Поцелуй злодея (ЛП)

― Женщина, я везу тебя в больницу, ― рявкает мужчина.
От этих слов я корчусь в его руках. Нет, нет… Мне туда хочется попасть в последнюю очередь.
― Блядь, женщина, не двигайся!
Каким-то образом мне удается выдавить:
― Нет.
― Хорошо, никакой больницы. Но тебе нужна помощь. У тебя идет кровь.
Исходящее от его тела тепло кажется мне излишним, и по какой-то причине мне хочется, чтобы вернулся холод. Мужчина опять начинает двигаться, на этот раз едва быстрее.
Тепло исчезает, когда меня кладут на кожу, затем дверь машины закрывается.
― Спи, ― приказывает он.
Я не уверена почему, но по какой-то странной причине прямо сейчас я чувствую себя в безопасности. Что глупо, учитывая, что я не знаю, где я, с кем я или что, черт побери, происходит.
Возможно, я чокнулась? Не уверена.
Но я слушаюсь и погружаюсь во мрак.
  
ГЛАВА 3
 
 
ОРИАНА
 
― Ты наконец проснулась. Ты проспала весь день.
Я поднимаюсь в постели, которую не узнаю, в месте, где не бывала прежде.
Где я, черт побери?
Здесь повсюду кровати и кушетки, но никого нет, за исключением него. Я нахожу мужчину сидящим на одной из кушеток, где он закидывает ногу на ногу и стучит рукой по своему бедру.
― Где… ― Ах, мой голос вернулся. Кажется, все вернулось, поскольку чувствую, что могу связать предложение воедино, и поэтому я задаю ему вопрос: ― Где я?
― В моем заведении.
Три слова? Получаю в ответ лишь их.
Он держит сигару в одной руке, а другой по-прежнему стучит по ноге, хотя это действие выглядит неестественным. Напряженным.
― Почему я здесь? ― Я пытаюсь подняться, но у меня кружится голова и перед глазами летают звездочки, поэтому я опускаюсь назад.
― Потому что прошлой ночью я застал тебя в ситуации. И ты могла быть не согласна участвовать в ней.
Я рассматриваю мужчину, пока он спокойно наблюдает за мной. Его темные волосы не слишком длинные, но достаточно длинные, чтобы он мог завязать их в хвост. Его почти темно-серые глаза кажутся чем-то вселяющим страх, словно они могли видеть сквозь меня. Он высокий, одет в темные джинсы, белую рубашку и коричневые ботинки.
― И ты веришь в согласие? ― спрашиваю я. Хотя после сделанного им для меня, думаю, ответ очевиден.
Он взмахом руки окидывает свое заведение.
― Ты сейчас находишься там, где согласие — ключ.
― Я… ― Качаю головой, ― запуталась.
― Как твоя голова? Доктору пришлось наложить пару швов, так что несколько твоих рыжих локонов может не доставать.
Я тут же тянусь и касаюсь рукой своего затылка, где и в самом деле не хватает моих волос.
― Спасибо. Что я тебе должна? ― спрашиваю я.
― У меня есть доктор на подхвате. ― Мужчина затягивается сигарой и встает. ― Тебя накачали наркотиками, и ты отсыпалась. В случае, если ты была в не особо вменяемом состоянии, он не изнасиловал тебя, хотя собирался.
― Накачали наркотиками? ― спрашиваю я, и желудок у меня сжимается. ― Мне нужно идти. ― Я поднимаюсь, хоть и шатко, моя голова кружится со скоростью миллион миль в час. Даже не думая о том, что могло бы произойти. Когда я касаюсь босыми ногами пола, взглядом ищу свои туфли. ― Где мои туфли?
― Я поискал их прошлой ночью, но не смог найти.
Когда я вновь смотрю на мужчину, с его пальцев свисает пара непомерно дорогих розовых туфель, у этой обуви ярко-красная подошва.
Когда я ступаю ближе, меня затмевает его рост.
― Это не мои.
― Я в курсе. Возьми их.
― Что? Ты просто хочешь отдать их мне? Это дорогая обувь, ― говорю я, нахмурив брови.
― Да. Как я уже сказал, ты проспала некоторое время, и я бы хотел, чтобы ты ушла, и я смог открыть свое заведение.
Я тянусь к туфлям, затем надеваю их на ноги, пока мужчина стоит передо мной.
 
