока он пробирался сквозь свои мысли.
— Я знаю.
— Пойдем, поможем ей с ужином, — улыбнулась я ему.
Его губы растянулись в ухмылке.
— Я попросил её приготовить твоё любимое блюдо.
— Тушеную говядину? — мои глаза распахнулись. — Я бы умерла за тушеное мясо.
Он кивнул.
— Киран вчера купил «Гиннеса». Заставил меня пообещать оставить ему немного, — Деклан усмехнулся, его хорошее настроение вернулось и отразилось в ярчайшей улыбке.
— Теперь я ещё больше взволнована, — я рассмеялась, и он потянул меня в кухню.
За ужином Деклан молчал, а Ирен вспоминала последние дни мужа. Казалось, у неё не было возможности погоревать, и часть меня хотела узнать, позволяли ли ей парни. У них у всех были проблемы с отцом, но она любила его, несмотря на то, как он прожил свою жизнь.
— Хватит уже этой депрессивной чепухи. Расскажи мне о себе. Как ты жила?
Моя улыбка увяла. Моя жизнь не была уходом от депрессии — она была её сутью.
Тепло руки Деклана нашло меня под столом. Чаши с тушеным мясом были пусты, хлеб наполовину съеден, и по какой-то причине мои глаза застыли на крошках, лежащих на скатерти, пока пыталась придумать, с чего начать.
— Мам, давай…
— Всё хорошо, — я сжала его руку. — Я вышла замуж вскоре после того, как мы с Декланом расстались. Так хотели мои родители… Он не был хорошим мужем, — я сделала слабый вдох и продолжила. Внимание его матери было на мне, взгляд мягким и открытым в ожидании моего признания. — И он также нехороший человек. Я потерялась на какое-то время, но нашла свой путь обратно. Мы разводимся. Он привезет документы в среду.
— Да? — Деклан повернулся, чтобы взглянуть на меня, его брови сформировали букву V.
— Да. Я говорила с ним сегодня.
— Почему ты мне не сказала? — слова были пропитаны болью.
— Я собиралась.
— Я, наверное, начну убирать. — Ирен встала, и мы оба повернулись лицом к ней. — Не прекращайте обсуждать это из-за меня. Я просто брошу всё в раковину и заставлю Кирана мыть их. — Она взяла наши миски.
— Я могу помочь, — я попыталась встать, но Деклан сильнее сжал мою руку.
— Нет, нет. Все хорошо. Расслабься, ты наш гость.
— Мы придем через пару минут, мам. — Он слабо ей улыбнулся, прежде чем она вышла из комнаты.
Он отпустил мою руку и встал из-за стола.
— Я не хотела испортить ужин, Деклан. Я собиралась сказать тебе сегодня, после того как мы уйдем.
Он поднял руки к вискам и закрыл глаза. Моё сердце забилось — у него было несколько таких моментов за последние дни.
— Ты… Ты принимал лекарства, как должен был?
Он не ответил, морщинок вокруг глаз становилось больше, когда он сильнее зажмуривался.
Я встала и приложила ладонь к его щеке.
— Что они говорят? — Когда его глаза открылись, они были наполнены дымкой. — Я сейчас здесь. — Я убрала руку от его лица и прислонилась к нему, положив щеку на его грудь.
Звук его голоса громко отдавался у меня в ушах, когда он заговорил:
— Всегда одно и то же. Одно и то же гребанное сомнение.
— Когда я собиралась, увидела своё обручальное кольцо. Я так увлеклась в последние недели… Я люблю тебя и… пришло время, поэтому я позвонила ему. Я сказала, что нам нужно покончить со всем этим. Он был ужасен, как обычно. Он назвал меня шлюхой…
Деклан напрягся, а его правая рука сжалась в кулак.
— Он назвал тебя…
— Это неважно. — Я отстранилась, позволив нашим взглядам столкнуться. — Я получила то, чего хотела. Он отпускает меня, и я получаю тебя. Я победила.
Ярость в его глазах уменьшилась до спокойного серого.
— У тебя нет причин сомневаться в нас, Деклан.
Его кулак расслабился, а глаза прояснились.
— Прости, что расстроился. — Он поцеловал меня в щеку.
Когда Деклан отстранился, я спросила:
— Ты пропускал прием таблеток?
Он уронил взгляд на пол.
— Да. Мне не всегда нравится, как я себя от них чувствую, и чувствовал себя хорошо, ты помогаешь их контролировать.
— Деклан, меня пугает, когда вижу, как свет уходит из твоих глаз… Я очень сильно тебя люблю.
Страх за него душил меня.
Я слышала громкое звяканье кастрюль и тарелок на кухне, когда он заправил несколько прядей волос мне за ухо. Большим пальцем Деклан поднял мой подбородок.
— Я не хотел тебя напугать.
— Я не боюсь тебя, Деклан, никогда не боялась. Я боюсь, что проиграю тебя пустоте.
Его глаза нашли мои.
— Так легко забыть принять их, потому что тогда могу поверить, что я обычный парень. Но я не такой, да? И я это чертовски ненавижу.
— Я не хочу обычного парня, хочу тебя и всю твое разноцветное сумасшествие. — Я улыбнулась, и он потянул мой подбородок с мягким смешком, прежде чем отпустить его. — Это то, кем ты являешься. Но я хочу, чтобы ты был здоровым… настоящим… здесь, со мной.
— Я обещаю, — он был серьезен. — Я буду принимать их каждый день.
Деклан нежно меня поцеловал, закрепляя своё обещание на моих губах.
26
— Эй, Декс, когда ты собираешься в «Галерею»? — спросил Лиам, подходя к моей кабинке.