― Что это за место?
― Мое заведение, ― вновь говорит он.
― Ты это говорил, но что за заведение?
― У него много названий. Я не любитель ярлыков. ― Его слова заставляют меня остановиться и посмотреть на него.
― Каких именно названий?
Мужчина стискивает челюсть, словно я его нервирую. Но я не двигаюсь с места.
― Секс-клуб, вечеринка в свете софитов, бордель… ― Он быстро выпаливает все три пункта, и мне остается лишь недоуменно смотреть на него.
― Я только что лежала на… ― Я поворачиваюсь головой к кровати, и мой лоб морщится в отвращении.
Он дышит мне в лицо, когда заговаривает:
― Да, милочка, ты лежала на кровати, где трахались другие. Ты чувствуешь себя грязной из-за этого?
― Я никогда не была в борделе!
― Ну, теперь была.
Когда я вновь смотрю на мужчину, он начинает уходить. Я не знаю, как выбраться отсюда, поэтому следую за ним, стуча своими новыми каблуками по прекрасному мраморному полу, пока мы не доходим до лестницы.
Он останавливается, находя своими темно-серыми глазами мои, и кивает на лестницу.
― Уходи. ― Его голос тверд, и я понимаю намек.
Я ступаю на лестницу, после чего разворачиваюсь.
― Спасибо за помощь. Ты уверен, что я тебе ничего не должна?
Мужчина не хочет здесь моего присутствия, в этом нет сомнений, но мне нужно услышать подтверждение. Его действия кажутся слишком великодушными, или, может, слишком добрыми для мужчины вроде него. Не то чтобы я его знала, но с таким видом заведения и с таким типом мужчины, он без сомнения должен быть злодеем.
Когда тишина воцаряется между нами, мой взгляд падает на мои накрашенные красным, обломанные и цепляющиеся за поручни ногти, затем на исцарапанные и негнущиеся колени и на слегка изорванное и испачканное платье. Но если бы не он, все могло оказаться куда хуже.
Когда я поднимаю глаза на мужчину, его взгляд по-прежнему прикован к моему.
Я еще миг жду его ответа, но он не заговаривает.
Поэтому, крепко держась за перила, я осторожно поднимаюсь по остальным ступеням, стараясь сохранить баланс в ослабшем состоянии, пока не добираюсь до верха. Дверь закрыта, и когда я открываю ее, я еще раз оборачиваюсь назад.
― До свидания, миссис Лавендер.
Шок, должно быть, отражается на моем лице, поскольку он посылает мне маленькую ухмылку, прежде чем я выхожу за дверь.
Я выхожу в переулок, и внезапно меня накрывает волна облегчения.
Если бы кто-нибудь, включая моего мужа, увидел меня покидающей секс-клуб, это появилось бы во всех газетах и новостях.
Его бы это не впечатлило.
Только представь, сколько будет шумихи, если бы это попало в руки папарацци.
У нас идеальный образ для таблоидной прессы, и я могла разрушить его одним махом.
  
ГЛАВА 4
 
 
ОРИАНА
 
Касаюсь рукой волос и машинально начинаю крутить их, когда встаю на идеально подстриженный зеленый газон и смотрю на наш большой красивый дом. Он находится на изолированной, закрытой территории, поэтому общественности было не пробраться. Вот что значит иметь деньги, и у моего мужа, Кайлера, их много. Я облизываю губы и обдумываю, что ему сказать. Как я скажу мужу о ситуации, в которой оказалась, или даже начну объяснять произошедшее, когда сама не особо много знаю?
Я вроде как оказалась в числе счастливчиков.
Но я по-прежнему находилась в шоке, и навеки останусь благодарна тому мужчине, что владеет клубом.
Дверь открывается, и появляется мой муж, одетый в обычную футболку с невероятно дорогим логотипом на ней и в пару дизайнерских джинсов. Эта одежда наверняка стоит дороже чертовой малолитражки. Уму непостижимо.
Я задаюсь вопросом, когда между нами все изменилось.